Шрифт:
Сергей Кузнечихин
СТИХИ
* * *
Непонятно. Очень часто Ни с того и ни с сего Вдруг покажется Стучатся. Дверь откроешь Никого. Что такое? Что за мука? Вот уже в который раз Выйдешь Ни души, ни звука, Только холодом обдаст.
(поэтический сборник "Соседи")
– ------------------------------------------------------------------------------
Серый день.
День,
Во мгле туманной пелены Темнеет ствол трубы фабричной. И мы Так тихо влюблены И так обыденно-привычны.
Спокойные, как этот день, Мы кажемся сестрой и братом. И некуда нам руки деть, Как перед фотоаппаратом.
(поэтический сборник "Поиски брода")
* * *
В углах шуршали ахи, охи. Не звал. Незваною пришла: Узнав - мои делишки плохи, Поняв - плохи мои дела.
Пришла и в узел на затылке, Свои капризные собрав, Отмыла пол, сдала бутылки, Потом осталась до утра.
С наивностью жестоко-детской, Не опасаясь разозлить, Наутро выставила с треском Пришедшего опохмелить.
И ведь осмелилась, сумела, То деспотична, то жалка, В давно оставленное дело, Тащила горе-мужика.
Была и матерью, и нянькой, Сестрой, работницей, женой С какой-то силой непонятной За всех отмучилась со мной.
И сделав вид, что разлюбила, Уже в удачливой поре Другой задаром уступила И не напомнив о добре.
(поэтический сборник "Остров")
Волкопёс в зоопарке.
Не волк, не собака, но волка лютей, Глядит на решётку на праздных людей. Из пасти оскаленной каплет слюна И, кажется, вот задымится она, И капли слюны продырявят настил_
И страшно подумать, что может настичь Тебя этот зверь на дороге пустой, И серое тело из серых кустов Метнётся, клыки заблестят, как ножи, Чтоб кровью утешить обиду на жизнь_
В глазах его слёзы густые, как гной. Сын пленного волка и суки цепной. Дитя обстоятельств, где в роли царя Не похоть овчарки, так прихоть псаря, И вот: для того, чтобы дать ему жизнь, Две злобы, две ненависти слились, Два страха, две страсти, вскипевших весной, Призрения два, А любви - ни одной.
(поэтический сборник "Поиски
Льдина.
Шагов за триста от реки, Пригорок лысый проутюжа, Подмяв под брюхо листвяки, Она лежала в мутной луже, Словно, огромная свинья, Которой лучшего не надо, И пот катился в три ручья Под складками глыбистого зада. Дышала холодом и злом В грязи завязшая гигантша.
И только голубой излом Напоминал о том, что раньше, В поре беспечной и младой, Когда влекли иные веси, Когда была ещё водой, Она витала в поднебесье.
(поэтический сборник "Поиски брода")
О классике.
Иван Сергеевич Тургенев Простит, И не в ущерб ему, На рафинированной "фене" Я слышал пересказ "Муму". На берегу речушки Качи В час перерыва, у ларька, Блистал расхристанный рассказчик Шальным богатством языка. Конечно, он давил на жалость, Играл трагическую роль, И всё-таки порой казалось, Что эта рвущаяся боль За всех российских бессловесных И беззащитных горемык Недосягаема для тесных Возможностей печатных книг. Но разве мог предвидеть барин, Большой знаток парижских мод, Что век спустя дремучий парень Сумеет сделать перевод Такой кощунственный, но жгучий? Как знать? А вдруг предполагал, Когда про наш язык могучий Стихи свободные слагал.
(поэтический сборник "Поиски брода")
Стена.
Вот уже и нет азарта Биться в стену головой Отложу-ка я на завтра Этот подвиг трудовой.
Всё равно не буду понят, Благо, что не в первый раз, Хорошо, что Зойка гонит, Не взирая на указ.
Превосходную микстуру, Запах - боже упаси, У неё аппаратуру Хоть на выставку неси.
Капля риска, капля страха Остальное - чистоган. А с меня_ талон на сахар К государственным деньгам.
Я наполню свою флягу В ноль десятую ведра И засяду, и не лягу Аж до самого утра.
Помечтаю и повою Без вмешательства извне И с чугунной головою Вновь приду к своей стене.
Не изжита наша свара, Распроклятая стена, Ну-ка вздрогни от удара Удалого чугуна.
Ни берёзка, ни рябина Медицинское такси_ Вот такая, брат, судьбина У поэта на Руси.
(поэтический сборник "Остров")