Starkoporn
Шрифт:
– Я?! Развратил тебя?!
– мальчик смеётся весело.
– Конечно! Я говорил, тебе, Джон, что мне никогда не нравились ни мальчики, ни мужчины…
– Мне и теперь они не нравятся. Только ты, Петир…
– Не ты ли сам говорил мне, что пару раз трахал кого-то в Ночном Дозоре?
– Пару раз… Приходилось…
– А мне не приходилось! У меня всегда вокруг было довольно женщин. Прекрасных женщин, Джон! Женщин, которые сами приходили ко мне, в мою постель…
– Верю! Конечно, сами! Все тебя хотят, любовь моя…- Джон снова тянется к нему губами. Их поцелуй долгий и влажный, они оба ласкают
– Видишь, о чём я?
– говорит Петир отрываясь от губ мальчика и задумчиво глядя на него.
– Я привык к тебе… За последние несколько месяцев я трахал тебя больше, чем кого-то ещё… Я к тебе привык. Даже к этой твоей дурацкой бородке! Хотя я всегда считал, что без неё было бы лучше…
– А по-моему, мне идёт!
– Джон поглаживает свою бородку.
– К тому же, с ней я выгляжу старше!
– Мне плевать, как ты выглядишь. Твоя борода колет мне мошонку.
Джон хихикает.
– Это серьёзная причина… Хочешь, обрею её?
– Ладно уж… Король Севера… Оставайся с бородой… Ты компенсируешь это старательностью. Знаешь, Джон, если бы ты был девчонкой, я бы, пожалуй, взял тебя в любовницы.
– Ты и так уже… взял меня… В любовницы.
Они оба смеются, Петир обнимает юношу за плечи.
– Тебе это нравится? Быть моей любовницей?
– Нет, Петир, мне это не нравится. Я это обожаю! Как и тебя, любовь моя…
– Давай вниз, - командует Петир, слегка толкая его, - Начни с чего попроще, а там посмотрим.
Джон радостно переползает пониже, а Петир снова откидывается на подушки и раздвигает ноги, чтобы мальчику было удобней.
Юный король приступает к делу со свойственным ему энтузиазмом. Бейлиш закрывает глаза и снова видит свою молодую жену: её рдеющие щёки и полураскрытый рот, белоснежную кожу, мягкие округлые груди и рыжеватый пушок у неё между ног. Как он хотел её! Какой неутолимой была его страсть к ней! Даже Джон с его вечной охотой и старанием не мог его насытить… Между ног снова всё оживает, приходит в возбуждение и становится очень горячо и твёрдо.
Петир слегка выдвигает вперёд бёдра.
– Давай, малыш, сделай мне хорошо… - он кладёт руку на голову юноши.
Острый настойчивый язычок пробегает вдоль его члена, обегает вокруг, дразнит, играет. Мягкие губы обхватывают и посасывают, и снова отпускают. Джон берёт его за бёдра и поднимает себе на колени, как делала Арья, сильно разводит Петиру ноги, поддерживает под поясницу.
– Я обещал, что вылижу тебя всего, до кончиков пальцев. Ты всё ещё не понимаешь, как сильно я люблю тебя, Петир. Для такого умного человека, ты иногда ужасно глуп и непроницателен. Я хочу, чтобы ты наконец понял…
Ну, допустим, шлюхи тоже делали так, как делает сейчас мальчик: целовали ему ноги, ласкали их губами и языком. Но это почти всегда за дополнительную плату и никогда с таким энтузиазмом. Язык пробегает по внутренней стороне бедра, ныряет в складочки кожи в паху, щекочет мошонку, сладко протягивается по промежности… Да, так они тоже делали — на то они и шлюхи. Но так, как Джон? С такой жадностью и самозабвением? С такой нежностью и обожанием? Никто и никогда. Боги, мальчик, откуда ты такой взялся?! Безумный, невозможный, надоедливый влюбленный идиот… Не останавливайся! Только не останавливайся! Петир стонет,
– Ты любишь меня, Петир?
– Ох… Заткнись и продолжай, Сноу!
Горячие дыхание касается его члена, и тот вздрагивает в предвкушении. Бородка слегка покалывает его. Но к этому Петир уже привык.
– Нет, скажи! Любишь?
– Если ты не заткнешься сейчас…
И снова язык повсюду.
– Где ты этому научился, маленький извращенец? Нет, молчи! Не отвечай! Просто продолжай…
– Я не учился. Я просто люблю тебя. Я давно хотел это сделать, мечтал об этом. Хотел заполучить тебя на мою волю…
– Ты меня получил. О боги… Джон…
– Тебе нравится?
– Ты меня убьёшь…
– Ты меня любишь?
– У тебя язык не тем занят, малыш. Здесь, да… Сильней… Вот так, мой хороший…
– Ты меня любишь? Скажи мне, Петир!
Петир вскрикивает, когда вслед за юрким язычком, его касается настойчивый палец, прежде чем решительно проникнуть внутрь.
– Любишь?
– О боги… Я люблю тебя, ты мерзкий, грязный, извращенный ублюдок. Ты доволен? Продолжай! Осторожней, мальчик… Вот так… Возьми меня ртом. Не останавливайся!
Юный король смеётся счастливо, прежде чем снова обхватить его член губами. Мальчик-то невероятно смышлен! Учится на лету! И умение его растёт пропорционально его одержимости.
Петир никогда не думал и предположить не мог, что его маленькая игра с похотливым юным королем Севера закончится вот так: с ним обнаженным, лежащим на коленях у короля с разведенными ногами, дрожащим от возбуждения и сладострастия, стонущим и кричащим, с королевским пальцем в его заду и королевским ртом вокруг его члена. С признаниями в любви, боги! Даже если эти признания не правдивы. Но вот это, что делает с ним мальчик сейчас, он и правда любит. Проклятие, они действительно любовники! Джон Сноу, король Севера, и лорд Петир Бейлиш, протектор Долины, — любовники! Он спит с мальчишкой! Не просто трахает его, а и сам ему отдается! Только взгляните на него! Как лорд-протектор подается бёдрами навстречу королю! Как он бормочет «Ещё, ещё… Сильнее…» У Петира появился любовник! Как же так вышло?
– Подожди! Отпусти меня!
Джон останавливается и поднимает на Петира озадаченный взгляд. Лицо его и борода все блестят. И это почему-то не кажется Петиру отвратительным.
Он высвобождается из хватки короля, поднимается на ноги на кровати и становится перед ним, нависая угрожающе.
– Что ты собираешься делать, Петир?
Лорд-протектор собирается восстановить свой статус, иные тебя забери, Сноу!
– Я собираюсь оттрахать тебя в рот. Но не так, как обычно. Становись на колени.
– Не так, как обычно?
– юноша устраивается перед ним и смотрит с любопытством.
– Я собираюсь трахать тебя глубоко, Джон. Хочу достать тебе до глотки. Не уверен, что тебе понравится…
– Мне понравится, - ни тени сомнения в голосе. Может быть мальчик неправ, и к нему всё же вернулись не все чувства, а одно только вот это щенячье обожание?
– Посмотрим. Не вздумай кашлять, закрывать рот и плеваться.
Джон смущенно улыбается. Потом интересуется, озабоченно:
– А если у меня не получится не кашлять? Что мне сделать, Петир?