Сталкер

Уайлд Кларисса

Она хмурится и кривится.

— С каких это пор? Зачем ты это делаешь?

— Затем, что мне нравится, — отвечаю я, пожимая плечами. — В этом нет ничего такого.

Она сбрасывает мою руку со своего плеча, словно я покрыт грязью.

— Это неправильно, Майлз, и ты это знаешь. С каких пор ты стал одним из них?

— Не стал. Просто делаю то, что хочу.

— Ну, для тебя это плохо, — произносит она, упирая руки в бока, корча из себя деловую.

— Мне не нужны лекции от тебя, — шиплю я, наклоняясь ближе. — И в случае, если

ты не заметила, они не самые милые люди, так что я предлагаю тебе прекратить орать на весь двор о том, что это, и что мы здесь делаем.

— Или что? — ее глаза сужаются. — Теперь ты мне угрожаешь?

— Нет, попросту пытаюсь тебя предупредить, — произношу я, глядя в ее глаза. — Они опасны.

— О тебе так тоже говорили, но я лучше знаю, — она сглатывает. — И ты тоже.

Я вздыхаю, чувствую себя хуже, чем до этого только от одного разочарованного взгляда на ее лице. Ненавижу это чувство… словно я бесполезный, словно делаю что-то не так.

— Может, я не хочу знать лучше.

Она качает головой и бросает:

— Забудь.

Затем поворачивается и шагает прочь на своих высоких каблуках, выводя меня из себя. Какого хера она вообще от меня убегает? Словно из-за своей злости она не считает меня достойным разговора. Блядь.

Бегу за ней и хватаю за руку, но она выдергивает ее и отталкивает меня.

— Отпусти меня.

— Нет, я хочу поговорить.

— Ты четко дал себя понять, — отвечает она. — Я больше тебя не потревожу. — Ванесса снова разворачивается и уходит.

— Нет, подожди! — Я становлюсь у нее на пути. — Не уходи от меня.

— А почему нет? Ты ведь делаешь то же самое.

Хмурюсь.

— Я ни от чего не ухожу.

Она тычет пальцем в мою грудь, указывая на место, где находится сердце.

— Ты отдаляешься от правильного, и то, что ты делаешь сейчас… ошибка.

Хватаю ее за руку и тяну, заставляя ее сделать шаг ближе.

— Они мои друзья, Ванесса. Ты не можешь просить меня бросить их. Это тоже неправильно.

— Ты зависаешь не с теми. Они не твои друзья. В любом случае, не хорошие. — Она смотрит на меня, заправляя свои каштановые пряди за уши, и впервые я чувствую нечто большее, чем простое счастье при виде нее. Я чувствую злость… разочарование… потребность.

Что-то поднимается во мне. Что-то первобытное, но я отталкиваю это, потому что оно несет с собой плохое чувство.

— Тогда что мне делать? Навеки оставаться одиноким? Вообще не иметь друзей? С тех пор, как на меня повесили ярлык куска дерьма, они единственные, кто у меня есть. На случай, если ты не заметила, я начал это в той же степени, что и ты.

Она кривится.

— Это удар ниже пояса, и ты знаешь это. Как ты смеешь? — Ее глаза увлажняются, и я сжимаюсь всем телом, видя ее боль. — Я думала, что была твоим другом. Но кажется, этого для тебя недостаточно.

Она снова пытается увернуться и уйти, но я хватаю обе ее руки и толкаю к стене со всей

своей силой. Рычу и громко выдыхаю, пытаясь успокоиться. Вся сдерживаемая ярость выходит из меня, пока Ванесса ежится подо мной. Ее хрупкую фигурку очень легко удержать на месте. Ее грудь вздымается с каждым вдохом, направляя все мое внимание на нее. Как она стала такой большой из ниоткуда?

Как девушка так внезапно стала такой привлекательной?

Словно я никогда не замечал, какая она красивая.

— Ты меня пугаешь, — произносит она высоким голосом, который переводит все мои чувства в состояние тревоги.

Я наклоняюсь ниже, загипнотизированный ее блестящими глазами и розовыми приоткрытыми губами. Они заставляют меня прикасаться к ней так, как я никогда не думал. Чем больше я приближаюсь, тем сильнее она содрогается, и все в этом мире исчезает, кроме нас. Я не могу выбросить из мыслей ее и то, что она со мной делает. Она шевелит что-то внутри меня, что-то, чего я ранее не чувствовал, но я хочу этого. Мне это нужно. Я должен иметь это.

Так что я приближаюсь к ее губам, ожидая, что она меня оттолкнет. Ей стоит. Ванесса ненавидит меня за то, что я сделал, питает ко мне отвращение за то, что я выбрал неправильное. И все же она позволяет мне коснуться губами ее губ. Одно теплое дыхание, одно прикосновение ее губ сводит меня с ума до такой точки невозврата, что я обрушиваю свой рот на ее.

Я никогда прежде не целовал девушку, но, блядь, это приятно. В этом есть все, чего я ожидал. Настолько больше, но мне может никогда не станет достаточно. Я целую ее мягко, пытаясь почувствовать, что она хочет и как ей нравится. Хочу, чтобы она почувствовала меня, увидела меня настоящего. Хочу, чтобы я снова ей нравился… и хочу, чтобы она была счастлива. Это единственный известный мне способ исправить то, что я сломал. Нас.

Когда наш поцелуй заканчивается, я чувствую, что должен был сделать это долгое время назад. Она отрывает от меня свои губы и моргает пару раз, наверное, сбитая с толку.

Я улыбаюсь.

— Тебя для меня достаточно.

Ее голова поворачивается на звук рядом с нами. На нас смотрят девочки, хихикая и пряча улыбки за ладошками. Ее глаза округляются, а губы приоткрываются.

— Дерьмо.

— Что? — спрашиваю я.

Она выпутывается из моих рук и отталкивает меня в сторону.

— Мне нужно идти.

— Что? Сейчас? — произношу я, пытаясь удержать ее за руку.

Но чем больше я тяну, тем сильнее она вырывается.

— Я не могу… — бормочет она, а затем переводит внимание на девочек. — Пожалуйста, не говорите никому, — умоляет она их.

Вот в этот момент мое сердце вынули и растоптали.

От ярости, бегущей по моим венам, у меня начинает подергиваться нос. Как она могла сказать это?

На мгновение она поворачивает голову ко мне.

— Мне жаль, Майлз. Я не могу.