Стать прочнее
Шрифт:
— Куда ты тянешь свои грабли?! — она подхватила Паразита на руки, несмотря на то, что кот всё ещё не успокаивался и периодически выпускал когти больше похожие на сабли. — Ты что, скотина, хотел тронуть моего мальчика?
Официант замотал головой, я посмотрел на Илью, для которого, похоже, такой бардак был в новинку. Ничего, приятель, то ли ещё будет, промелькнула у меня в голове слегка истеричная мысль. А в этот момент Клара завопила во всю мощь своих легких.
— Матвей! Матвей, где ты, мать твою? Почему тебя никогда нет, когда ты нужен своему клану?
— Что здесь происходит? — в зал быстрым
В ответ Илья только пожал плечами и бросил на меня шальной взгляд. Подоров поднял с пола поднос, на котором осталось несколько тарталеток, остальные были разбросаны по полу. Я заметил, как одна из девушек, глядя на произведенный Паразитом кавардак, медленно поставила такую же тарталетку обратно на тарелку, совсем немного не донеся её до рта.
— Матвей, бери Илью и немедленно расследуйте это гнусное происшествие. Нам кто-то подсунул отравленную искру! И этот красавец только что спас всех нас, как минимум от несварения желудка, а в самом жутком случае и от более глобальных последствий, — непререкаемым тоном заявила Клара Львовна.
— Ты слишком эмоционально всё воспринимаешь, — попробовал успокоить её Подоров. — Всю еду, поступающую на кухню проверяют и перепроверяют. Никто никогда не смог бы пронести сюда отравленный продукт. И вообще, тебе не стыдно так орать при гостях?
— Во-первых, здесь все свои, во-вторых, когда доживаешь до моих лет, просто начинаешь ценить каждый прожитый день, и тебе станет также плевать, отложится ли съеденное на ночь пирожное на бедрах, и что о тебе в итоге подумают молодые остолопы, вроде тебя. — Спокойно ответила Клара. Паразит сел у её ног и обвил хвостом щиколотки женщины. — И вообще, Матвей, я тебе говорю о том, что нужно расследовать это дело, а ты пытаешься меня в этом переубедить. Тебе не приходило в голову, что кто-то хочет убить твоего императора и главу клана, да и половину клана Орловых заодно?
— Ты нагнетаешь, — Подоров взял тарталетку и откусил половину. — Тьфу! — он сплюнул то, что попало ему в рот прямо на пол.
— Мяу, — злорадно сообщил ему кот. Мол, вот что значит, мне не верить.
— Матвей, сейчас, когда ты лично убедился, может уже что-нибудь начнешь делать? — рявкнула Клара.
— Господи, что это за гадость, — Подоров схватил шампанское, прополоскал рот и выплюнул остатки снова туда, где уже лежала кошачья блевотина и разбросанные тарталетки. — Это нужно немедленно расследовать, пока много времени не прошло. Куда ты лапы тянешь?! — заорал он, увидев, как горничная попыталась убрать следы их с Паразитом недовольства с пола. — Илья, что ты стоишь столбом, дай мне что-нибудь, куда можно собрать образцы.
Илья развел руками, затем схватил два бокала и выплеснул шампанское в чью-то тарелку. Никак не отреагировав на возмущённый писк, он туда же вылил шампанское из третьего бокала и подбежал к шефу, который уж опускался на колени перед местом преступления. Заполнив бокалы весьма неприглядным содержимым, а в третий кинув пару нетронутых тарталеток, Матвей протянул бокалы Илье, который где-то раздобыл пакет, куда аккуратно поставил образцы. Сам же Подоров встал с колен и махнул горничной.
— Можешь убирать, милая, и извини за то, что накричал.
—
— Я сейчас стою и пытаюсь понять, что это: злой умысел, или просто недобросовестный поставщик? — пробормотал Матвей. — Ничего, в лаборатории быстро скажут, как эта дрянь реагирует с определенным лекарством, тогда и можно будет что-то утверждать.
— Вызывать машину? — к нему подошёл Илья.
— Да, вызывай, только, тебе придётся ехать без меня. Я должен буду остаться.
— Зачем? — Илья нахмурился, но прикоснулся к своему передатчику и приказным тоном сообщил, что немедленно ждёт машину.
— Так надо, — уклончиво ответил Подоров, бросив на меня быстрый взгляд. Что-то явно происходит, но он упорно не желает со мной делиться. Похоже, сюрприз хочет устроить, мать его.
Илья вышел из зала с пакетом в руках, изобразив напоследок, как подносит трубку к уху. Я кивнул, и тут же подумал, что он не знает моего номера. Но потом быстро сообразил, где мой новоиспеченный родственник работает и успокоился, этот точно знает мой номер, и вообще все номера, какие ему понадобятся.
— Его императорское величество император Михаил, — торжественно во внезапно наступившей тишине провозгласил открывший дверь дворецкий.
Я встрепенулся и посмотрел на дверь, как, впрочем, сделали все присутствующие в зале, включая Клару Львовну. Михаил вошёл стремительно, при этом довольным жизнью он не выглядел. Оглядев всех присутствующих пристальным взглядом, император негромко произнёс.
— Я могу узнать, что здесь происходит? Почему моют пол, а меня на входе чуть не сбил с ног Илья, который сообщил, что убегает, сославшись на срочную работу. Что за работа может быть настолько срочной, если я попросил всех присутствовать на сегодняшнем вечере.
— Я потом объясню, но, поверьте, ваше величество, это действительно срочная работа. — Ответил Подоров.
— Ваше величество, даже так? — император покачал головой. — Ладно, завтра с утра доложишь. А сейчас, Костя, подойди ко мне.
Ну вот оно, начинается то, о чём всем известно, но именно за этим все здесь сегодня собрались. Сейчас клан Орловых предъявит на меня права, как на наследника. Кажется, я побледнел, но довольно твёрдо сделал шаг вперед. И тут дверь снова раскрылась, и в зал ввалился персонаж, которого, судя по всему, видеть здесь никто не был рад. А многие, включая Клару, очень удивились, когда Васька остановился возле Михаила и оглядел всех взглядом, буквально источающим ненависть.
— Что, не ждали? Ведь было сказано, что новость будет озвучена перед всем кланом. И так Ильюха куда-то унесся. Но я, вот он, здесь. И весь внимание. Мне тоже хочется послушать, как ублюдка сейчас поставят выше всех нас. — И он схватил шампанское с подноса застывшего рядом с ним официанта. — Клара, с юбилеем, — и он опрокинул вино себе в рот.
Я же оглянулся и столкнулся с напряженным взглядом Подорова. Так вот почему он остался. И кому интересно пришла в голову гениальная идея выпустить этого урода из-под домашнего ареста, пусть и временно, чтобы он поучаствовал в семейном торжестве, на котором его опустят ниже плинтуса.