СТАЛИНИАДА

Борев Юрий Борисович

Там 22 октября 1938 года Блюхер был арестован. Предание говорит, что допросы были очень жестоки и маршалу выбили глаз и что приведенный в кабинет Берия Блюхер бросился на палача и был убит на месте.

Тяжко жить

Маршал Александр Егоров в 1938 году сказал Сталину:

— Почти все высшие командиры Красной Армии расстреляны. В случае войны некому выполнить мобилизационный план. Сейчас дивизиями часто командуют старшие лейтенанты. Так больше нельзя ни жить, ни работать.

— Значит, ты своей жизнью тяготишься? — спросил Сталин.

И сам

ответил на этот вопрос, лишив в 1939 году маршала Егорова жизни.

На следствии

В 1937 году Иона Якир был арестован. Он тщетно пытался убедить следователя в своей невиновности:

— Посмотрите мне в глаза. Разве вы не видите, что здесь происходит. Вы же хорошо понимаете, что я не могу быть шпионом.

Приведенный на очную ставку с Якиром крупный командир сказал ему:

— Иона! Перестань! Перед кем ты бисер мечешь?

Тогда Якир обратился к следователю:

— Дайте мне бумагу, я напишу письмо Сталину. На свое письмо он ответа не получил.

Когда Якира и других командиров расстреливали, один из них воскликнул:

— Вы стреляете не в нас, а в Красную Армию!

"Двурушник"

Якир же за миг до залпа крикнул: "Да здравствует товарищ Сталин!" Когда после казни об этом сообщили Сталину, он ухмыльнулся:

— Какой фальшивый был человек.

Нас не касается

В 37 году Ока Городовиков сказал Буденному:

— Семен! Берут всех подряд! Что же будет?

Буденный ответил:

— Не всех, а только умных. Нас с тобой это не касается.

Несостоявшийся арест

Во второй половине 30-х годов к загородному дому Буденного подъехали машины. Из них стремительно выскочила группа захвата и оцепила дачу. Маршал приказал своим ординарцам и адъютантам занять круговую оборону. В окна выставили пулеметы, из которых открыли огонь. Прибывшие залегли, прячась за деревья.

Сам Буденный побежал к телефону и доложил Сталину обстановку.

Сталин спросил:

— Полчаса продержишься?

— Думаю, продержусь.

— Хорошо.

Через полчаса прибыла еще одна машина, и гости были отозваны.

Сталин позвонил Буденному и, узнав, что всё в порядке, сказал:

— А пулеметы ты сдай.

Два пулемета Буденный сдал, но четыре все-таки оставил на чердаке.

Арест Гая

Настоящее имя командира железной дивизии Гая — Гайк Бжишкян. Это его дивизия взяла ко Дню рождения Ленина его родной город — Симбирск. Во второй половине 30-х годов он жил и работал в Белоруссии и был женат на белоруске. Однажды пришли работники НКВД, арестовали его и выслали в теплушке с эшелоном в Сибирь. По дороге Гай — по преданию — бежал и добрался до Москвы, до самого Сталина. Гай начал жаловаться вождю, что его — героя гражданской войны — арестовали и, наверное, Сталин ничего не знает о том, что происходит. Сталин здесь же, в своем кабинете, застрелил Гая.

Арест Примакова

Во второй половине 30-х годов Сталин вызвал в Москву героя гражданской войны, руководителя красного казачества

Примакова. Тот выехал с двумя адъютантами и заместителем. В дороге — техника была отработанная — в вагон вошло несколько человек, кто в штатском, кто в военной форме, чтобы арестовать

Примакова. Он воскликнул:

— Какой арест?! Я еду по вызову товарища Сталина!

— Ничего не знаем, у нас ордер на арест и предписание.

— А ну, хлопцы, — обратился Примаков к своим адъютантам, — покажем этим переодетым белогвардейцам, что такое красные казаки!

Хлопцы скрутили и повязали ремнями всю команду, прибывшую на задержание. На ближайшей станции Примаков сдал «белогвардейцев» властям.

Идейный и наивный Примаков не был приобщен к большой политике. Он тут же позвонил Сталину и сообщил, что на него совершено нападение переодетыми белогвардейцами, которых удалось задержать и сдать в НКВД. Он же — Примаков — ждет дальнейших указаний. Указание последовало: ехать дальше, а насчет белогвардейцев не беспокоиться — ими займутся.

В Москве на вокзале героя гражданской войны встретила более внушительная и более расторопная команда "переодетых белогвардейцев". Примаков и его сопровождающие были арестованы и препровождены в НКВД. Больше их никто никогда не видел.

"За кулисами"

Всеволод Иванов был в Октябрьском зале Дома союзов на одном из заседаний большого политического процесса.

Допрашивали Ягоду. Писатель сидел в первых рядах и обратил внимание, что в стене над судьями расположены иллюминаторы, затянутые голубой тканью. "И вдруг я решил, что за голубыми иллюминаторами кто-то есть", — рассказывал Иванов. Когда звучало последнее слово подсудимого Ягоды, в одном из иллюминаторов вспыхнула спичка и возник знакомый силуэт человека, прикуривающего трубку.

Новый оберпалач

Расстрелянного Ягоду сменил на посту маленький, невзрачный, безвольный человек Ежов, из фамилии которого возникло новое понятие «ежовщина». Обыгрывалась эта фамилия еще в лозунге: "Держать врагов в ежовых рукавицах". Эта надпись сопровождала плакат, на котором был нарисован Ежов в виде благородного богатыря с НКВДешными петлицами. Правая рука его была одета в ежовую рукавицу, которой богатырь удушал мертвой хваткой контрреволюционную гидру и врагов народа. 37-й год и Ежов вошли в историю как близнецы, рожденные Сталиным.

Следствие с юмором

Переводчица Татьяна Гнедич (потомок "того самого" Гнедича — современника Пушкина, переводчика Гомера) была вызвана в органы, где ей сказали:

— У вас сестра в Лондоне. Если бы вы попали в Англию, вы захотели бы остаться. Поэтому мы вынуждены вас посадить.

Гнедич резонно возразила:

— Позвольте, но это все равно, что сказать старой деве, что если бы она была женщиной, она была бы проституткой.

Следователь понимал юмор. Он улыбнулся, и Гнедич получила 10 лет. В лагере она по памяти перевела на русский язык первые главы "Дон Жуана" Байрона. Таким же образом литературовед Шиллер создавал в заключении монографию о творчестве своего великого однофамильца.