Стая
Шрифт:
— Кофе? Неплохо бы. — Его пальцы ощупали место ушиба. Шишка будет приличная. — А где этот чёртов будильник? Я точно помню, что ставил его на семь.
— Ты его не услышал. И неудивительно, после всего, что случилось. — Делавэр прошла к маленькой встроенной кухоньке и огляделась в поиске: — А где…
— В подвесном шкафу, слева. Кофе, фильтры, молоко и сахар.
— А есть хочешь? Я могу и завтрак…
— Нет.
Она налила воды в колбу кофейной машины.
— Отвернись. Мне надо одеться, — попросил Эневек.
— Не
Он скривился, ища джинсы. Они валялись на лавке у стола каюты. Одеться оказалось не так-то просто. Голова кружилась, нога не сгибалась в колене и болела.
— Джон не звонил? — спросил он.
— Звонил. Не так давно.
— Вот гадство.
— Что?
— Самый дряхлый старик влезет в штаны быстрее. На фиг, и как я не услышал будильник? Мне же непременно нужно было…
— Ты чокнутый, Леон. По-настоящему чокнутый! Два дня назад ты выпал из самолёта. У тебя опухло колено, а у меня немного сдвинулись мозги, ну и что? Нам нечеловечески повезло. Мы могли погибнуть, как Дэнни и пилот, а мы остались живы. И ты чертыхаешься из-за своего поганого будильника, что проспал зарядку!
Эневек сел на скамейку.
— Что сказал Джон?
— Он собрал все данные. И посмотрел видео.
— Здорово. И что?
— И ничего. Тебе придётся рассчитывать на собственное мнение.
— И это всё?
Делавэр наполнила фильтр молотым кофе, вставила его в колбу и включила. Через несколько секунд каюта наполнилась всхлипами машины.
— Я сказала ему, что ты ещё спишь. Он просил тебя не будить.
— Почему это?
— Он сказал, что тебе нужно выздороветь. И был прав.
— Я здоров, — строптиво заявил Эневек.
На самом деле он был в этом не вполне уверен. Когда гидроплан столкнулся с выпрыгнувшим серым китом, у машины оторвало крыло. Арбалетчик Дэнни, похоже, был убит на месте. «Гудок» не нашёл его труп, но сомнений в его гибели не было. Боковая дверь гидроплана при аварии была открыта, и Эневек остался жив только благодаря этому: его вышвырнуло наружу. В себя он пришёл уже только на борту «Гудка», очнувшись от боли в колене.
Делавэр повезло ещё больше: она спружинила на теле пилота. В полубессознательном состоянии ей удалось выбраться из тонущего самолёта. Экипаж «Гудка» сумел выловить Эневека и Делавэр, но несчастный пилот ушёл на дно вместе с самолётом.
При всём трагизме ситуации акция всё же прошла успешно. Дэнни всадил передатчик в кита. Робот URA сопровождал кита целые сутки и записал всё на видео, не привлекая к себе внимания животного. Эневек знал, что записи были посланы утром Джону Форду, и твёрдо намеревался с утра быть в аквариуме. Кроме того, в центре National d’Etudes Spatiales расшифровывались телеметрические данные, полученные от самописца, закреплённого на спине Люси. Если бы не крушение, у них были бы все основания хлопать друг друга по плечу.
Вместо этого всё становилось
Нет, он не был здоров, и растяжение в колене являлось далеко не главной проблемой.
Эневек ощущал себя душевным инвалидом.
Накануне он долго спал. Дэви, Шумейкер и шкиперы заходили навестить его. Несколько раз звонил Форд справиться о его состоянии. Больше никто о нём особенно не пёкся. В то время как Алиса Делавэр подвергалась жестокому прессингу со стороны родителей и целой кучи знакомых, которые требовали её отъезда с острова Ванкувер, — неожиданно возник даже один старый друг, заявив свои права после двухлетних отношений, — круг людей, принимавших участие в судьбе Эневека, ограничивался лишь коллегами.
Он был болен и знал, что никакой врач не в силах ему помочь.
Делавэр поставила перед ним чашку свежего дымящегося кофе и глядела на него сквозь синие стёкла очков. Эневек хлебнул, обжёг язык и взял трубку радиотелефона.
— Можно задать тебе один вопрос личного характера? — спросила она.
Он замер, отрицательно покачал головой и сказал:
— Потом.
— Когда потом?
Эневек пожал плечами и набрал номер Форда.
— Мы ещё не управились с просмотром, — сказал директор аквариума. — Отдыхай пока.
— Ты же сказал Лисии, чтоб я высказал своё мнение.
— Да, но после того, как мы всё просмотрим. В основном это скучно. Уж досмотрим до конца, а ты потом посмотришь существенное. Может, и ехать будет незачем.
— Ну, хорошо. Когда вы управитесь?
— Понятия не имею. Мы тут сидим за плёнками вчетвером. Дай нам два часа. Нет, три. Лучше всего, я пришлю за тобой вертолёт после обеда. Круто, правда? Членство в кризисном штабе даёт кое-какие преимущества. Всегда наготове вертолёт. — Форд засмеялся. — Никак привыкнуть не можем. — Он сделал паузу. — Зато у меня есть для тебя кое-что другое. Только сейчас у меня нет времени рассказывать, ты лучше позвони Роду Пальму.
— Пальму? С какой стати?
— Он час назад вернулся из Нанаймо, из института океанических наук. Ты можешь поговорить и со Сью Оливейра, но я думаю, Пальм у тебя под рукой.
— Чёрт возьми, Джон! Почему мне никто не позвонит, если есть что рассказать?
— Я хотел подождать, пока ты отоспишься.
Эневек брюзгливо закончил разговор и позвонил Пальму. Руководитель исследовательской станции «Строберри» тут же взял трубку.
— А! — догадался он. — Форд тебе сказал, да?
— Да. На что вы там наткнулись? Почему ты мне не позвонил?