Стихи

Самойлов Давид

" Не для меня вдевают серьги в ушки "

Не для меня вдевают серьги в ушки И в зеркало глядятся. О милая, обмана не нарушьте, Свершая святотатство! Не для меня небрежна эта складка, Блеск янтаря на шейке. О милая! Так улыбайтесь сладко, Цветите, хорошейте. Я знаю все равно, что на излете Сей тривиальной прозы, Заплаканная вы ко мне придете. Я поцелую слезы. Я обниму вас с болью злобной ласки И жалостной отрады. И

потечет размыв ресничной краски На кровь губной помады.

БАБОЧКА

Я тебя с ладони сдуну, Чтоб не повредить пыльцу. Улетай за эту дюну. Лето близится к концу. Над цветами по полянам, Над стеною камыша Поживи своим обманом, Мятлик, бабочка, душа.

" Ах, наверное, Анна Андревна "

Ах, наверное, Анна Андревна, Вы вовсе не правы. Не из сора родятся стихи, А из горькой отравы, А из горькой и жгучей, Которая корчит и травит. И погубит. И только травинку Для строчки оставит.

ИДИЛЛИЯ НА ПОТОМ

Рассчитаемся не мы — потомки Порешат, кто прав, кто виноват. Так давай оставим им потемки. Пусть мой стих им будет темноват. Пусть от нас останется легенда, Россказни, почтовые лубки, Бонбоньерка, выпускная лента, Поздравительные голубки. А еще — любительские снимки, Где улыбчивы Она и Он, Что, наверно, выжмут две слезинки У красавиц будущих времен. Пусть останется… А остальное Поскорей пусть порастет быльем — Все, что мы с тобою знаем двое. Ночь. Тоска. И ветер за окном.

РЕПЛИКА ДАНТЕ

О, вы ее не знаете! В ней есть Умение обуздывать порывы. И, следовательно, свобода воли. Мы оба несчастливы, Но откровенны. Это можно нам зачесть За счастье в каждом нашем разговоре. Она меня не любит. Да и я Люблю, быть может, лишь свое творенье. Но часть его — она. Когда душа моя отрешена, Когда картину ада видит зренье, — Она со мной и целиком моя. По улицам в толпе я прохожу ненастен, Извозчичьих трактиров чуя чад. На площади ее встречаю. — Мастер, Как спали вы? — Я спал, мадонна, видел Ад.

ПОД УТРО

Так с тобой повязаны, Что и в снах ночных Видеть мы обязаны Только нас двоих. Не расстаться и во сне Мы обречены, Ибо мы с тобою не Две величины. И когда расстонется За окном борей, Я боюсь бессонницы Не моей — твоей. Думаешь. О чем, о ком? И хоть здесь лежишь, Все равно мне целиком Не принадлежишь. Я с твоими мыслями Быть хочу во мгле. Я

хочу их выследить, Как мосье Мегре. А когда задышишь ты Так, как те, что спят, Выхожу из пустоты В сон, как в темный сад. Тучи чуть светающи. Месяц невесом. Мысли лишь пугающи. Сон есть только сон.

" Действительно ли счастье — краткий миг "

Действительно ли счастье — краткий миг И суть его — несовершенство, И правы ль мы, когда лобзаем лик Минутного блаженства? И где оно, мерило наших прав?.. О, жалкое мгновенье, Когда пчела взлетает с вольных трав И падает в варенье! Нам суждено копить тяжелый мед, И воск лепить, и строить соты. Пусть счастья нет. Есть долгие заботы. И в этой жизни милый гнет.

" Я вас измучил не разлукой — возвращеньем,"

Я вас измучил не разлукой — возвращеньем, Тяжелой страстью и свинцовым мщеньем. Пленен когда-то легкостью разлук, Я их предпочитал, рубя узлы и сети. Как трудно вновь учить азы наук В забушевавшем университете! Как длинны расстоянья расставаний!.. В тоске деревья… Но твоя рука И капор твой в дожде. И ночью ранней Угрюмый стук дверного молотка…

ОНА

Неверие тому, что даже очевидно. Мир полон призраков, как Лысая гора. Ни пенье петуха, ни жаркая молитва Не прогоняют их с утра и до утра. Сгинь, наважденье, сгинь! Замкни страницы, книга, Слепи между собой, чтоб их не перечесть!.. . . . . . . . Она томит, как ярость, злость и месть. Она не чтит причин. Она равновелика, Когда причины нет, когда причина есть.

" Устал. Но все равно свербишь, "

Устал. Но все равно свербишь, Настырный яд, наперекор хотеньям. Как будто душу подгрызает мышь. Душа живет под солнечным сплетеньем. Казалось, что она парит везде И незаметно нам ее передвиженье. И почему теперь я знаю, где Ее точнейшее расположенье? И почему она В иные времена Как бы растворена в потоке ровной воли? Как будто нет ее. И лишь в минуты боли Я знаю: есть душа и где она.

" Веселой радости общенья "

Веселой радости общенья Я был когда-то весь исполнен. Она подобно освещенью — Включаем и о нем не помним. Мой быт не требовал решений, Он был поверх добра и зла… А огневая лава отношений Сжигает. Душит, как помпейская зола.

" Как я завидую тому, "

Как я завидую тому, В ком чувство гордости сильнее Обид. Кто может, каменея, Как древний истукан глядеть во тьму. Но сердце, подступивши к рубежу, Окаменеть уже не может. Его воображенье изничтожит… Уже себе я не принадлежу.