Стая
Шрифт:
– Тише, – успокоительно проговорил Уоз, с трудом удерживая кулак с зельем. – Тише, Алайдер, не бойся.
Сам же маг не сводил с золотой шерсти волчицы восхищенных глаз.
– А я и не боюсь! – высоким голосом ответил Лай, все же опуская руку. Сделал он это с превеликой неохотой и только из-за странной реакции учителя. Жизнь с Уозом показала юноше, что не все так страшно, как кажется с первого взгляда. Хотя огромный рыжий волк был невыразимо ужасен. Поджарый, лохматый, с жутким оскалом и красным отблеском черных глаз.
Волчица
– Солнечная волчица! – благоговейно прошептал Уоз, опускаясь на колени, потом на четвереньки. Он старался приблизиться еще хоть на полшажочка, пытаясь внимательнее рассмотреть высокого волка.
– Волчица? – удивленно переспросил Лай и встревожено огляделся. – А где Кота? Испугалась зверя?
– Это она и есть, – с придыханием ответил маг, любовно касаясь золотистой шерсти кончиками тонких узловатых пальцев. – Эта волчица и есть наша воительница! А я-то думал, она просто шакти. Вот старый дурак! Не разглядел властительницу, пару крюков мне под ребра! Потрясающе…
– Что потрясающе? – не понимая, переспросил Лай. – Уоз, ты спятил? Как Кота может быть волчицей? Вот она стояла здесь. Потом появился волк…
– Я думал, что древний род больше не возродится, – словно не слыша ученика, продолжал Уоз. – Как прекрасно, что это не так! Шакти может стать великой Шактир… Восхитительно!..
– Что? – растерянно моргнул Лай: он ни слова не понял из спутанной речи учителя.
– Не получается, – чуть не плача, вскрикнула Кота, снова становясь девушкой. – Что происходит, Морос меня побери! Почему ничего не ощущаю? Я бесчувственнее старой селянки!
Лай застыл с открытым ртом, с недоверием глядя на Коту. А Уоз понимающе ухмыльнулся, глядя с четверенек.
– Это все заклятие локки! – возвестил он, поднимаясь. Глянул на паренька с хитрецой в глазах цвета моря и демонстративно прикрыл тому рот. – Очень силен, прохиндей! Словно сам Локк вернулся из могилы!
– Ты его знаешь? – заинтересовалась Кота.
– Увы, – покачал головой старик, – он силен достаточно, дабы никто не узнал, кто он такой. А быть узнанным он явно не пожелал… что странно для локки.
– И почему я будто бы оглушена? – с напряжением в голосе спросила девушка.
– Заклятие, которое применил локки, было создано для нападения на стаи воинов-волков самим Локком, – старик тряхнул пушистой головой, снова неуловимо напомнив одуванчик на ветру. – Как понимаешь, чтобы разрушить камень Дороса, нужна огромная сила…
– Это невозможно, – безапелляционно заявила Кота.
– Вспомни руины моей бедной хижины, – пригорюнился Уоз. – Но это даже не самое главное. Сначала заклятие разбивает камень, чтобы жертвы не успели сменить облик, а потом – оглушает воинов, лишая их сверхчувствительности. Не беспокойся, это пройдет…
– Вот почему ты появлялась из Волчьего леса, – оторопело пробормотал посеревший лицом Лай. – Ты – оборотень!
– Глупые селянские сказки, – досадливо поморщилась Кота. – Знаешь, Лай, если не хочешь ссориться со мной, не вспоминай эту мерзость. Я их ненавижу с детства!
– А у тебя было детство? – донельзя удивился Уоз.
Кота нервно хихикнула и выразительно покрутила пальцем у виска.
– Можно подумать, ты сразу родился взрослым, – фыркнула она. – Лучше расскажи, как тебе удалось спастись!
– О, это просто, – широко улыбнулся отступник. – За многие годы я выработал умение чуять неприятности не хуже, чем воины из стаи – врагов. И лишь только вы ушли, сразу ощутил острый запах надвигающейся опасности. А на этот случай в моей бедной хижине был тайный подземный ход. Правда, меня чуть не завалило под землей, но постепенно мне удалось выбраться на поверхность. А, оказавшись в лесу, я сразу услышал ваши голоса…
– А твои братья – они тоже волки? – спросил Лай. Выглядел он при этом так жалко, что Кота скривилась, словно от зубной боли. Она не ожидала, что ее истинная сущность ввергнет юношу в такой шок. – Вот почему ты такая сильная!.. И живешь в норе?
– Конечно, – раздраженно ответила девушка. – Спала в норе, рвала зубами ни в чем не повинных селян, пугала прохожих, выла на луну, в полнолуние превращалась в монстра… Нет, постой, я и так – монстр! – И, резко развернувшись, пошагала прочь. На ходу размахивала руками и громогласно заявляла деревьям, какие горожане тупые невежды.
– Зачем ты обидел девочку? – укоризненно покачал головой Уоз. – Ну, волчица… Что здесь такого?
– Что такого?! – воскликнул Лай. – Учитель, она – волк! Кровожадный убийца! Зверь, не поддающийся контролю!
– А тебе так надо все вокруг контролировать? – иронично усмехнулся отступник. Лай бросил на учителя хмурый взгляд и тот выставил вперед ладони – Да, ты прав, конечно! Она – зверь! И что с того, что девчонка тебя сразу не убила только за то, что ты – прирожденный локки! И вообще, почему-то пытается твою жизнь спасти, хотя воины ненавидят всех без исключения магов! И конечно тебе нет дела до того, что в ней нет ни капли жеманства, и уж точно не до того, что красотка необыкновенная в образе человеческом…
– Лучше бы я попал в руки слуг Мороса, – грубо буркнул юноша, сплевывая в сторону. И, застонав, взорвался: – Какой же я болван!
– Это факт, – хитро усмехнулся Уоз, затаптывая костерок и увлекая Лая вслед за скрывшейся в лесу девушкой. – Если жить хочешь, то смиришься с ее второй половиной. Хотя, кто знает, какую часть в воине стаи занимает его волчья ипостась.
– Ой! – Лай схватился за раненую ногу и заскрипел зубами от вспыхнувшей боли. Видимо, лекарство Коты перестало действовать.