Стэн
Шрифт:
Стэн не знал, смеяться ему или потупить глаза.
– Могу себе представить, – протянул Йоргенсен. – Топаешь по дороге. Перед тобой ферма. Ныряешь в кусты, обстреливаешь окна, потом зигзагами пробежка к двери, пинком отворяешь ее, бросаешь внутрь гранату и кричишь: «Мамочка, я вернулся домой!»
– Не пойму, с чего это ты завел свою нудятину – «дом, дом...», – оборвал его Алекс. – Никто из нас из отряда Богомолов домой не вернется. – Он осушил свой стакан с совершенно безмятежным видом.
Пот
– В этой истории буквально все – неправда. Мои отношения с вами, миграми...
– Может, мы и пользуемся этим словом, – перебил загорелый работяга, – но из твоих уст оно звучит фальшиво.
– Простите. Конечно, вы совершенно правы. Но... Клянусь, я никогда даже не пытался лишить хоть одного... рабочего-мигранта его честно заработанного жалованья. Все это ложь, происки моих врагов.
Во взглядах пятерых лидеров ячеек читалось дружное недоверие. Стэн наблюдал из-за полупрозрачной панели за «судом», устроенным в заброшенном складе. Он нашел забавным, что не испытывает большой ненависти к Воспитателю. Но, с другой стороны, у него не было ни малейшего желания вмешиваться.
– Можете проверить записи, – продолжал Воспитатель. – Моя честность всем известна.
Резкий хохот заглушил все, что он собирался еще сказать. Алвор проговорил:
– Наше молчание позволяло тебе, отправляя мигров в смену, практически убивать их. Я знаю два, а может быть, и три случая, когда ты посылал людей на смерть.
Мигр на другом конце стола, до этого молча смотревший на Воспитателя, внезапно встал:
– У меня вопрос, ребята. Я хочу задать его этому подлецу лично. Что тебе надо было от моей Дженис, когда она сбежала от тебя к Дэлинкам?
Воспитатель облизнул губы. Мигр схватил его за волосы и рывком поднял со стула.
– Ты не ответил!
– Это... Она просто не поняла... Я пытался пообщаться.
– Пообщаться! Да ей всего десять лет было!
Стэн встал на ноги. Но мигр, схвативший Воспитателя, сдержался. Он оглянулся на других лидеров ячеек:
– Мне больше ни черта не надо. Признать виновным.
Послышался одобрительный хор голосов.
– Единогласно, – подвел итог Алвор. – Какой будет приговор?
Стэн пинком опрокинул перегородку.
– Пусть идет к своим друзьям. Прочь.
Глаза Воспитателя широко раскрылись. Почему? Затем он стал кричать и царапаться, когда лидеры ячеек схватили его. Они рывком отворили двойные двери и вытолкнули его. Воспитатель почти упал, свалившись в руки рабочих, ожидавших снаружи.
Алвор прикрыл дверь, но шум толпы снаружи был отчетливо слышен. Это было начало.
– Словно костяшки домино, – сказал Стэн. Он и Алекс направлялись назад к кораблю. – Еще три дня, и можно прекратить прятаться в кустах, начать революцию и вызвать Гвардию.
– Цыплят по осени считают.
– Ну и какого дьявола это значит?
– Не знаю, просто любимая присказка моей бабули в случаях, когда говорят прежде, чем сделают.
– Бога
– Как говорю, так и говорю. Тебе надо уши настроить как следует, парень!
– Ну-ну. Ладно, сам посуди. Все готово. Во-первых, мы организовали сопротивление. Во-вторых, мы начали восстанавливать справедливость и убивать каждого руководителя, который нам встретится, и каждого теха, который может считать больше чем до десяти.
– Валяй, пока верно.
– В-третьих, мы создали оружие и научили мигров пользоваться им. В-четвертых, мы образовали собственное альтернативное правительство. И наконец, в-пятых, мы собираемся щелкнуть пальцами, и через три дня начнется революция.
Алекс снял с плеча виллиган – их сектор был уже достаточно безопасен, чтобы мигры открыто ходили вооруженными – и остановился.
– Ты не понимаешь одной вещи, Стэн. Если уж мужчина или женщина получили в руки оружие, то никто не может сказать, что произойдет потом. Вот тебе пример. Мой братец тоже служил когда-то в отряде Богомолов. И попал в один прекрасный мир с варварской цивилизацией, которому, по мнению нашего бесстрашного Императора, требовалось новое правительство. Следишь за моей мыслью?
Так вот, они подняли простых людей и научили их, как надо бороться. Сделали их гордыми, чтобы они были самими собой, а не пресмыкающимися червями. Подняли кровавые красные флаги революции – и началось. Богатых резали в их постелях. Мой храбрец был с правительством, которое они учредили взамен старого продажного. А народу так понравилась кровь и резня, что они и новое правительство пустили на корм скоту. Братан-смельчак удрал оттуда без руки и теперь снова обслуживает суда на Эдинбурге. Выходит, я должен был поддержать честь семьи. Вот я и отправился в этот долгий путь.
Но лучше подумай: ведь когда ты даешь детям спички, никогда не знаешь, что они подожгут.
На борту корабля их встретил визг Иды. Толстушка монотонно повторяла: «Черт! Черт! Черт!»
– Что случилось?
– Да ничего. Но ты посмотри, что натворили твои проклятые мигры! – Она бегала по каюте. Другие члены команды и Бэт сидели, молча уставившись на экраны.
– Перехват каналов службы безопасности. Посмотри на этих идиотов!
– Черт возьми, Ида, скажи мне, что произошло-то?
– Как мы себе представляем, – объяснил Док, – социопатруль переводил нескольких верных мигров на юг, в Экзотические Секции. Один из мигров в этой партии, видимо, имел друзей.
– Так вот, они решили освободить его, – продолжала Ида. – Патруль, естественно, был усиленным, дружки этого парня тоже решили навалиться гуртом. В дело оказались втянуты большинство наших ячеек. Смотри.
Стэн уставился на широкие экраны. Время от времени он видел знакомое лицо из сил сопротивления.
– Похоже, – вставил Йоргенсен, – они собрали все свое оружие и пошли охотиться на медведей.
Ида усмехнулась и начала включать звук на разных экранах. Стэн заворожено сел и стал наблюдать.