Стажер
Шрифт:
– Что с ним?
– спросил он, мозг сбоил, а руки выполняли привычную работу, заливая пробоину клейким молекулярным гелем.
– Как ты думаешь, что с ним?
– проворчала Амбромахия, высвобождая одну руку, чтобы помочь Иклану: - он как раз на пути выстрела из туннельника оказался. Разорвало его нахрен, вот что.
– Ага... держите крепче...
– Край прихвати...
– Твою мать!!!
– вспыхнули искры и в нагнетателе появилась еще одна пробоина.
– Твою мать! Суки!
– Амбромахия бросила бесполезный теперь инструмент и с чувством выругалась. Из новой пробоины брызнула жидкость, давление стало стремительно падать.
– Давайте!
–
– С ума сошел, Дорж! Сейчас тебе комбез прожжет!
– Еще две минуты продержится! Ну, давайте скорей!
– Иклан - переключай! Давай...
– в этот момент опять брызнули искры и лежащего на нагнетателе Доржа буквально разнесло на части выстрелом из туннельного орудия. Металл поддался и на палубу хлынул поток раскаленной жидкости.
– Ну все...
– каким-то отстраненным голосом произнес Иклан, сглотнул и добавил: - звездец реактору.
Сандра Кэллахан только стискивала кулаки, глядя, как истребители расправляются с крейсером. Они играли с ними, как кошка с мышью, постепенно выводя из строя системы крейсера.
– Черт возьми, что там происходит с батареями ПРО! Почему они не ведут огонь?
– У нас не осталось батарей, мэм.
– ответил Атью, не оборачиваясь. Реактор на последнем издыхании, так что пришлось убрать энергию с подкачки лазеров и импульсных орудий.
– О, дьявол! Военной полиции - приготовиться к абордажу!
– Имперскому военному судну! Говорит Март Эдисон! У вас нет выбора, сдавайтесь. Сейчас на борт поднимется абордажная команда, любое сопротивление будет подавленно. Гарантируем защиту и обращение в рамках Великой Конвенции.
– Змей отжал лангрифон и уже по внутренней связи сказал: - 'Персей'! Он твой. Только аккуратно.
– Да нет проблем. Я выбрасываю десант.
– громада транспортника уже подошла довольно близко к крейсеру. На таком расстоянии крейсер мог бы разнести его в клочья в доли секунды. Если бы у него остались работающие орудия. Многочисленные люки открылись и в пространство высыпали космодесантники, напоминая не то муравьев, не то пчел, разлетающихся из улья. У каждого пятого десантника на поясе висела молекулярная пила, с помощью которой можно было вскрыть броню крейсера и проникнуть внутрь. Но подобные вещи как правило происходили очень редко - обычно десантники просто находили на поверхности судна какие-нибудь технологические лючки, пусковые шахты ракет, гнезда излучателей, двери шлюзов и ангаров, которые они вскрывали с помощью взрывчатки или программного взлома, а уже потом через эти отверстия десантники просачивались внутрь. Все было просто - в том случае, если они атаковали безоружный транспортник. Но у корабля военно-космических сил империи, пусть и потрепанного, все еще остались зубы. Малокалиберные орудия на корме открыли огонь и высокочастотным стаккато импульсных лучей буквально разорвали на части первый отряд десанта. Остальные рассредоточились в пространстве, не желая подставлять себя под огонь. Сработала наноловушка и еще трое десантников были просто-напросто разрезаны пополам сверхтонкой и сверхпрочной нанонитью.
– Говорит ВП! У нас проникновение на корабль!
– капрал ВП, Нинто Бьюс прижал лангрифон: - Повторяю, проникновение на пятой палубе, ангар Д.
– он поднял КСВ-35 и открыл огонь из обоих
– Говорит ремонтная бригада! Вышла из строя система охлаждения главного артиллерийского калибра, мэм. Боюсь, мы не можем сделать ни одного выстрела.
– доложила бригадир ремонтной бригады, или как еще их называли - 'крыс' Амбромахия, устало привалившись к стене.
– Вот ведь суки... куда лезут...
– Клаус Штайнке, главный механик выругался и поднял обычный плазменный резак, бросившись на врага. Десантник в ответ выстрелил с бедра, пробив скафандр и вызвав взрывную декомпрессию. Говоря проще, голова главного механика разлетелась на части.
– Твою мать, эти твари просто повсюду! Что нам делать, мэм?
– надрывался динамик в командной рубке. Надрывался попусту, потому что буквально двумя минутами ранее случайный выстрел из туннельного орудия прошил командную рубку насквозь. Рука Сандры Каллахан, последнего капитана линейного крейсера 'Гермес' лежала рядом с кнопкой самоуничтожения реактора, так и не сумев нажать на нее.
– Рубка, это реакторный! Здесь скоро появится враг! Рубка, это реакторный!
– Амбромахия еще раз попыталась докричаться до капитана, но безуспешно. В двери реакторного появилась дыра с оплавленными краями и оттуда веером разошлись лучи ручного импульсника. Стиснув зубы Амбромахия надавила вниз красный рубильник.
– Все назад! Все -назад, вашу мать!
– заорал Март Эдисон и его истребители брызнули в разные стороны от крейсера, как мальки на мелководье. Огромный пузырь аннигиляции вырос на месте, где только что висел искалеченный крейсер и пристыковавшийся к нему 'Персей'.
– Вот ни хрена себе...
– сказал Эдисон, выравнивая свой истребитель: - Плакали наши премиальные.
Глава 52
– Я не вижу смысла в происходящем...
– Март Эдисон задумчиво пожевал нижнюю губу.
– Кстати, и ты тоже не видишь... так?
– Нет, не вижу... ерунда какая-то...
– пожала плечами Секира: - если бы они сдались в плен... но они не сдались. Это все твоя долбанная пропаганда!
– Не надо...
– поморщился Эдисон: - сам знаю.
– Вот они и не сдались. Два истребителя у нас взрывом задело...
– И какого черта они вылезли наружу, если у них не было ни единого шанса, а?
– Змей, ну это же проще простого - они хотели дать этот шанс кому-то еще. Значит мы имеем дело не с одним кораблем. Этот отвлек наше внимание и мы как болваны сосредоточили все свои силы в данном секторе. Значит еще один где-то крадется в пространстве с заглушенным реактором... а может и не один. Советую тебе, Змей, не убирать патрули.
– Секира, это же паранойя какая-то. Ты думаешь, кто-то мог проскочить сквозь нашу частую гребенку?
– Ну, этот же смог.
– Секира...
– вздохнул Эдисон, он хотел бы избежать этого разговора, но раз уж он начат...
– Это был 'Гермес', Секира. Помнишь?
– 'Гермес'?
– Это боевой крейсер, который ты вырубила двумя 'Тиграми', вспоминаешь?
– Эдисон надавил посильнее, он знал, что ударит по самолюбию Кирштейн, но и молчать он тоже не мог. Нарушена дисциплина и в результате... ну, вообще-то в результате они получили дополнительный доход от премиальных... однако...