Стэн
Шрифт:
– Девчонка, видать, того... – он покрутил у виска пальцем.
Стэн с усилием встал на четвереньки.
– Что с тобой, малыш? Тебя задело?
Стэн молча мотал головой. Алекс поднял его на ноги. Стэн стоял и тупо смотрел на то, что осталось от Виннетсы.
– У нас не слишком много времени, – произнес Алекс. – Поплачем позже. Я вижу, тебе это необходимо. Да и я... Хорошая была девчонка. – Он помолчал немного. – Нас ждет работа, слышишь, малыш? У нас есть еще дела.
Свои дела Алекс выполнял мастерски. Электростанция развалилась непоправимо – не осталось
Команда успела как следует оценить плоды трудов Алекса и насмотреться на впечатляющее зрелище пылающего города, сидя в ожидании эвакокрейсера Империи.
Глава 28
Музей боевой и исторической славы отряда Богомолов помещался в небольшом приземистом здании из полированного черного мрамора.
Стэн медленно поднялся по ступеням крыльца, сунул палец в отверстие на двери и подождал, пока компьютер сличит его отпечатки с зарегистрированными. В двери зажужжало. Стэн вошел в открывшийся проем. Пока он осматривался, стоя в тамбуре, дверь сзади сомкнулась, и по фигуре посетителя заплясал световой зайчик – дополнительная проверка с помощью лазерного сканера.
В зале царил полумрак. Освещение давали только точечные лампы над витринами. В дальнем конце Стэн увидел стоящего там Махони и отправился к нему, по ходу дела разглядывая экспонаты. Перекрюченный боевой скафандр; обугленные документы, тщательно вделанные в роскошную рамку; изуродованная взрывом аппаратура; нога какой-то непостижимой амфибии... Происхождение экспонатов определить было невозможно, да и их смысл был совершенно неясен. Было понятно только одно: это – проявления героизма. Стэну попасть на эту выставку в качестве экспоната совершенно не улыбалось.
Махони стоял возле единственного места, где были какие-то надписи – список убитых или получивших увечья бойцов отряда Богомолов; он тянулся от пола до потолка в три ряда. Комментариев список не содержал, и можно было понимать его по своему усмотрению – как перечень провалившихся ослов или как мемориал погибшим при исполнении государственной задачи.
Махони, разглядывавший этот памятный список, вздохнул – плечи его поднялись и опустились – и повернул голову на звук шагов.
– Я пришел посмотреть, нет ли здесь и моей фамилии – в самом верху. К сожалению, нет.
– И потому попросили меня прийти сюда, полковник? А могу я вынуть перочинный ножик и начертать здесь ваше несмываемое имя, а заодно и свое? Таким образом мы сэкономим подразделению расходы на камнереза.
Махони хмуро посмотрел на болезненно возбужденного Стэна.
– А почему, собственно говоря, твое имя должно быть увековечено на Доске Сожаления?
Стэн шмыгнул носом:
– Так ведь я совершил подвиг! Убил Виннетсу.
– А ты считаешь, что у тебя был выбор? Думаешь, она свихнулась – надлом психики в результате непосильной работы по выполнению боевого задания? Считаешь,
– Да, я примерно так думаю, – Стэн бросил на Махони обескураженный взгляд и замолк.
Махони засмеялся мрачным смехом человека, умудренного опытом очень непростой жизни.
– Боюсь разрушить твои романтические иллюзии, Стэн. Знай, Виннетса не свихнулась. Она была наемным убийцей.
– Моя Виннетса?!
Махони на мгновение прикоснулся к его руке, а затем достал из кармана пузырек:
– Хлебни. Это придаст тебе сил и прояснит мозги.
Стэн дисциплинированно сделал несколько больших глотков. Он собирался вернуть пузырь Махони, но полковник отвел его руку:
– Он тебе еще понадобится. – И снова невесело усмехнулся.
– Прошу прощения, полковник, я не понимаю...
– Это был настоящий киллер. Высшего класса. И очень высокооплачиваемый.
– Как она сумела проникнуть в отряд Богомолов? Успешно пройти проверку?..
Махони покачал головой:
– Нет, проверку прошла настоящая Виннетса. Мы разобрались с этой загадкой. Настоящая Виннетса погибла, когда была в отпуске. Это произошло на самой окраине Империи, в зоне Первопроходцев, и мы не получили оттуда своевременного сообщения, потому что клерк по фамилии Фрезер уничтожил его. Он сделал это, чтобы женщина-убийца смогла встать на место Виннетсы.
– Как же вы собираетесь поступить с этим негодяем?
– Никак. Он исчез. Видимо, лже-Виннетса заметала следы.
Стэн прокрутил полученную информацию в голове. Во всем этом должен быть какой-то смысл... Черт, нет здесь никакого смысла!
– Не возьму в толк, зачем кому-то пускаться в такие расходы ради меня? Ведь это сумасшедшие деньги!
– Мы пока не знаем.
Стэн постарался припомнить всех своих врагов и нашел нескольких смертельных. Но они стали бы выяснять с ним отношения либо в баре, либо в подворотне. Он поднял голову:
– Не приложу ума, откуда тянется хвостик.
– Я подскажу тебе: с Вулкана.
– Не может быть! Конечно, за мной охотились. Но ведь я был Дэлинк, то есть никто. Беспризорный малолетний преступник – и ничего больше. Нет, даже самый извращенный ум на Вулкане не породил бы идею нанять убийцу для охоты на людей моего социального статуса.
– И все-таки они сделали это.
– Кто? И зачем?
Махони жестом попросил фляжку.
– Существует единственный способ узнать это. Проба мозга.
У Стэна мороз пошел по коже. В памяти всплыл образ Орона.
– Нет.
– Мне это нравится так же, как и тебе, сынок, – сказал Махони, – но другою пути я не вижу.
Стэн энергично покрутил головой.
– Послушай, возможно, это связано с тем небольшим заданием, которое я тогда дал тебе и твоим друзьям.
– Но мы же ничего не смогли добыть!
– Кто-то думает иначе.
– Торесен?
– Именно.
– Но я все еще не...
– Обещаю, что не буду лезть никуда, кроме этого эпизода твоих воспоминаний. Сосредоточусь на последних часах, проведенных тобой на Вулкане.