Странник. Книга вторая.
Шрифт:
Погрузившись в транс, я начал исследовать последствия своей глупости. На этот раз все обошлось, красотка просто упала в обморок от страха.
– Тем лучше, – решил я и погрузил пленницу в глубокий сон. – Что там говорила Викана про снятие ментальной блокировки? Она говорила, что признак ментальной блокировки маленькие зеленые точки в затылочной области.
Сканирование ауры Лили не показало никаких зеленых точек. Светящаяся область вокруг головы девушки бала абсолютно обычной и однородной без каких-либо вкраплений. Это меня сильно озадачило. Или я полный профан в вопросах ментального воздействия или Алой не ставил блокировки на Лили. В то, что Алой блефовал перед любовницей, я не верил, зачем ему это? Эльф специально вернулся в усадьбу для этого, значит, я чего-то недопонимаю или делаю что-то не правильно.
– Стоп! Что говорила Викана? Она говорила, чтобы снять блокировку необходимо разрядить ауру почти до
Я начал понемногу перекачивать энергию ауры Лили в себя. Свечение ауры начало гаснуть и постепенно в затылочной области головы проявилась область, опутанная мелкой сеткой из тончайших сосудов наполненных 'Силой'. Запитывалась эта сеть от трех небольших источников энергии зеленого цвета. Принцип работы сети был мне не понятен, но я догадывался, что сеть блокировала доступ к определенным областям сознания пленницы.
Для начала мне было необходимо проверить эффективность блокировки. Вернув ауру Лили в исходное состояние, я попытался проникнуть в сознание девушки. Мне это удалось легко и непринужденно, никаких затруднений не произошло. Все было как при стандартном сканировании мозга обычного человека. Но при попытке найти в мозгу Лили информацию об Алое, о ее походах по подземельям или узнать что-то о 'эльфийской пыли', мозг выдавал только отрывочные образы. Создавалось впечатление, что пленница что-то знает, но или все забыла или не хочет вспоминать. При попытке подавить 'Силой' это сопротивление, красотка начала метаться и я почувствовал, что у нее в мозгу появилась 'горячая' область в затылке, и тут же прекратил воздействие. Лили буквально корежило от боли и мне удалось ее успокоить только через полчаса. Оставив пленницу в состоянии глубокого сна, я поднялся наверх и попросил 'Первого' найти мне в доме бумагу, перо или карандаш. У меня возникли кое-какие идеи по поводу ментальной блокировки, и я решил записать ход своих экспериментов.
После того как я разрядил ауру Лили то в мозгу у нее проявились несколько изолированных областей. Я конечно не нейрохирург, но мне показалось, что эти области отвечают за разные функции мышления или управления организмом, вот эту картину я и решил зарисовать. 'Первый' обернулся очень быстро и принес мне амбарную книгу, а так же местный аналог карандаша. Спустившись в подвал, я приступил к выполнению этого плана.
После разрядки ауры Лили, передо мною проявилась картина строения энергетической оболочки, головного мозга пленницы. Около часа заняли зарисовки этих областей и точек, отличающихся в этих областях своей плотностью и насыщенностью. Как не странно, но каждая область имела по три ярко выраженные ключевые точки в своем строении. Именно в этих местах в затылочной области и находились зеленые искорки установленные Алоем. Полюбовавшись на результат своей работы, которым стал чертеж ауры Лили в трех проекциях и схема взаимосвязи между областями в ней, я приступил к снятию блокировки.
Путь ученого труден и тернист, а для придурков типа меня, еще и смертельно опасен. В очередной раз, поверив в свою крутизну и непогрешимость, я просто выкачал зеленую искорку из мозга Лили с помощью указательного пальца правой руки, и уже через мгновение скакал как козел по подвалу. Вы били когда-нибудь себя молотком по пальцу? Так вот мне было в десять раз больнее. В таких случаях подсознательно ищешь воду, чтобы остудить отбитую конечность. Как на грех, под руку подвернулся ночной горшок Лили, и я засунул в него руку. Мне показалось, что рука в горшке зашипела, и по подвалу разнеслись кошмарные ароматы, но боль стремительно улетучилась. Тщательный осмотр не обнаружил никаких повреждений на моем указательном пальце. Эксперимент был прерван на самом интересном месте, и я отправился отмываться к колодцу. В процессе водных процедур мне в голову пришла одна мыслишка по поводу способа выкачивания энергии из зеленых областей. Зачем совать палец, куда попало, когда можно использовать кусок проволоки в качестве проводника, конец которого закопать в землю, в качестве заземления? Решив таким способом справиться с проблемой, я нашел кусок проволоки и спустился в подвал. Фокус не удался и уже через пять минут, я снова седел засунув руку в ночной горшок, шипя от боли. Слова, которыми я поносил свою дурость, нельзя озвучивать даже в компании спившихся бомжей, так как можно жестоко пожалеть об этом. Слава Богу, меня никто в подвале не видел, только Тузик нарезал круги вокруг спятившего хозяина. Осталась еще одна зеленая точка в ауре Лили, и оставлять ее в голове пленницы было не безопасно. Точка начала пульсировать, и красотку снова начало корежить от боли.
