Статус B
Шрифт:
Нова, как и Эй-Джей, стреляла на ходу, постепенно отступая, Ламия же, наоборот, выдвинулась вперед, паля с двух рук из чего-то скорострельного, плюющегося сгустками ярко-красной плазмы.
Трехликий развернулся в воздухе и спустился чуть ниже, нацеливаясь на дерзкую троицу. Длинная шея его изогнулась, как у рассерженной кобры, пасть снова раскрылась, в глотке, будто жар в домне, разгорелось лиловое пламя.
Псионикой он ударил почти одновременно с командой Пробойника. Подземелье заполнилось грохотом выстрелов, и в голову монстра, сходясь на ней тугим пучком, ударили десятка три светящихся
Думаю, в реале таким массированным огнем можно было кирпичную стену раскрошить, пробив в ней целый проем. Гиганту, впрочем, тоже досталось — во все стороны полетели осколки камня, кристаллов, ошметки плоти. В гуще обычных снарядов то и дело гремели яркие вспышки взрывов — видимо, некоторые игроки использовали что-то вроде гранатометов.
Игра подсветила шкалу здоровья Хранителя, разделенную на четыре равных сегмента. Она начала ощутимо проседать. Правда, куда медленнее, чем я ожидал. Да и само чудовище реагировало на поток пуль так, будто это была струя воды — неприятно, неожиданно, но не смертельно.
Правда, башкой-то он заворочал, и луч псионики беспорядочно захлестал из стороны в сторону.
— Валим, валим, валим! — рычал в чат Пробойник. — Не жалеем карамелек, ребятки! Угощаем дядю до отвала!
Полоска здоровья монстра продолжала съеживаться, и я не мог оторвать от нее взгляда. Несмотря на то, что я в этом бою не столько участник, сколько наблюдатель, мне передалось чувство всеобщего азарта. Да и сам гигант уже не казался таким уж непобедимым. Эту тварь можно ранить, а значит — можно и убить. Нехитрое, казалось бы, открытие, но оно меняет все отношение к происходящему.
Продлился, правда, этот душевный подъем очень недолго. Первому крылу удалось фокусировать огонь на голове Трехликого секунд тридцать-сорок, не больше, и снесли они ему около четверти хитпойнтов. Однако Хранитель, взлетев чуть выше, щедро атаковал позиции стрелков псионным потоком — будто из брандспойта окатил. Стрельба резко прекратилась, в чат посыпались короткие отчеты — «Минус! Минус! Минус!».
Но тут подключилось второе крыло, которым командовал Арчер. Они засели с другой стороны амфитеатра и чуть ниже и начали бить монстра в нижнюю часть — прямо в клубок копошащихся щупалец. Урон тоже проходил — это было видно по дрогнувшей шкале здоровья. Правда, вела она себя довольно странно. Во-первых, хитпойнты начали убавляться не с правого края шкалы, а от края первого ее сегмента. Причем поначалу снимались довольно шустро, гораздо шустрее, чем при стрельбе в голову. Успели снести больше половины, но потом процесс замедлился, хотя интенсивность огня оставалась прежней.
— Паскуда, регенерирует слишком быстро! — выругался кто-то в чате. — Додавливаем!
Однако Трехликий, почувствовав угрозу, заревел, заворочался в воздухе, круша верхними конечностями края ярусов амфитеатра. И начал снижаться, поджимая щупальца под себя.
— Давим, давим, пока опять псионикой не жахнул!
— Фрост, щит!.. Щит, я сказала, оглох, что ли?
Я вздрогнул, оборачиваясь на выскочившую откуда-то сверху Нову. И правда, слишком увлекся наблюдением за битвой. К тому же, честно говоря, подумал, что затея с «бегунками»
Однако Нова и остальные офицеры Отступников не собирались отсиживаться на нижних ярусах некрополя. Все четверо подключились к крылу Арчера, жаля из всех стволов в нижнюю часть колосса, по щупальцам. В этот момент я даже пожалел, что не захватил из кланхрана какую-нибудь пушку, хоть самую завалящую. Стрелок из меня, может, и не очень, но по такой махине сложно промахнуться.
Додавить не удалось — Трехликий, наконец, отыскал стрелков Арчера. И, хотя те постоянно двигались, стараясь рассредоточиться, все же выцепил их одного за другим — в основном псионным лучом, но некоторых попросту ухватил здоровенными лапищами, раздавливая, как мышей.
К этому времени снова подтянулось на свои позиции крыло Пробойника и снова начало поливать босса из всех орудий. От непрерывной канонады, грохота обвалов, рева самого Хранителя, многоголосой брани в чате у меня уже начала гудеть голова, и с каждой минутой я все меньше соображал, что происходит. Меня вырывали из ступора лишь команды бегунков — я только и успевал, что набрасывать пси-щит на очередного смельчака, выдвигающегося поближе к монстру.
Вот снова Завр, отступая и паля из здоровенной, ему под стать, пушки, громыхнул доспехами, прижимаясь спиной к стене. Здоровья у него осталось меньше десяти процентов, но он умудрился вовремя выйти из боя и снова закидывался регенераторами.
— Уф, хорошо идем! — кивнула ему отсиживающая в нашем закоулке Ламия.
— Да, неплохо, — кивнул тот.
— Вы прикалываетесь, что ли? — ошарашенно оглянулся на них я. — Да мы его уже минут пятнадцать долбим, но поцарапали только.
— А ты чего хотел? — фыркнула Ламия. — Это же долбаный Хранитель Печати! Один из главных боссов биома. И мы только начали. Изучаем его, разные боеприпасы пробуем. Выясняем, что его лучше берет, что от него вообще ждать.
— Это надолго, — подтвердил Завр, поймав мой взгляд.
— Ну, если и дальше будет так везти, то, может, и за пару-тройку часов управимся.
Еще пару часов такого безумия?! Кажется, я не совсем представлял, во что ввязываюсь…
— Фокус на голову! — прогремела команда Пробойника. — Хреначим бронебойными! О, хорошо пошло!
Первому крылу снова удалось сфокусировать огонь на голове Хранителя, и на этот раз стреляли из чего-то потяжелее — полоска здоровья монстра начала съеживаться ощутимо быстрее.
— Давайте, давайте, жмем! Почти половину сняли. Сейчас… А, дьявол!
Уходя из-под обстрела, Трехликий начал снижаться, одновременно втягивая голову под панцирь. Еще немного — и вовсе почти полностью закрыл ее толстыми пластинами, о которые все снаряды разбивались, высекая искры.
Зато с другой стороны туши с хрипом и скрежетом выдвинулась другая башка — остроклювая, желтовато-серая, будто полностью состоящая из кости. И тоже широко раскрыла пасть с частоколом желтых клыков. Но вместо псионики из пасти вырвался широкий поток какого-то призрачного зеленоватого дыма, который быстро начал рассеиваться по некрополю.