Стоп-ничья
Шрифт:
А не устраивает это, только ее… Белова…
Пройдясь пальцами по ее подбородку, я тихо прошептал:
– Белуха, когда ты уже сломаешься?
По ее коже пробежали мурашки, но я был уверен, что она не слышит меня. Сердце начало учащенно биться, напоминая, что оно еще есть у меня. Ох*уть, что со мной происходит?
Мне нужна была передышка, чтобы отвлечься от того, чего я больше всего хотел. Если бы я сейчас находился в душе, то обрушил бы на себя
Накрыв ее покрывалом, я поспешил удалиться. Накинув рубашку и обувшись, я на секунду замер у двери. Я борол в себе желание остаться.
Что скажет Даша, если проснувшись, увидит меня лежащим рядом с ней?
Проклятье! Как всегда пошлет! Начнет визжать, как сумасшедшая!
Я выдохнул, запрокинул голову и закрыл глаза.
Слабак. Уходи. Не оставайся с ней наедине.
***
Тихо. На диване хорошо и уютно. Открываю глаза и вижу задернутые шторы и слабые лучи солнца. Смутно помню вчерашний вечер, я до сих пор нахожусь в коматозном состоянии. В квартире полная разруха, от чего хочется спрятаться под одеялом. На душе неприятный осадок, будто я виновата перед кем-то. Как будто вела себя отвратно. Взгляд подает на литок, но котором написан любимый стих.
И вдруг до меня доходит. Вот черт! Постепенно возвращаются обрывочные воспоминания вчерашнего вечера. Я напилась, меня тошнило. Захар. Какой ужас! Руками обшариваю свое тело - я одета. Слава богу. Я накрыта пледом, хотя знаю, что уснула без него.
Я сажусь на край кровати и протираю заспанное лицо. На часах половина второго, обеденное время и мне дико противно, что я так много проспала. Пройдясь глазами по комнате, хочу убедиться, что нахожусь одна. Захар ушел.
И оставил дверь нараспашку? Охренел?
Проскочив к порогу, закрываю дверь на засов, и замечаю пятна крови, ведущие прямиком в ванну. Сердце подскакивает к горлу, отчего я перестаю дышать. Что тут произошло? Я очевидно цела, а значит, это кровь Захара. Сглотнув тугой ком, я аккуратно открываю дверь и с опаской заглядываю в ванную комнату. Все чисто, помимо нескольких пятнышек на раковине.
Ничего не понимаю.
У нас с Захаром была потасовка, но мы не ранили друг друга, я это точно помню. Я внутренне сжимаюсь. Что произошло, пока я спала? Чувство беспокойства предательски охватывает меня. Я переживаю. Ненавижу себя за все. За тот вечер. За поведение. За Захара, которому пришлось это все наблюдать.
Что с ним случилось?
Глава 12.
– Так значит, у вас ничего не было? – разочарованно спросила Света, натирая бокал до блеска. – Ни горячих поцелуев? Ни нежных ласк? Ничего? Может, хотя бы игры с едой?
– Нет, - отрезала я и, вспомнив тот вечер, невольно впала в краску. И не только от смущения, причин для стыда было масса.
Рабочий день давался нелегко. Как и предполагалось, Света засыпала меня наводящими вопросами, а появление пятен крови в моей ванной, до сих пор оставалось загадкой,
– Он такой тигр, - продолжала Света, витая в где-то облаках, - я как вспомню его хищные глаза, горящие, в предвкушение сладкой добычи. Блин, Дашка, тебе так повезло.
Я фыркнула, составляя чистую посуду на железный поднос.
– Не самое лучшее сравнение, знаешь ли. Этот тигр, не желал покидать мой дом, смеялся надо мной, выпил весь алкоголь, а потом, по всей видимости, кого-то сожрал.
– Ты ещё не узнала, откуда эта кровь?
– Нет, мы не виделись больше. Впрочем, я не жалуюсь. Как представлю его рожу, и тошно становиться.
– Зря ты так. Отличная рожа, - подруга коварно поиграла бровями. – Махнемся? Мне рожа, тебе бармен.
Я запрокинула голову вверх и глубоко вдохнула.
– Можешь забирать обоих, мне все равно. От этих парней одни неприятности. А от таких парней как Исаев, ещё и беды.
Работа на баре была сделана, и мы отправились в зал, приводить столы в порядок. В кафе было пусто, и Алексей Львович наказал заняться уборкой, что в принципе было лучшей затеей, нежели работа с неблагодарными посетителями. Благодаря «нескучным» выходным, я была откровенно разбита, и все валилось из рук.
– А вдруг, он вскрыл себе вены? – надумывала Света, шагая за мной по пятам. – Ты отказала ему, а значит, могла сильно ранить. Бедняга не выдержал этой боли и истёк кровью.
Сдув с лица выбившуюся прядь, я добросовестно натирала стол тряпкой.
– Ага, а потом умылся, скинулся с крыши и самостоятельно похоронил себя. Ведь бездыханного тела я так и не увидела.
– Ну, серьезно. Ты не пробовала связаться с ним? – спросила она.
– Мне одной интересно, что там все-таки произошло?
Она сильно ошибалась.
– Как, я по-твоему должна с ним связаться? Дать объявление в газету? У меня даже номера его нет.
С разводами на столешнице было покончено и вдруг меня осенило.
– Стой, - я резко вскинула головой, - я звонила тебе с его номера, когда оставила телефон в клубе. Наверняка этот вызов ещё остался.
Лицо Светы просияло.