СССР: логика истории.
Шрифт:
Со временем стало очевидным, что административно-командная система не справилась с задачей подчинения интересов предприятия интересам государства и общества. С началом научно-технической революции общественное производство вступило в новую стадию своего развития. Развитие экономики во все возрастающей степени стало определяться прогрессом науки и техники, быстротой внедрения научных достижений в производство. Резко возросло значение инициативы, творческого подхода и предприимчивости со стороны каждого работника и трудового коллектива в целом. Жесткая регламентация их деятельности, особенно при отсутствии эффективной мотивации к труду, все более тормозила развитие производительных сил. Кроме того, никакие учет и контроль не могут сравниться по действенности
Таким образом, в советской экономической системе не удалось обеспечить необходимое взаимодействие производителей и потребителей, учета первыми интересов и запросов вторых. Противоречие между целями, преследуемыми в процессе производства государством и отдельными предприятиями, так и не нашло эффективного способа разрешения.
Если признать вслед за Марксом, что “интересы движут человечество”, можно представить масштаб опасности, заключавшейся в несовпадении интересов предприятия и общества. До поры до времени определенной компенсацией служили энтузиазм трудящихся, их отношение к труду, как труду солидарному, на благо всего общества, а также относительно небольшие размеры экономики и экстенсивный характер ее развития. С изменением этих факторов противоречие в целях производства проявилось в полной мере. В “черную дыру” между декларируемой (удовлетворение потребностей граждан) и фактической (выполнение плановых показателей) целями производства “проваливались” огромные ресурсы и труд миллионов людей. Отечественные станки и машины были более металлоемки, чем зарубежные, шахтерам было выгодно добывать, а железнодорожникам перевозить уголь, в значительной степени засоренный пустой породой, строители охотно рыли котлованы, но ввод готовых объектов постоянно срывался. Стало очевидным, что централизованное планирование в принципе не обладает той гибкостью, которая необходима для постоянного отслеживания предприятиями изменений в запросах потребителей; особенно это касается производства товаров народного потребления. Отсутствие у предприятий экономической заинтересованности в обновлении оборудования тормозило научно-технический прогресс и способствовало технологическому отставанию СССР от Запада.
Источником всех этих негативных явлений служила противоположность интересов государства и трудовых коллективов предприятий. Сама по себе эта коллизия не представляет непосредственную угрозу для развития общественного производства, если существует механизм согласования интересов общества и предприятия. При капитализме таким механизмом служит конкуренция производителей. В рамках централизованной плановой экономики Советского Союза так и не удалось выработать эффективный механизм, увязывающий интересы государства и отдельного предприятия. В итоге предприятия ориентировались не на удовлетворение потребностей общества, а на формальное выполнение директивных плановых показателей.
Попытки исправить положение путем смены отчетных показателей (валовой, реализованной, нормативно-чистой продукции) были заведомо обречены на неудачу, так как ни один плановый показатель не может заставить производителя действовать в интересах потребителя, а не в своих собственных. Это под силу сделать только рыночной экономике, при которой конкуренция товаропроизводителей побуждает их стремиться к наиболее полному удовлетворению требований потребителей. Очевидно, что реформы, основным содержанием которых была очередная смена отчетных показателей, не затрагивали причину возникновения противоречия интересов государства и предприятия. Об этой причине речь пойдет в следующей главе.
Для наглядного сравнения механизмов, обеспечивающих функционирование советской и современной капиталистической экономики, воспользуемся еще раз аналогией между экономикой и огромной фабрикой. Как уже отмечалось, капиталистическая экономика-фабрика снабжается энергией людей, в основе которой лежат создаваемые ею экономические стимулы к труду. Двигателем, приводящим в движение все процессы на фабрике, является конкуренция. Приводными
В советской социалистической экономике-фабрике конкуренция в качестве двигателя была заменена административно-командной системой управления, а приводными ремнями вместо рыночных механизмов стали методы централизованного планирования. Достижения советской экономики-фабрики объясняются в первую очередь тем, что ей удалось задействовать совершенно новый источник питающей энергии — трудовой энтузиазм. Благодаря ему все структуры фабрики продемонстрировали рекордную эффективность, особенно в периода кризисных ситуаций. Однако со временем этот источник энергии стал иссякать, а неспособность выработать эффективную мотивацию к труду не позволила социалистической фабрике компенсировать образовавшийся недостаток энергии. Выяснилось, что в этих условиях социалистические двигатель и приводные ремни уступают капиталистическим.
Итак, анализ советской экономической системы показывает, что в основе ее неудач, особенно в последний период существования СССР, лежали два главных фактора. Во-первых, ее неспособность выработать действенные экономические стимулы к высокопроизводительному труду. Во-вторых, недостаточно эффективный механизм разрешения противоречия между интересами предприятия и общества. Однако нельзя ограничить объяснение недостатков советской экономической системы этими двумя факторами, поскольку сами они являлись следствиями господствующего положения, которое занимала в экономике СССР общенародная (государственная) собственность.
СОЦИАЛИЗМ И ГОССОБСТВЕННОСТЬ
Очевидно, что исключительное положение, которое занимала в СССР государственная (общенародная) собственность — главный фактор, определявший способ производства и основные черты советского общества. Мы привыкли связывать социализм с государственной формой собственности на средства производства и измерять “социалистичность” степенью огосударствления.
Между тем еще Ф. Энгельс высмеял механистическое отождествление всякого огосударствления с социализмом. Он охладил пыл энтузиастов, видевших в усилении роли буржуазного государства в экономике доказательство движения общества к социализму: “Если государственная табачная монополия есть социализм, то Наполеон и Метгерних несомненно должны быть занесены в число его основателей” [101] .
101
К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 19, с. 222.
В самом деле, государственная собственность в той или иной форме существовала в большинстве классовых обществ. В настоящее время в развитых капиталистических странах доля национализированной собственности доходит до трети. Более того, положение, при котором треть промышленности национализирована, а две трети находятся в частном владении, считается наиболее выгодным для развития экономики. Как видим, в отличие от советских коммунистов, воевавших с “идеологически чуждой” частной собственностью, капиталисты не боятся государственной собственности, они ее используют.
Каковы же причины, побуждающие буржуазное государство проводить национализацию? Вспоминая Наполеона и Меттерниха, Энгельс имел в виду национализацию, осуществляемую, например, с фискальными целями (для пополнения казны) или для увеличения мобилизационных возможностей экономики в случае войны (в качестве примера он приводит огосударствление железных дорог в Пруссии). Подобную практику Энгельс отличал от ситуации, когда национализация является естественным и неизбежным следствием развития внутренних процессов в экономике. В этом случае подход к национализации тех или иных предприятий и отраслей промышленности определяется главным образом тем местом, которое они занимают в общественном разделении труда.