Стихотерапия
Шрифт:
2011
Бережёного Бог бережёт
…И предстану, прикидов лишённый,
И представлюсь началу начал:
Ваша светлость, я ваш бережёный,
Я меня вам беречь помогал!..
Я стихи не пишу, не слагаю —
Я себя Вам беречь помогаю.
Чем трудиться, так лучше прилечь —
Поберечь бы себя, поберечь.
Я стихи срифмовать не могу,
Потому что себя берегу.
Как Емеля полезу на печь —
Чтоб опять же себя поберечь.
Видно, в творчестве я ни гу-гу,
Берегу я себя, берегу.
Да, Вишневский глаголом не жжёт,
Бережёт он себя, бережёт.
Бережёт он себя или нет,
А выспрашивал: «Я ль не поэт?
Что ответит Начало Начал?»
…Голос
2011
Валяние дурака
«НЕ ПОЛЕВЕЕТ ПРАВАЯ НОГА!»
Вот так себя валял я, дурака.
Теперь Она конкретно дорога.
И гипс такой – разжалобит врага…
Не полевеет правая нога,
Не поправеет левая рука,
Вот вся, как говорится, недолга —
Поэт себя валяет, дурака.
Пока приходят в голову слова,
Не с той ноги поэт, видать, встаёт,
Покою же дурная голова
Ногам обеим, видно, не даёт.
Пока не надоест себя валять,
Нога так и останется кривой,
Но ногу можно гипсом исправлять,
Проблема в том, что делать с головой?!
2011
Из широких штанин
Это мы, как есть, юмористы,
Населенье как группа риска,
И поэтому все, как один.
Это нас, как паспорт с пропиской,
Достают из широких штанин.
Юмористов, пожалуй, излишки —
Сосчитать я их вряд ли смогу,
Только юмор в коротких штанишках
Уже слышится по утюгу.
Из штанишек своих вырастают
И надеются все, как один —
Спят и видят, реально мечтают
Вылезать из широких штанин.
Много их, юмористов московских,
Что сумела земля наплодить,
Только где ж столько взять Маяковских,
Чтобы всех их в карман посадить?!
2011
Хоббиты – евреи
На самом деле хоббиты – евреи.
У нас не каждый Федя Бондарчук.
Я с каждым днём зверею и зверею —
Видать, евреи были Гек и Чук,
На самом деле, хоббиты – евреи,
Один лишь русский – Федя Бондарчук.
Что сказок русских может быть мудрее?
Они – литературная заря,
Но в них снуют опять одни евреи —
И колобок, и три богатыря.
Я же опять дурею и дурею —
Скажи ты мне, товарищ дорогой —
Кто ж, в самом деле, если не евреи
Сам Змей Горыныч с Бабою Ягой?
Я вовсе не устану удивляться,
Когда евреи всюду начеку,
Но только вот скажи, куда ж деваться
Он них несчастному Бондарчуку?
Ворона с сыром, Маша, три медведя —
На них всё той же нации печать —
Вот и пошёл в задумчивости Федя
Скорей иврит усердно изучать.
2011
На посошок
Не Пахмутова, жаль, не Добронра,
но всё-таки пора, май френд, пора, —
«С утра зовут в дорогу
пейджера!..»
Есть для продувки ваших пейджеров
такие одностишья – будь здоров!..
Не Пахмутова, жаль не Добронра,
Труба зовёт: Пора, май френд, пора!
Не Достое, не Лермо, не Толст о ,
Но всё-таки не грех, майн фройнд, по сто!
Я не Есе, не Тютч, не надо лести!
Ну а за фройндшафт можно и по двести!
Хоть я не Дюм, не создал «Монте-Кристо»,
До кучи же неплохо и по триста!
…С утра зовут в дорогу пейджера,
За Буни по пятьсот и в путь пора!
За Маяко, Тургене – как во сне —
На посошок, однако, за Вишне!
Ну а затем за всех за нас нелишне —
Не одностишье вышло – многостишье.
2011
Муля
…Как
(а зря!)
Фаины несравненной героиню…
Раневской несравненные творенья,
Как Муля, он нервирует народ,
Читая вслух свои стихотворенья.
2011
На стихи Сергея Острова
По рюмашке
…Моя одинока избушка,
старушка твердит о своём;
какая, там, Господи, кружка,
по рюмочке – и запоём.
Написал стихов немало
На своём-то на веку;
Только няни не хватало —
Той, что с кружкой начеку.
Если вдохновенье реже
Нарушает мой покой,
Крикну: «Няня, кружка где же?» —
И стихи текут рекой.
Я – поэт, хотя не Пушкин,
Но пишу я – будь здоров!
Не хватает только кружки,
Чтоб творил поэт Остров!
Кем в итоге стал бы Пушкин?
Это тот ещё вопрос —
Он без няни, да без кружки —
Что машина без колёс.
Не даём себе поблажки —
За тетрадки – и вперед!
Нету кружки – по рюмашке!
Пушкин с зависти умрёт.
2011
Две макушки
С рожденья были две макушки —
как две жены, что впереди…
Сам Александр Сергеич Пушкин
Такого не имел, поди…
Макушки две. С женами сложно.
Одна отстала, отстраняясь…
. . . . . . . . . . . . . .
Другая соскочила с дуба…
Стихи, конечно, не игрушки —
Без всяких-яких, без химер.
Сам Александр Сергеич Пушкин
Тому нагляднейший пример.
Он, безусловно, мастер слова —
Не превзошел никто иной,
Но вот Наталья Гончаров
Была единственной женой.
Поэт Остр о в – не то, что Пушкин:
В семейной жизни «чёрт – не брат»:
С рожденья было две макушки,
И, явно, жёнами богат.
И повезло б ему сугубо,
И повезло б ему вдвойне —
Коль жёны не упали б с дуба,
И нынче был бы при жене.
2011
От носа до пят
… Ты – трезвый и пьяный, от
носа до пят,
не знаешь своих конституций…
. . . . . . . . . . . . . . .
Осталось острить —
пить, курить, говорить…
И жить по законам НеОМА.
Поэт, протрезвевший от носа до пят,
Вдруг понял, в чём жизни основа.
И Ом, и Ньютон отдыхают, молчат
И ждут откровений Остр о ва.
В Ньютонах уже актуальности нет —
Бывают ребята покруче —
Острить и курить, выпивать на обед
Ньютон вас, увы, не научит.
Пусть в школе законы Ньютона твердят,
Поэт вас научит иному —
Когда захмелеет от носа до пят,
Даст фору Ньютону и Ому.
Когда захмелеет от носа до пят,
Тут формулы, словно хмельные,
И Омы не властны, Ньютоны молчат
И пишут законы иные.
2011
Остров и Прометей
Событий злая перспектива
набрякшей тучей над судьбой;
. . . . . . . . . . . . . . .
Держусь за небо и за сушу,
дышу нечаянностью дней…
Когда в мою не лезут душу,
я – Прометей!
Набрякли тучи в небе хмуро,
Я выдаю стихи томами —
Трепещет вся литература:
Я – Зевс, играющий гром а ми.
И жизнь моя не будет фарсом,
Не вздумай в душу лезть ко мне!
Я – Бог войны, и стану Марсом
И засияю при Луне.
Я – Зевсом вновь спущусь на сушу,
Наперекор гром а м суровым.
Когда ж в мою полезут душу —
Я снова становлюсь Остр о вым.