Стихи
Шрифт:
Он роскоши не видит и обжорства
И жребием доволен без притворства.
К умеренности он во всем привык,
Земля - простых отрад его родник.
Он свеж и бодр поутру, кончив роздых,
Поет, вдыхая грудью горный воздух,
Тревожит глубь реки удой тягучей,
Иль дерзкий плуг свой громоздит над кручей,
Иль ищет норы по следам в снегу
И бой дает косматому врагу.
А ввечеру, окончив труд дневной,
Сидит
С улыбкой обращает ясный взгляд
На радостные лица милых чад;
Жена достатком скромности горда:
Сияет утварь и вкусна еда.
Зашедший путник с радостью готов
Рассказом заплатить за стол и кров.
Все блага, что природа посылает,
Любовь к отечеству усугубляют.
И беды у швейцарца за порогом
Дают довольство в жребии убогом.
Сколь дорог кров, покой душе дарящий,
Сколь дорог холм, в круженье бурь глядящий!
Дитя, пугающие слыша звуки,
Вкруг матери тесней сжимает руки
Так злобный ветер и ночной обвал
К родным горам швейцарца привязал.
Вот все отрады бедных состояний
Сколь мало нужд, сколь узок круг желаний!
Но множить им хвалы умно навряд
Желаний мало, мало и отрад:
Желанье, в грудь вселившее горенье,
Несет отраду в удовлетворенье.
Здесь угожденье вовсе не в чести,
Ведь вожделенье держат взаперти;
Здесь не умеют в пресыщенье чувства
В покой истомы всыпать соль искусства;
Здесь в грубых душах не играют силы,
Что сладкой дрожью будоражат жилы.
Вся жизнь тиха, как тлеющее пламя,
Что не раздуто сильными страстями.
Восторг в сердцах коль вспыхнет, на беду,
Так разве в праздник, только раз в году,
Но уж тогда в таком избытке бьет,
Что радости на нет разгул сведет.
У горцев грубы не одни забавы:
Низки отрады - низменны и нравы.
Здесь от отцов к сынам, уж так ведется,
Повадка грубая передается.
Здесь дружбы и любви благие стрелы
Души не могут ранить загрубелой.
Суровым доблестям приют дала,
Как и орлам, высокая скала.
А нравам мягким, по природе склонным
К отрадам жизни боле утонченным,
Что взяли за привычку без труда
Развеивать печали без следа,
Здесь места нет - и мчатся прочь от бури
Порхать на лоне ласковой лазури.
Так устремлюсь туда, где мягче нравы
Вот Франции долины и дубравы.
О светлый край, веселый и привольный,
Довольный всеми, сам собой довольный!
Я на
Свища на флейте у брегов Луары.
Чредой стояли вязы у реки;
Свежи, от волн летели ветерки.
Как ни старался я, свирели глас
Звучал не в лад, расстраивая пляс.
Но все нехитрым песенкам дивились
И, про жару забывши, веселились.
Здесь издавна старушка и девица
Умели и любили веселиться;
И старец, танцам отдавая дань,
И в шестьдесят резвился, словно лань.
Бездумие - для Франции кумир,
И, праздно занят, ненадежен мир
Молву он удостоил пьедестала,
Поскольку честь основой нравов стала.
Снискать хвалу заслугой настоящей
Иль даже славой мнимой, преходящей
Здесь в этом видят честь. По всей стране
Летит она, как рыцарь на коне,
К дворцам, к селеньям, к ратным станам едет
И вот уж каждый похвалою бредит;
Все угождают, ищут угожденья,
За все даянья ждут вознагражденья,
Пока блаженства мнимого обличье
Не придает им внешнего величья.
Ужели путь сей легкий - не беспутство?
Умы подтачивает безрассудство,
Ведь к похвалам столь сильное пристрастье
Лишает мысль ее законной власти.
И, ослабев, душа отрады ждет
Лишь от других и к ним безвольно льнет.
Здесь хвастовство в венце цветистых слов
Алкает пошлой похвалы глупцов,
Тщеславье не скрывает сути мелкой,
Украсив платье медною отделкой.
Здесь нищенство выманивает злато,
Чтоб раз в году устроить пир богатый.
В плену у моды прихотливый ум,
И самохвальства не смолкает шум.
Но вдаль мечта летит, в предел иной
Голландия лежит передо мной.
Вот терпеливые ее сыны
Глядят на мощный ход морской волны
И, сдерживая бездны произвол,
Возводят величавый долгий мол.
И, словно под рукой усердной дом,
Встает скрепленный прочно волнолом
И тянет длани в океанский зев,
Прибрежной полосою завладев.
И, каменной громадой обуздан,
Земные чуда видит океан
Цветущий дол, медлительный канал,
Брег в купах ветел, парус и причал,
Толпу торгующих, поля, сады
Работы человеческой плоды.
Но к почве, отвоеванной у вод,
С чрезмерным трудолюбьем льнет народ;
Здесь бурной предприимчивости пыл
Корыстолюбие в умах взрастил.
Здесь в благах изобилья нет нехватки