Стать победителем
Шрифт:
– То есть там кого-то завалило и он умер?
– Хм, не обязательно завалило и не обязательно умер. Но в любом случае оставим те проходы напоследок. Хотя… – При входе в первую из длинной анфилады пещерку зуава задумалась. – Несколько похожий запах бывает и в медвежьей берлоге. Но это невозможно, мы ведь ни единого следа медвежьего не видели и ни одного знака, которыми они метят свою территорию. Ладно, держите свои рапиры наготове. И если шакалы начнут мешать, старайтесь убивать их молниеносно, чтобы они не успели дать вой призыва для остальных.
– А если их сразу ножами успокаивать? – предложила
– Мм? – Грозовая поморщилась, но, припомнив, сколько уже зроаков пало от метательных ножей Ивлаевых, согласилась: – Ну, если попадете сразу в глаз – пробуйте. Хотя лучше нам вообще подобного отродья зубастого не касаться.
Увы! Бескровно пройти по этим лабиринтам пещер не получилось. Хотя первых четырех шакалов удалось уничтожить тихо, а потом без шума и пыли завалить в промоинах камнями и песком. Следующая пара уже попыталась если не воем, то хрипом созвать своих членов стаи. Пока их прятали и затирали следы крови, жуткий вой раздался на месте первых захоронений.
– Пусть шуйвы придут к нам на помощь! – досадовала зуава. – Видимо, живые шакалы таки унюхали мертвые тушки! Да и наши следы для них – как раскрытая книга. Ищем удобное место для обороны. Быстрее!
Благо еще, что такое место отыскали довольно скоро, укрепили факелы на стенах, в удобных местах, так что и освещение получилось превосходное. Да и первые шакалы бросились на людей не единой волной, а явно подтягиваясь к месту сражения бегом и поодиночке. Так что первые два с половиной, а то и три десятка этих горных зубастиков воительницы положили легко, словно на тренировке. А вот затем пришла вторая волна, и стало не то что жарко, а очень горячо. Порой создавалось впечатление, что озлобленные шакалы мчались в атаку на людей, стоя на спинах друг у друга в три, а то четыре уровня. Настолько плотно, в едином броске, единой стеной атаковали мелкие хищники, защищая свою территорию.
Если бы людей было меньше или они не обладали таким высоким воинским умением, обязательно бы погибли. А так выручила необычная верткость, сноровка и филигранное владение своим оружием. Девчонкам хватало лишь одного укола, чтобы шакал либо падал замертво, либо, повизгивая и судорожно дергаясь, умирал за короткое время. Уж на что Грозовая насмотрелась в своей жизни, но и та, когда все устало присели в конце боя и пытались отдышаться, не сдержала своего изумления:
– Малышки, вы уникальные фехтовальщицы! Кто вас обучал?
С трудом отдирая свою окровавленную руку от эфеса рапиры, Мария выдохнула:
– Иных уж нет, а те далече. А что, сражение окончилось?
– Можешь не сомневаться! Мы уничтожили всю стаю, которая обитала в этом ареале, полностью. Ну разве что щенки где остались повзрослевшие, так те со временем, если выживут, начнут создавать новую стаю.
Катерина нервно хохотнула:
– Зато теперь нам никто не помешает здесь осматриваться.
– Прямо сейчас закончим? – решила уточнить зуава. – Или на завтра отложим?
Вера поежилась от омерзения и покрутила носиком:
– Фу! Еще и завтра здесь копаться? Да тут такая вонь за ночь образуется, от огня факелов взрыв получится!
– Правильно, – поддержала подругу Мария. – Надо уже до конца все обойти. Судя по тому, что шакалы нас атаковали лишь со стороны выхода наружу, много ходов, ведущих
Предчувствие и наблюдательность лидера троицы не обманули. Не прошло и часа, как искательницы сокровищ убедились в полной замкнутости данного лабиринта и подались наружу для ночного отдыха.
Вне недр уже настала глухая ночь, непроглядная для простых людей, если бы не легкое, мерцающее освещение со звездного неба. Апаша, как обладательница первого щита, да и землянки, имеющее некие врожденные отличия в зрении, в свете факелов не нуждались и добрались к оставленным лошадям, ориентируясь в пространстве довольно легко. Костер на месте тоже разводить не стали, зная, насколько просто летающий в ночном небе кречи может высмотреть огонек даже с расстояния в двадцать километров.
Добавили корма своим лошадям, перекусили сами холодным пайком, обсудили перспективы дня грядущего да и провалились в сон. При этом больше надеясь на умных, чутких керьюги, которые благодаря своему отменному слуху быстрее уловят приближающуюся опасность, чем их хозяева. Да так в принципе и произошло. Два раза за ночь тихим, деликатным храпом лошади будили воительниц. Один раз они так ничего и не увидели и не услышали, а вот во второй раз удалось рассмотреть на фоне ночного неба две крылатые тени проклятых людоедских приспешников.
– Кречи! Чтоб у них крылья отвалились! – прошипела в бессильной злобе Апаша. – Высоко рыщут, из лука не достанешь. Вот если бы засесть где-нибудь на верхушке скалы…
Несмотря на ночь, усталость и желание спать дальше, Мария все-таки задала давно заготовленный вопрос:
– А почему те же шуйвы не помогут людям создать такие трубки, плюющиеся железом и достающие кречей на любой высоте? Если уж повозки безлошадные в Рушатроне людей и товары перевозят, то и оружие можно создать любое.
Грозовая удивленно хмыкнула, пару раз вздохнула, но все-таки ответила:
– Есть парочка легенд, в которых техники-оружейники создавали нечто подобное. Но в тех же легендах и утверждается, что именно шуйвы запретили творить такое оружие, а непокорных оружейников попросту уничтожили. Опять-таки, это все лишь легенды, и я совершенно не понимаю, о каких плюющихся трубках идет речь. Может, вы что-то слышали более конкретное?
– Да тоже лишь одни легенды, – ушла Ивлаева от ответа.
Со своим багажом знаний землянки знали массу чего интересного и полезного, а используя оставленные в Рушатроне ноутбук и базу данных, можно было построить хоть завод по производству космических ракет. Но вот это упоминание про недовольных, все контролирующих шуйвов и озадачивало, и расхолаживало вот так сразу, с ходу делиться секретами. Да и спать хотелось не по-детски.
Поэтому Мария задышала глубже, делая вид, что уснула, а потом и в самом деле провалилась в сон.
Утром девчонки проснулись бодрые и полные сил. А вот апаша выглядела злой и недовольной. С досадой рассматривая свое вновь распухшее колено, она сетовала на стаю агрессивных шакалов:
– Из-за них перенапряглась в прыжках, да и парочку ударов челюстями получила в наколенник. И теперь осложнение пошло!
– Ну так ничего страшного! – утешила ее Мария. – Оставайся возле лошадей, лечись в медитации, а мы оставшийся проход и сами прекрасно осмотрим.