Стеклянный трон
Шрифт:
Дорин тоже улыбнулся, однако его улыбка получилась натянутой.
— Думаю, Нехемия уже спешит сюда, чтобы рассказать тебе о договоре. Принцесса сильно разозлится, когда узнает, что я ее опередил. Ты уж извинись за меня, хорошо?
Дорин взялся за дверную ручку, но мешкал уходить.
— Поздравляю тебя, Селена, — тихо сказал он.
Она не успела ответить. Дверь за принцем тихо закрылась.
Оставшись одна, Селена подошла к окну, прижимая руку к бешено колотящемуся сердцу.
— Свободна, — шептала она, без конца повторяя это драгоценное слово.
ГЛАВА 54
Через
За минувшую неделю король едва удостоил его парой слов. Имя Кэйна вообще не упоминалось. Это Шаола не удивляло. Кто такой Кэйн? Пешка в игре. Позабавил короля, и будет с него. И нечего равнять какого-то солдата с капитаном королевской гвардии.
Но Кэйн мертв, потому что Шаол убил его. Глаза этого верзилы никогда уже не откроются и не посмотрят на мир, потому что Шаол убил его. Убил не просто так, не из-за глупой ссоры. Убил по крайней необходимости… но убил.
Рука капитана привычно скользнула к ножнам. Потом он вспомнил, что все эти дни ходил без меча. Тогда, добредя до своих комнат, он швырнул меч в угол. Спасибо, кто-то смыл с оружия всю кровь. Наверное, гвардейцы, которые увели его с веранды. Дома они налили ему большой бокал самой крепкой выпивки, какую смогли найти, и молча уселись. Потом, убедившись, что их командир не наделает глупостей, ушли, не дожидаясь, когда он их поблагодарит.
Шаол провел рукой по коротко стриженным волосам и вошел.
Селена лениво расправлялась с обедом. Капитана она явно не ждала.
— Два визита за один день? — удивилась Селена, опуская вилку. — Чем я обязана такому вниманию?
— Где Дорин? — хмуро спросил Шаол.
— Этого я не знаю. Как видишь, здесь его нет.
— А я думал, в это время он всегда бывает здесь.
— Раньше бывал. Но теперь не будет.
Шаол подошел к столу и замер с вопросом:
— Почему?
Селена скатала хлебный шарик и отправила себе в рот.
— Потому что я это прекратила.
— Что именно?
— Я теперь — королевская защитница. Осталось лишь договор подписать. Думаю, ты понимаешь, что мне было бы крайне неуместно находиться в близких отношениях с принцем.
Ее синие глаза вспыхнули. От легкого ударения, сделанного ею на слове «принц», у Шаола замерло сердце.
Капитан с трудом улыбнулся и сказал:
— А я все ждал, когда ты окончательно поправишься.
Он вдруг подумал: какие чувства испытывала Селена после очередного убийства? Мучилась ли? Вспоминала ли свои перепачканные кровью руки? Или она умела убивать, не пачкаясь в крови жертв?
Шаол вновь, в который уже раз, удивился, что судьба сделала ее ассасином.
Селена смотрела на него, вертя между пальцами кончик локона. Она так и не переоделась, и слишком короткая ночная сорочка при каждом движении задиралась вверх. Но капитан смотрел не на ее ноги, а на лицо.
— Что же ты стоишь? Садись. Стыдно праздновать одной.
Селена лукаво улыбалась. То, что было на поединке, то, что было вскоре после поединка… Кэйн… это еще долго не оставит его. Но сейчас…
Шаол выдвинул стул и сел напротив нее. Селена протянула ему бокал вина.
— За четыре года, оставшиеся до моей полной свободы.
— За тебя, Селена, — ответил Шаол, поднимая свой бокал.
Их глаза встретились, и теперь ему не понадобилось заставлять себя улыбаться. Наверное, четыре года рядом с нею — это слишком мало.
Селена стояла в гробнице. Она знала, что спит. Ей часто снилась эта гробница. Иногда во сне Селена вновь убивала риддерака или оказывалась запертой внутри саркофага Элианы. Порою ей снилась золотоволосая молодая женщина с размытыми чертами лица и тяжелой короной на голове. Но сегодня… сегодня они были с Элианой вдвоем. Склеп был залит лунным светом. Останки убитого риддерака куда-то исчезли.
— Смотрю, ты быстро выздоравливаешь, — сказала королева, прислонясь к стенке своего саркофага.
Селена остановилась в дверях. Сегодня на Элиане вместо доспехов вновь было ее сверкающее платье. Черты лица утратили резкость.
— Да, выздоравливаю, — ответила Селена, но все же оглядела себя.
Во сне она была совершенно здоровой — даже следов от ран не осталось.
— А я не знала, что вы воительница, — сказала Селена, кивком подбородка указывая на поблескивающий в лунном свете Дамарис.
— Слишком многое, связанное с моим именем, было забыто или заменено глупыми сказками. — Синие глаза Элианы сверкали от гнева и печали. — Я сражалась в войнах с демонами. Мы с Гавином вместе бились против Эравана. Там мы и полюбили друг друга. А ваши легенды представляют меня изнеженной девой, которая сидела в башне и своим магическим ожерельем помогала принцу одерживать победы.
— Простите. Я не знала, — прошептала Селена, дотрагиваясь до амулета.
— Ты способна быть другой, — тихо сказала Элиана. — Великой. Ты способна превзойти и меня, и любого из нас.
Селена открыла рот, но слова не выговаривались.
Элиана шагнула к ней.
— Твоих сил хватит на то, чтобы заставить дрожать звезды, — продолжила королева. — Ты сможешь все, если только осмелишься. В глубине души ты и сама это знаешь и больше всего боишься своей силы.
Селене вдруг захотелось выскочить из склепа и бежать без оглядки. Сверкающие синие глаза древней королевы были столь же призрачными, как ее прекрасное лицо.