Стальной кулак
Шрифт:
Третье — пресса. Если Черноярский готовит статью в «Технической газете», нужно дать ответ. Причем не просто оправдываться, а показать реальные преимущества.
Я вспомнил упрямый блеск в глазах Варвары, когда рассказывал об угрозе проекту. Нет, мы не имеем права отступить. Слишком много вложено в этот дизель, не только денег и времени, но и надежд. Надежд на новую технику, которая действительно изменит расстановку сил.
За окном появились первые огни московских пригородов. Я сложил документы в портфель, заперев
Мысленно я уже в кабинетах ВСНХ, готовясь к схватке. Черноярский силен, но у него есть слабое место, он не верит в технический прогресс. А значит, рано или поздно проиграет.
Массивное здание ВСНХ встретило меня гулкими коридорами и запахом канцелярии, смесью бумажной пыли, чернил и мастики для натирки паркета. По широкой лестнице с чугунными перилами поднимались озабоченные служащие, шелестели бумагами курьеры в потертых тужурках.
Зубцов ждал в условленном месте, у высокого окна в конце коридора четвертого этажа.
— Леонид Иванович, — он понизил голос, нервно оглядываясь. — Черноярский с утра уже дважды заходил в кабинет к Петрову. Что-то готовят…
Я не успел ответить. Из-за поворота коридора появилась высокая фигура в военном френче без знаков различия. Черноярский шел характерной походкой, слегка припадая на правую ногу. Его пронзительные светло-серые глаза с желтоватым отливом впились в меня.
— А, Краснов! — его командирский голос с хрипотцой эхом отразился от стен. — Явился все-таки!
Несколько служащих, спешивших по своим делам, невольно остановились. Черноярский явно стремился создать публичную сцену.
— Как вы смеете, — он надвигался на меня, повышая голос, — морочить голову руководству своими «техническими фантазиями»? Я три войны прошел, знаю, что нужно армии!
Я спокойно выдержал его взгляд. Краем глаза заметил, как Зубцов отступил к стене, стараясь стать незаметным.
— Ваш дизель — это авантюра! — Черноярский почти кричал, его шрам через бровь побагровел. — Вы подводите оборону страны! И я этого не допущу!
Он навис надо мной, высокий, поджарый, излучающий агрессивную энергию. Явно привык подавлять противников командирским напором.
— Борис Всеволодович, — я намеренно говорил тихо и четко, заставляя прислушиваться, — ваш боевой опыт достоин уважения. Но техника не стоит на месте. И если вы не способны понять преимущества дизельного двигателя…
— Да как вы смеете! — его лицо побагровело еще сильнее. — Да я вас…
— Что именно, товарищ Черноярский? — я чуть подался вперед, глядя ему прямо в глаза. — Попытаетесь использовать связи в военных кругах? Или организуете очередную статью о «вредительских тенденциях»?
Он осекся. В его глазах мелькнуло удивление, явно не ожидал такого спокойного отпора.
— Вы еще пожалеете… — процедил он
— Возможно, — я позволил себе легкую улыбку. — Но давайте решать технические вопросы технически. На совете я представлю все результаты испытаний. И тогда посмотрим, чьи аргументы весомее.
Черноярский хотел что-то ответить, но в этот момент из кабинета вышел Петров, грузный мужчина в сером костюме, начальник технического отдела.
— А, товарищи! — он окинул нас внимательным взглядом. — Как хорошо, что вы уже встретились. На совете обсудим все детально.
Черноярский молча развернулся и зашагал по коридору, его френч натянулся на напряженных плечах.
— Зря вы его так, — пробормотал Зубцов, когда мы остались одни. — Он этого не простит.
— А я и не рассчитываю на прощение, — я достал папку с документами. — Лучше расскажите, кто еще будет на совете.
После встречи с Черноярским я отправился к человеку, с которым познакомился после автопробега — полковнику Дорохову. Его небольшой кабинет в здании Артиллерийского управления был заставлен макетами орудий и техническими справочниками.
— Положение серьезное, — Дорохов постучал пальцами по папке с результатами испытаний. — Черноярский уже заручился поддержкой Тушина и Бережного. А это серьезные фигуры в военной приемке.
— А что думают в танковом управлении? — я отхлебнул крепкий чай из граненого стакана.
— Там раскол, — Дорохов понизил голос. — Молодежь за ваш дизель. Но старая гвардия… Они привыкли к бензиновым моторам. Все, что сложнее, вызывает у них недоверие.
В дверь постучали. Вошел полковник Самохин, худощавый, с аккуратно подстриженными усиками. Я знал его как одного из ведущих специалистов по моторам.
— Я изучил ваши материалы, — сказал он без предисловий. — Впечатляет. Особенно расход топлива. В условиях длительного марша это может стать решающим преимуществом.
— Тем более что с бензином у нас есть трудности, — многозначительно добавил Дорохов.
Самохин кивнул:
— Именно. Но Черноярский давит на другое. Говорит, что дизель сложнее в производстве, требует более квалифицированного обслуживания…
— У меня есть детальные расчеты по технологии, — я достал еще одну папку. — И данные по подготовке персонала.
Следующий час мы детально разбирали технические вопросы. Я видел, как загораются глаза Самохина. Настоящий инженер не может не оценить преимущества новой конструкции.
— Хорошо, — наконец сказал он. — На совете я вас поддержу. Но нужны еще голоса.
— Есть идея, — Дорохов потянулся к телефону. — Сейчас позвоню Трубникову из испытательного центра.
К вечеру у нас сформировалась небольшая, но влиятельная группа поддержки. Трубников, начальник испытательного центра. Братья Касаткины из военной приемки. Полковник Кольцов, специалист по топливному обеспечению.