Старков
Шрифт:
догнал и перегнал беспомощно трепыхавшегося Потапыча, который
что-то неразборчиво кричал.
Во дворе замка толпился народ. Все смеялись и показывали
на Старкова пальцем. Пролетая мимо северной башни, он увидел
на балконе самого графа Цепеша, который изучал его в
зрительную трубу.
К концу недели Старков понял, что заклинание замкнулось
само на себя и нейтрализации не поддается, по крайней мере, до
ближайшего солнечного затмения,
через пятьсот.
"Вот епперный театр, попал в оборот!
– мрачно думал
он,говорила мне бабушка, рожденный ползать летать не может!"
После непродолжительных осцилляций система пришла в
равновесие, и Старков стал облетать вокруг замка ровно за час.
Потапычу ыовезло больше - один виток он делал за двенадцать
часов. Постепенно эта парочка стала для обитателей замка чемто
вроде хронометра, который, к тому же, шел с завидной
точностью.
Вдобавок ко всему, гости графа Цепеша получили новое
развлечение: каждый час мимо окна проносилось странное
существо в халате, чалме и с длинной бородой, которое, если
его раздразнить, неистово ругалось, плевалось и корчило
умопомрачительные гримасы. Был составлен график появлений
Старкова у того или иного окна, который выдавался гостям
вместе с приглашением.
– Господа!
– объявлял в разгар праздника мажордом,-Через
пять минут мимо северной башни пролетит Старков! Милости
просим всех на балкон!
– Старков?
– обычно спрашивали новички.-А что это?
– Как! Вы не знаете Старкова?
– восклицали завсегдатаи
графских балов.-Идемте скорее - это так забавно!
Особенно Старкова выводила из себя длинная галерея, вдоль
которой приходилось лететь минут десять, и гости могли
следовать за ним, дразня и доводя до бешенства.
Спасал его Потапыч. Мрачный и взъерошенный, филин
появлялся за окном пиршественной залы ровно в полночь и
скрипучим голосом принимался читать свои стихи, радуясь такому
обилию слушателей. В основном, Потапыч сочинял хайку примерно
такого вот содержания:
Ноги мои замерзли
И сам я совсем больной
А вы все - дураки
Словно кукушка в часах, он таким образом возвещал полдень
и полночь.
Отбиваясь от комаров летом, простужаясь промозглой осенью
и промерзая до костей зимой, Старков пролетал таким образом
чуть ли не целый год, питаясь при помощи колдовства.
В поисках выхода, он перепробовал все возможные способы,
пока не догадался, наконец, размотать чалму. В ней оказалось
двадцать
набросить петлю на башенный шпиль, а когда это не удалось
сделать, дождался очередной встречи с Потапычем и бросил лассо
ему. С третьей или четвертой попытки филин поймал веревку, и
они закржили один вокруг другого. Равновесие нарушилось, их
отнесло далеко в сторону от замка, где оба плюхнулись в пруд.
Лишь после этого ветер утих.
"Семь смертей Ахтыгата"
С большим трудом добравшись до дома, Старков целый месяц
приходил в себя, а потом снова с головой ушел в разработку
новых планов мести. Потапыч, в силу преклонного возраста и
хронического ревматизма самоустранился от дел и теперь
ограничивался лишь теоретической частью. Неудачи Старкова не
сломили, и в ближайшее время он предпринял еще несколько
попыток проникнуть в графское гнездо.
Обнаружив в трехтомнике Мерлина очень редкое и могучее
заклинание, он перешел в коллоидное состояние и просочился в
водозабор графского водопровода, надеясь попасть в умывальник
Дракулы. Однако, с непривычки он вскоре заблудился в огромной
системе водоснабжения и в большинстве своем попадал либо в
фонтаны, либо - в душевые, что причиняло ему жестокие
страдания. Кончилось все тем, что его угораздило попасть на
кухню. Там его залили в кофейник, заварили в нем кофе и подали
к столу. Напиток, правда, оказался премерзким, и пить его
никто не стал. Придворный повар получил нагоняй, противную
бурду выплеснули на помойку, а Старков с тех пор возненавидел
кофе.
В другой раз, обернувшись грозовой тучей, он долго
обстреливал замок молниями, неизменно попадая в громоотвод,
пока окончательно не выдохся. Вся энергия ушла в землю, и
домой пришлось добираться по телефонному кабелю.
Вершиной старковских ухищрений стал момент, когда он рас
пылился в воздухе на аэрозоль и попытался проникнуть в замок
через вентиляцию, но был втянут в часовню во время Черной Мес
сы, где и осел на стенках органной трубы. Труба после этого
стала немилосердно фальшивить, и органных дел мастер, после
долгих поисков неисправности, выбросил ее на свалку, заменив
новой.
Отчаявшись, Старков добрался до главы "Особо опасные зак
линания", где обнаружил Ингибитор Зеркального Прохода, которым
не замедлил воспользоваться. Основательно вооружившись и обла