Природа щедро наградила меня не только безалаберностью и раздолбайством, но еще и ослиным упрямством. Если Игорь Столяров, по какой либо причине решит заколотить себе в башку гвоздь, то будьте уверены, что он его заколотит! Так случилось и
– Ты это чего, в моем ночном горшке суп варишь? – выдала вылупившая глаза красотка, опираясь на женскую логику.
– Вам дилетантам не понять высокого искусства ментальной магии! Тузик сторожи Лили, чтобы не смылась! – заявил я и с высоко поднятой головой вышел из кладовки.
– Главное запутать противника и не показать ему, что сам облажался, – думал я, поднимаясь с проклятым горшком по лестнице.
В кухне меня встретил совсем обалдевший шак и бочком, бочком, попытался смыться на улицу.
– Ты это куда собрался? – зло прорычал я. – Хозяин жизнью рискует, смертельные опыты над собой ставит, а ты драпать? Забери горшок, и чтобы через полчаса в усадьбе было свежо как в весеннем лесу!
'Первый' выхватил у меня посудину и ускакал куда-то во двор, а я в очередной раз поплелся отмываться к колодцу. Слава Богу, что чувство юмора меня не покинуло и мои ехидные мысли крутились вокруг обозначения нового направления в магической науке. 'Дерьмо-магия', это самое печатное из того что приходили на ум. Мое веселье омрачало только то, что я должен вернуться в подвал, чтобы запереть Лили. Кстати еще необходимо выпустить на свежий воздух Тузика, который, наверное, уже с ума сошел от магических ароматов. В подвале я повстречал 'Первого' с самодельным кадилом, с помощью которого он пытался ликвидировать последствия моей дурости. Как ни странно, но это ему с успехом удавалось. Ароматный дым от смеси трав, горевшей в дырявой медной посудине, привязанной на веревке, практически полностью ликвидировал вонь в подвале. Лили, запуганная моими экспериментами, скромно помалкивала, забившись в угол кладовки. Мне ничего не оставалось, как выпустив Тузика, запереть дверь кладовки и отправляться спать. Я решил, что на сегодня с меня хватит научных подвигов и следует отложить магические опыты назавтра.
Выспаться толком мне так и не удалось. Утром в усадьбу прибыла Арделия с Молли и кузнецы с подмастерьями. Усадьба наполнилась шумом и суетой. Экономка сразу взяла руководство в свои руки, и нам с Тузиком пришлось ретироваться на сеновал. 'Первого' Арделия сходу взяла в оборот, и он как заведенный сновал по двору, выполняя ее указания. Кузнецы приводили в порядок кузницу и разгружали привезенные с собой инструменты. Молли не смотря на свой юный возраст, трудилась наравне с матерью. К полудню основные дела в доме и кузнице оказались законченными, и Арделия позвала всех обедать. Дом разительно изменился за эти несколько часов. Все вещи находились на предназначенных для них местах, полы сверкали чистотой, и усадьба приняла обжитой вид. Лили хоть и жила здесь до меня, но хозяйкой оказалась явно никудышней, а сейчас это стало особенно заметно. Арделия с дочерью заняли две комнаты на первом этаже. До этого помещения были завалены разным хламом и мне показались подсобками, а теперь они сияли чистотой и порядком. За обедом мы обсудили хозяйственные вопросы, и мой кошелек сразу похудел на пятьдесят империалов. Необходимо было купить древесный уголь для кузницы и заказать металл для работы. Деньги я отдал Арделии, а уже она распорядилась ими по своему разумению.
Сразу после обеда появились первые заказчики, и возле кузницы разгрузили две телеги поломанного инвентаря из каменоломен. С ними приехал дородный пожилой мужчина, оказавшийся казначеем и по совместительству кладовщиком гильдии каменотесов. От него мы получили большой заказ на ремонт поломанных инструментов и на новые лопаты, зубила и кирки. На этом этапе мне, как хозяину пришлось, подключился к переговорам. Мягко просканировав казначея на предмет магических прибамбасов, и не обнаружив ничего подозрительного, я выудил у него из головы сумму, которую гильдия готова заплатить за работу. Решив, для поддержания добрых отношений, оставить заказчику немного на чай, остальные деньги я вытряс из казначея как кот Базилио из Буратино, чем сразу заслужил всеобщее уважение. Арделия и кузнецы поняли, что хозяин у них далеко не так прост, как показался поначалу. До вечера в усадьбе стоял дым коромыслом, но всему приходит конец, и рабочие, получив недельный аванс, ушли в поселок. Мы поужинали уже в семейной обстановке. Поначалу Арделия вытурила 'Первого' во двор, налив ему миску похлебки, но я сразу пресек это нововведение, чем вызвал целую бурю эмоций.