Странница
Шрифт:
— Разве ты можешь сейчас оперировать?
— Через Машину — нет, а вот по старинке — можно попробовать, если только она согласится.
Вошел Стил, и Строггорн вместе с ним прошел под купол. Он выдвинул себе стул, понимая, что стоя не сможет оперировать.
Аолла смотрела на него, и ему показалось, что она не сразу поняла, кто перед ней — настолько была измучена.
— Это ты? Очень хочется пить и так больно! — Аолла наконец узнала его.
— Послушай, девочка. — Строггорн смотрел прямо ей в глаза. — Я хочу попробовать тебе помочь. Сначала сними мне два блока. — Он легким уколом
— Только я закрою глаза. Если я это увижу…
— Ради бога, закрывай. — Строггорн кивнул Стилу, и тот начал раскладывать инструменты. Лао стоял в дверях, и даже ему от их вида стало не по себе.
— Что ты делал с ее головой? — спросил он.
— Ты думаешь, я ничему не научился за те десять часов, что орал, когда ты резал мне нервные ходы? — Строггорн даже не обернулся, но Лао почему-то счел за благо уйти. Он очень устал и решил, что вполне обойдутся без него. Тина выпроводила ассистента и наблюдала за Строггорном на экране, не понимая, что он собирается делать. Стил разложил огромное количество хирургического инструмента. Больше всего было длинных и очень тонких зондов.
— Повернись на живот, я начну со спины, так ты точно ничего не увидишь, — попросил Строггорн. Аолла перевернулась. Она не могла видеть, что он делал, но ее это совсем не беспокоило. Возникла монотонная, тупая, однообразная боль, и некоторое время Аолла ждала ее усиления, но ничего не менялось. Такой уровень вполне можно было терпеть. Тело расслабилось, и через какое-то время, почувствовав себя очень уставшей, она задремала. Ей снился Дорн, врачи искали оплодотворенную клетку, только вместо приятного ощущения это вызывало тупую боль.
— Она спит, — тихо сказала Тина, входя под купол.
— Я знаю. — Строггорн кивнул, при этом очень медленно, расшатывая, и тихонько все время поворачивая, вытягивая очередной поврежденный пси-вход.
— Почему меньше чувствительность? — Тине, как профессионалу, это было интересно.
— Я делаю это очень медленно, а Машина, наоборот, очень быстро. У нас с ней сейчас разные цели. Обычно задача Машины и Вард-Хирурга — как можно быстрее провести хирургические манипуляции, чтобы меньшее время давать наркоз. Но в данном случае, когда наркоз не действует, лучше делать это как можно медленнее. Конечно, это значительно дольше, но чем-то необходимо жертвовать. — При этом Строггорн так же медленно продвигал зонд, расчищая поврежденную ткань, а затем все в том же неторопливом ритме ввел на место новый пси-вход.
«Как он просто это объясняет, — подумала Тина, — а ведь на самом деле нужна колоссальная интуиция, чтобы без всякой аппаратуры, совершенно вслепую, поставить пси-вход точно на определенное место. Недаром Строггорн лучший Вард-Хирург страны!» Она вышла из купола и включила запись. Ей хотелось, чтобы что-то осталось от такой уникальной операции.
Аолла проснулась только один раз, когда Строггорн восстанавливал тот самый
К концу операции, продолжавшейся около пяти часов, пришел отдохнувший Лао. Он смотрел на Строггорна, который невозмутимо оперировал Аоллу. Абсурдность этой картины внезапно поразила его. Если бы кто-нибудь всего месяц назад сказал, что она сможет спокойно доверить этому страшному человеку свое тело и, видимо, душу, Лао ни за что бы не поверил. В который раз его поразило, как переменчива судьба и как мало он знает о людях, несмотря на свою очень длинную жизнь.
— Ты забираешь ее к себе? — спросила Тина, когда Строггорн закончил.
— Да, — он ответил так, как будто это разумелось само собой.
— Ей нужна гелевая ванна и аппаратура, чтобы ускорить заживление!
— Я знаю, Тина, но все равно не оставлю ее здесь. И у меня дома тоже есть операционная.
Тина удивленно взглянула на него, но потом вспомнила, как когда-то Линган оперировал ее прямо у себя дома, и решила, что всегда возникают ситуации, когда эсперам очень не хотелось бы, чтобы кто-нибудь, кроме Вард-Хирурга, знал о вмешательстве в их психику.
Аолла так больше и не проснулась — ни когда Стил укутывал ее в одеяло, ни когда ее уложили на носилки, ни когда они летели в машине домой. От равномерной качки ей снова снился Дорн. Она летела на огромных крыльях Уш-ш-ша, и все было хорошо. Строггорн, конечно же, видел ее сон. Сначала он хотел прервать его, но потом решил, что его боль — ничто против ее покоя, и оставил все как есть.
Аолла проснулась в гелевой ванне. Все операционные были одинаковы, невозможно было определить, где находишься. Она хорошо помнила, что разрешила Строггорну оперировать себя и потом, видимо, уснула. Стил сразу позвал хозяина из кабинета. Мужчина в золоте, в ореоле огня.
— Строггорн! Я у тебя? — наконец Аолла вспомнила, что у него дома тоже была операционная. — Мне можно вылезать?
Строггорн подошел и тщательно осмотрел места пси-входов. Воспаление спало, и можно было считать, что все более или менее нормально.
— Будешь есть? — Он помог ей выбраться и теперь вытирал кожу от раствора. — Стил там накрывает. — Строггорн протянул ей пакет. — Мы забыли в клинике твою одежду. Я заказал на свой вкус.
Аолла сидела за столом в красном, очень идущем ей, платье и уплетала еду. Строггорн задумчиво смотрел на нее, и от этого возникло чувство, что он хочет о чем-то поговорить, но не решается.
— Что-то не так? Может быть, ты скажешь и я смогу еще поесть? А то у меня от твоего взгляда пропадает аппетит. — Она все старалась пробраться через его непроницаемые блоки.
— Как ты думаешь, у тебя могут быть дети? — спросил Строггорн, и от его вопроса Аолла поперхнулась.
— Никогда не могу угадать, что ты еще придумаешь! — отдышавшись, сказала она. — Не думаю, чтобы это было возможно в моем возрасте и после всех моих регрессий.
— Может быть, ты и права, но я бы хотел тебя обследовать.