Стингер
Шрифт:
Джулия, как и я, была блондинкой, но ростом она пошла в папу — метр восемьдесят. Я безумно завидовала ее длинным ногам и фигуре супермодели. Она могла есть всё, что захочет, и так и делала.
— Одри, должно быть, прямо за… — едва Джулия начала говорить, я услышала, как захлопнулась входная дверь, и из прихожей донесся голос Одри.
— Прррривет! — голова очаровательной брюнетки выглянула из-за угла, и на ее лице мгновенно появилась довольная ухмылка.
Одри, как и я, унаследовала рост мамы, но каштановые волосы ей достались от папы. Она была восхитительна во всем. Когда Эндрю
Она вбежала в комнату и бросилась ко мне, чуть не сбив меня с ног. Мы обе смеялись и прыгали от радости.
Но тут папа откашлялся и прервал нас тем самым. Одновременно все трое повернулись к нему.
— Вы не против, девочки? «Своя игра» начинается через пять минут, а из-за вашего кудахтанья я ничего не услышу.
Я среагировала первая.
— Конечно! Вот, садись! — я усадила его в кресло, покрытое ромашками, вручила бутылку пива, которую он поставил рядом с собой на столик как раз в тот момент, когда я включила нужный канал.
Взглянув на Джулию и Одри, я заметила, как они закатили глаза из-за моих попыток угодить отцу. Ну, что ни говори, а от некоторых привычек трудно избавиться. Он — мой папа. Я забочусь о нем, вот так вот. Я накрыла его шерстяным пледом и схватила свой чемоданчик. А после мы все втроем побежали наверх, толкаясь и смеясь.
Мы зашли в мою старую спальню, и, как только я открыла чемодан и начала раскладывать вещи по полкам, Одри и Джулия плюхнулись на мою кровать.
— Ну, девчонки, что нового? — поинтересовалась я.
Тишина. Я обернулась и заметила, как они переглядывались.
— Что? — сощурив глаза, спросила я.
— Джулия хочет тебе кое-что рассказать, — заявила Одри, широко улыбаясь.
Я посмотрела на Джулию, которая изрядно нервничала.
— Да? — выпалила я, вскидывая бровь.
Она начала теребить край свитера
— Ну, дело в том, что я, вроде как, встретила кое-кого.
— В смысле, парня? — спросила я удивленно.
Она кивнула и улыбнулась.
— Да, парня…
— Это еще не всё. Расскажи ей главную новость, — затараторила Одри, отчего Джулия метнула в нее предостерегающий взгляд.
Я села рядом с ними.
— Выкладывай, Джулия, — сказала я, взмахивая руками.
— Я больше не девственница, — пробубнила она. — Я потеряла девственность. Теперь я женщина! — закончила она свою мысль, нервно смеясь.
— Вишенку сорвали, — с трепетом сказала Одри.
Я смотрела то на одну, то на другую.
— И ты так нервничала, прежде чем сказать мне это? Господи! — слегка нахмурилась я.
— Ну, нет, то есть, немного, просто, — глубоко вздохнув, продолжила она, — да, я нервничала, рассказывая тебе, — и она взяла меня за руку. — Просто ты всегда была как мама для нас, и признай, Грейси, ты довольно строга в вопросах морали. А ты девственница? Мы обсуждали всё на свете, но ты никогда не говорила с нами о сексе. По крайне мере, не с глазу на глаз. Ты всегда такая целеустремленная, сконцентрированная на других вещах…
Я уставилась на них, задумавшись. Мы шутили о сексе. Мы говорили о сексуальности, горячих парнях и прочем, но думаю,
— Простите, девочки. Вы правы. В этом плане я была плохой старшей сестрой. Мне следовало быть более открытой с вами. Просто эти мои… все мои глупые идеи, которые еще пару месяцев назад я и не считала глупыми. Вероятно, мне разговоры нужны были больше, чем любой из вас. Просто без мамы… я никогда… я всегда относилась к вам, как к детям. Извините, — фыркнула я и встряхнула головой.
— Нет, Грейс, мы не говорим, что ты виновата. Ты всегда заботилась о нас, и мы любим тебя за это. Просто мы не знаем, как ты можешь отнестись к такого рода информации, — Одри кивнула в сторону Джулии.
Я взяла руку Одри и сжала ее, а после взглянула на Джулию.
— Кто он, милая?
Она улыбнулась, а в глазах появились искорки.
— Его зовут Эван, он работает в администрации больницы, и ему двадцать два. Мы встречаемся уже три месяца, и я влюбилась, Грейс. Правда, влюбилась. Он относится ко мне, как к принцессе, словно я самая ценная вещь на планете, — мечтательно закончила она, откидываясь на кровать.
Одри закатила глаза.
— Ни капельки не жалей, что пропустила несколько месяцев этого нескончаемого потока сентиментальности, Грейс. Аж тошно!
Я засмеялась.
— Так, тебе… понравилось? — спросила я.
— Секс? — приподнявшись на локтях, спросила Джулия, а после прикусила губу. — Ну, мы занимались этим только несколько раз… но, нет, не особо. Но ведь это, вроде как, нормально… — она нахмурилась и посмотрела на Одри.
Одри лишь развела руками.
— На меня не смотрите. Я еще не тронута и чиста. Я не знаю, что еще тебе сказать кроме как, с тобой, наверное, что-то не так.
Я рассмеялась, а Джулия прищурилась на Одри.
— Джулс, с тобой всё в порядке. Первые пару раз так и бывает. Станет лучше, я обещаю. А если рядом правильный человек, надеюсь, в твоем случае так и есть, то это может быть невероятно. И даже больше.
Я посмотрела на них обеих, они в свою очередь не отрывали глаз от меня. И я снова рассмеялась.
— Ладно, девочки, думаю, нам надо поговорить. Мне нужно вам кое-что рассказать, тем самым компенсировать все эти годы сексуальной репрессии. Устраивайтесь поудобнее, — серьезно заметила я, нервно покусывая губу.
Я легла на свою половину, подперев голову рукой, и начала говорить, задаваясь вопросом, смогу ли я в этот раз обойтись без слез, потому что даже спустя несколько месяцев я всё еще чертовски скучала по нему и с трудом могла произносить его имя.
— Вы знаете, что пару месяцев назад, я поехала на конференцию…
***
Карсон
— Поверить не могу, что ты пошел добровольцем в ВМФ, ты, больной ублюдок! — кричал на меня Дилан, пока нес нам обоим по пиву.