Старые амазонки
Шрифт:
— Слушай, Мишка, так это сейчас полдома должно ноги двинуть. Ведь пирогов, я так понимаю, было много. Мишка, беги к подъезду. Может, они их вчера не ели и еще можно беду предотвратить.
Мишка рванул вниз. Я пыталась осмыслить произошедшее. Если бы Мишка не остался у меня дома, то меня бы уже не было в живых. Я бы точно разговаривала с бабой Машей. Мишка прав. И откуда вообще взялись эти грибы? Боже мой, мне же нужно к Вениамину Викторовичу!
С трудом поднявшись с кровати, я добралась до часов — девять ноль-ноль.
Очень мило. Так, теперь до телефона. Черт! Автоответчик!
Мишка, конечно же, не взял ключей, а дверь захлопнул. И когда прозвенел звонок, я еле доползла до двери.
— Извини, я не подумал. Но все в порядке. Ты, наверное, в этом доме была самая голодная. Кроме тебя, никто еще ничего не ел. Все только собирались.
И тут у вас какая-то шустрая старушка побежала всех оповещать.
— Это, наверное, Тамара Федоровна. Ладно, Миша, спасибо тебе, ты настоящий друг. Тебе, наверное, на работу пора?
— Я уже звонил. Приду попозже. У меня было отравление. Это страшная вещь, и я прекрасно понимаю твое состояние. Так что, если ты хочешь побыстрее поправиться, ложись и лежи. Я сбегаю в аптеку. Принесу тебе классное лекарство.
За полдня встанешь на ноги.
— Миша, но у меня нет полдня.
— Тогда придется лежать дня три. Выбирай.
— Добрый ты какой! Ладно уж, ложусь, — мне и так этого очень хотелось, несмотря на все мои усилия воли.
Глава 9
Непонятно. Ничего не понятно, а вроде бы глупостью я никогда не отличалась. Почему это никто еще не ел пирогов, если их испекли вчера? Ведь должен же кто-то их попробовать, хотя бы тот, кто пек. Может, меня специально хотели вывести из строя? Но зачем? И ведь это просто счастье, что Мишка оказался рядом. Весь дом прекрасно знал, что я живу одна. Похоже, меня хотели просто убить. Но вот кто? Кто пек эти пироги? Как бы мне хотелось поговорить сейчас со всеведущей Тамарой Федоровной. Но во всем теле я ощущала ужасную слабость. Встать и идти у меня просто не было никаких сил, и я решила немного поспать. Я просто обязана быть в форме уже сегодня. Мишке я отдала ключи, так что ни о чем можно не волноваться. Только я задремала, как пришел из аптеки Мишка и стал пичкать меня разными таблетками, утверждая, что эта смесь и мертвого на ноги поставит. Если бы я не знала Мишку, то решила бы, что он хочет меня добить, чтоб не мучилась. Я мужественно проглотила все, что он мне дал, не почувствовав при этом никакого облегчения.
— К сожалению, моя милая Танечка, процесс лечения не так быстр, как ты этого хочешь. Я обещал, что ты встанешь к обеду. Значит, именно тогда ты и встанешь. Понятно?
— Понятно, — вздохнула я. В отравлении грибами я ровным счетом ничего не понимала. И мне оставалось только смириться и подчиниться. Кстати, очень не люблю делать ни того, ни другого.
После всех Мишкиных процедур опять прибыла делегация в лице Тамары Федоровны и Зои Борисовны. Последнюю отличала ужасная бледность.
— Танечка, ради бога, я не хотела ничего плохого. Сама я сначала попробовала пироги
— А я думала, вы одна живете. И Тамара Федоровна тоже говорила, что у такой красавицы — и мужа нет.
— Да, что только мужикам надо, — закивала Тамара Федоровна.
— А если это не мужикам, а мне неизвестно что надо, — вставила я. У меня от них начала кружиться голова.
Они молча уставились на меня, вероятно, переваривая услышанное, но, кажется, ничего не поняли из моего выступления.
— Как вы себя чувствуете? — поинтересовалась Зоя Борисовна. — Может, какие таблетки нужны? Я всего повидала в больнице. Молодой человек, вы уверены, что сделали все правильно? — она очень суетилась, считая, наверное, себя виноватой и пытаясь загладить свою вину.
— У нас все есть, спасибо. А сделал я как раз все правильно, — почему-то очень сурово проговорил Мишка.
По-моему, они ему очень надоели, как, впрочем, и мне.
— Извините, бабушки, но Тане необходим отдых, — решительно заявил он, направляясь к двери.
Обе старушки с бесчисленными извинениями засеменили к выходу.
— Таня, — закрыв дверь, просунул голову в мою комнату Мишка, — как ты здесь живешь? Это же дурдом! Сначала они тебя чуть не угробили, а потом пришли извиняться. А ты еще иногда жалуешься на скуку. Выйди на улицу к подъезду — сразу повеселеешь.
Видно, Мишка с остальными лекарствами подсунул и снотворное. Потому что после ухода сочувствующих я заснула и проспала до обеда. Зато встала я как новенькая. Как будто и не было этих ночных кошмаров. Мишка просто волшебник. О чем я ему незамедлительно и сказала. Тот, удовлетворившись своей работой и взяв письмо, отправился наконец в отделение. А я бросилась к телефону. На этот раз мне повезло, и я услышала не автоответчик, а Вениамина Викторовича.
— Танечка, — начал он сразу, как только я поздоровалась, — что случилось? И что за молодой человек такой сердитый? Я понимаю, дело молодое, но уже два часа дня.
Я засмеялась.
— Это не то, о чем вы думаете. Вы сейчас сможете приехать?
— Да, я закончил все дела на сегодня и абсолютно свободен.
Мы встретились опять на том же месте, но бродить по скверику мне еще было тяжеловато, и я пересела в подъехавшую машину Вениамина.
— Почему сегодня мы не гуляем?
Я рассказала о моем кошмаре и о спасителе, представляя все как можно смешнее, но мой собеседник после окончания истории стал гораздо серьезнее, чем вначале.
— А ты уверена, что это случайность?
— Конечно, если меня хотят убить, то уж лучше тогда стукнуть по башке и спустить по лестнице, например. Ну оступилась, упала, с кем не бывает. Мне весь дом помогает расследовать дело. По-моему, им нравится. Да и зачем меня убивать?
Бывали дела и покруче — и ничего. Да и утром прибежали бабульки все перепуганные. Нет, Вениамин Викторович, вы ошибаетесь.
Он задумчиво покачал головой.
— Я не знаю всех твоих дел, но будь осторожна.