Стэн
Шрифт:
Главным источником пищи для него была гидропоническая оранжерея. Она тянулась на несколько километров – когда стоишь посередине, обе стороны теряются в мареве: грандиозный зеленый мир растений, выращиваемых без почвы, в питательном растворе. Прежде Стэн видел такую красотищу лишь в библиотечных видеокнигах. Среди яркого зеленого моря – лиловые мхи. И бесконечные ряды из растений множества видов: одни цветут, другие плодоносят. Овощи, фрукты всех цветов и размеров.
После осклизлых вентиляционных труб Стэн словно в сказку попал.
В оранжерее не было ни души. Только сельскохозяйственные
Однажды Стэн привычно спрыгнул из воздуховода на пол оранжереи. Вернее, на зеленый газон – здесь Стэн впервые в жизни увидел траву, мог пощупать ее, погладить, и пошел между рядами растений, вдыхая бесчисленные ароматы. Воздух здесь был поразительно чистый. Глаза пировали, пожирая яркие, сочные краски. Стэн сорвал гроздь винограда и зашагал вперед, отщипывал по ягодке, упиваясь свежим вкусом. Он снял с себя рубаху и стал собирать в нее самые лакомые фрукты и овощи, пока она не наполнилась так, что швы затрещали.
За его спиной раздались тихие крадущиеся шаги. Стэн быстро положил на землю узел с добычей и резко повернулся – уже с кинжалом в руке. Но тут он немного растерялся. Это была девушка, чтобы не сказать девочка. Она его еще не заметила.
У нее в руке было оружие, которое некоторые блюстители порядка предпочитали дубинке, – нунчаки. Это древнее оружие – две палки, соединенные цепью, – подверглось единственной, но существенной модернизации – прибавился электрошок.
Стэн медленно попятился за густые заросли и стал наблюдать за незнакомкой. Она шла уверенной походкой, но старалась ступать легко и воровато оглядывалась. Ни на мигранту, ни на вольнонаемную не похожа. Стало быть, она из шпаны, обитающей в воздухопроводах.
Стэну вдруг вспомнилась любимое присловье отца:
«Враг моего врага – мой друг». Он вышел из зарослей на открытое место. Девушка увидела совсем рядом с собой незнакомого мужчину и на полсекунды окаменела на месте. Затем замахнулась – и могла бы достать Стэна смертельным ударом, если бы он не крикнул:
– Погодите!
Ее рука замерла. Но девушка оставалась начеку. В ее глазах не было и тени страха. В них, правда, мелькнуло удивленное выражение, когда кинжал Стэна вдруг исчез под кожей его предплечья. После этого Стэн показал ей свои пустые ладони.
– Вы кто?
– Меня зовут Стэн.
– В бегах?
Он кивнул.
– Откуда драпанули?
– Из Особого Сектора.
Двойная палка снова угрожающе поднялась.
– Ну ты здоров врать! Никто никогда...
– Я взорвал Зону №35 к чертовой матери. В скафандре вышел сквозь дыру в куполе. Теперь живу в вентиляционных трубах.
Девушка задумчиво сдвинула брови.
– Мы слышали про катастрофу. Но ты все равно врешь.
Стэн молчал.
– Ты много подтягивался вверх – у тебя разработаны именно эта группа мышц, – рассуждала девушка. – На ногах характерные порезы... Ты действительно в бегах.
– А ты думала, я что здесь делаю – садоводством занимаюсь?
Девушка улыбнулась – одними губами, глаза оставались настороженными.
– А черт тебя знает,
Стэн пожал плечами.
– Ну-ка, руки вперед, ладонями вверх! – приказала девушка.
Стэн подчинился. Девушка исследовала его исцарапанные мозолистые руки и особенное внимание обратила на грязные обломанные ногти.
– Да, такие руки не подделаешь, – сказала она. – Раздевайся.
– Что?
– Снимай с себя все. Если ты подсадная утка, у тебя тело рыхлое, как у слизняков-патрульных.
Стэн застыл в нерешительности.
– Эти палочки у меня в руке, – ровным тоном произнесла девушка, – они могут не только кости переломать, но и током ударить. Одним ударом я парализую тебя, а потом приложу палочку к височку – и ты трупик, можно выбрасывать тебя в систему рециркуляции как мусор.
Это прозвучало очень убедительно. Стэн рванул молнию комбинезона вниз и выступил из него.
Девушка медленно обошла молодого человека, затем остановилась прямо перед ним и бесстыже разглядывала. Наконец она с легкой улыбкой сказала:
– А тело у тебя что надо.
Но улыбка тут же пропала.
– Ладно, одевайся. Меня зовут Бэт.
Пока Стэн одевался, она высыпала его добычу из рубахи на траву, рубаху вернула, а сама стала складывать в свой мешок сорванные им фрукты и овощи – отбрасывая те, что казались ей недостаточно спелыми.
– Тебе повезло, что ты наткнулся на меня. Почти всех беглецов отлавливают не позже чем через месяц.
– Ты – крутая?
Она надменно покосилась на него.
– Да не будь я крутой, мне бы давно хана. Мы знаем способы уходить от облавы. Есть такие местечки, куда им не приходит в голову соваться. Настоящий Дэлинк может продержаться... ну, лет пять.
Стэн был несколько ошарашен ее словами.
– А как долго ты в бегах? – спросил он.
– Уже три года.
Она взвалила мешок на плечо и пошла к вентиляционному люку.
– Топай за мной. Я отведу тебя к Орону.
Она залезла в широкую трубу, жестом позвала его, пропустила вперед себя. Затем поставила на прежнее место воздушный фильтр, закрывавший выход из трубы. Приладив на лоб вынутую из кармана ленту с фонариком, Бэт включила фонарик, проползла мимо Стэна, чтобы двигаться впереди и показывать дорогу. Когда она проползала мимо него, ее тело было плотно прижато к его телу – и у Стэна вдруг пересохло во рту. Ему пришлось несколько раз глубоко вдохнуть, прежде чем он пришел в себя и последовал за ней.
Дэлинки в помещении давно заброшенного склада не обратили ни малейшего внимания на Стэна и Бэт, когда те вылезли из вентиляционной трубы.
Их было человек тридцать, все в дорогой нарядной одежде – они приоделись, празднуя удачный набег на склад особенно дорогих товаров. Кто не был пьян, тот балдел от наркотиков. Стэну впервые доводилось видеть пиршество, где царит почти полная тишина. Первое впечатление – он попал на вечеринку глухонемых. Но эти люди оживленно разговаривали – шепотом. Говорить постоянно шепотом стало второй натурой крутых. Даже на своей более или менее безопасной базе они продолжали говорить очень тихо.