Странник. Книга вторая.
Шрифт:
Лежащий у стены пленник являлся не простым объектом мести или куском мяса на шашлык. На цепях висело доказательство того, что я уже давно не Игорь Столяров, сисадмин из Москвы, дожидающийся окончания рабочего дня, чтобы пойти пить пиво в спортивный бар, а глава клана, за которым жизни сотен людей и для них я возможно последняя надежда. Смерть предателя не должна оказаться простым удовлетворением моей личной жажды мести, а обязана стать возмездием за предательство, члену клана присягнувшего на верность. Все должно произойти по закону, с предъявлением обвинения, допросом и возможностью оправдаться у подсудимого. Торвин обязан понять,
– Ну что же, готовься сученок, будет тебе суд по законам жанра. Еще сто раз пожалеешь о том, что развел меня как лоха. Ты еще не знаешь, какие шоу устраивают на Земле в двадцатом веке! С подлецами по подлому!– злорадно подумал я.
Как не стараются распальцованные пророки, у которых все интересы находятся ниже пояса или в кошельке, прививать нам свой образ жизни и мысли, но в мире есть намного более важные вещи, чем их животные инстинкты. Есть дружба и верность, желание вырастить детей, любить и быть любимым. Лучше умереть от меча в бою за свои идеалы, чем издохнуть от поноса, оборжавшись черной икры. Может это и звучит слишком напыщенно и противоречит прозе бытия, но любой человек, у которого в голове мыслей больше чем у амебы в глубине души понимает это.
Торвин зашевелился и сел, привалившись спиной к стене. Дернув рукой, он зазвенел цепью и его глаза приняли осмысленное выражение. Мы встретились взглядами и он отшатнулся.
– Кто ты? Чего ты от меня хочешь? – произнес он, до конца не веря в то, что еще жив. Фонарь весел на решетке у меня за спиной и мое лицо находилось в тени.
– А ты не догадываешься? – ответил я, осветив себя, снятым со стены фонарем.
– Как я могу тебя узнать, если твое лицо закрыто платком?
– Ах да, извини, совсем забыл, – сказал я, снимая платок. – Так лучше видно?
– Ингар! – выдохнул Торвин и, засучив ногами, попытался отползти в угол, но повис на цепях.
– Надо же узнал, а я думал, что очень сильно изменился и мне придется тебя убеждать. Догадываешься, зачем ты здесь? Торвин кивнул головой и опустил глаза.
– Тогда приступим. 'Первый' иди сюда и захвати с собой Тузика, – крикнул я в сторону коридора и встал из-за стола.
В комнату вошел шак в сопровождении малхуса. Причем Тузик вошел в виде оборотня стоя на задних лапах.
– Поднимите подсудимого на ноги, – приказал я.
Малхус и 'Первый' взяли предателя под руки и как пушинку оторвали от пола. Голова Торвина опустилась на грудь, и он повис как тряпка.
– Торвин, воин клана 'Желтой Змеи', ты обвиняешься в измене клану, убийстве Риса, воина клана, предательстве главы клана, клевете на главу клана, в попытке убийства главы клана путем объявления вознаграждения за его убийство, краже имущества принадлежащего клану. Что ты можешь сказать в свое оправдание? – закончил я обвинительную речь. Торвин с остекленевшими глазами выслушал обвинения и наконец, заговорил.
– Ингар я не хотел…– начал подсудимый.
– Я для тебя господин судья или 'ваша честь', ты недостоин, называть меня по имени, – прервал я предателя.
– Господин судья, я не хотел убивать Риса, он сам бросился на меня и я убил его защищаясь.
– Почему Рис бросился на тебя? Не юли и говори только правду, у суда есть способы узнать истину.
Глаза Торвина забегали но, посмотрев на когти малхуса, впившиеся в его
– Когда я увел караван из пустоши, то направился в Кайтон и стал дожидаться Вас господин судья. Вестей от Вас не было, по городу ходили слухи, что в пустоши произошло большое побоище, и погибло много народу. Я подумал, что Вы погибли, и решил перегнать караван в Шателье. Через три дня я нанял охрану и ушел из Кайтона. В Шателье чтобы расплатиться с охраной я был вынужден продать караван. Рис решил, что ему полагается половина денег и напал на меня, я просто защищался. Господин судья, я хотел отправить деньги на Тереб в замок клана, но из-за боевых действий на острове не сумел этого сделать.
– Торвин ты врешь как мелкий воришка, пойманный за руку на базаре. Неужели ты думаешь, что попался случайно и за тобой не охотились и не выяснили все заранее? Ты убил Риса за то, что он противился продаже артефактов из каравана и требовал, чтобы ты выполнил мой приказ. Ты боялся, что о твоем предательстве станет известно Колину или Викане, а они тебе отомстят. Если бы мне нужно было просто убить тебя, то ты уже давно кормил червей. Где камни 'Силы', которые ты привез на зарядку к Алою.
– Нет у меня никаких камней 'Силы', я приехал в Шателье помочь племяннику с кузницей и только. Откуда у меня камни 'Силы', они стоят кучу денег, и маги строго следят, чтобы никто к ним не прикасался.
– Надо же, а Алой говорит, что ты привозишь камни к нему для зарядки. Что скажешь по этому поводу?
– Алой врет и оговаривает меня. Эльфам нет веры, тем более изгнанным из рода.
– Да нет, Алой не врал, не было у него такой возможности, хотя и пытался по началу. Ты хочешь, чтобы тебе вскрыли череп и прочитали правду у тебя в голове?
– Ингар если не веришь мне, то войди в мое сознание и убедись, что я не вру.
Реплика Торвина сбила меня с толку и в голову закралась мысль, что я издеваюсь над безвинным человеком.
– Торвин ты сам решился на это, и у тебя нет обратного пути.
Процедура сканирования мозга предателя прошла как по маслу. У Торвина стояла та же защита от сканирования мозга, как и у Лили, по всей видимости, постарался Алой. Ничего путного от Торвина я не узнал, а залезть в подсознание не давала блокировка.
– Увы, Торвин мне не удалось ничего прочитать у тебя в голове, и я не узнал ничего нового.
– Вот видишь Ингар, я не вру тебе! – заулыбался предатель.
– Торвин ты рано радуешься. Да я не смог прочитать твои мысли, но у тебя в мозгу стоит блокировка поставленная Алоем. Мне неизвестно как она снимается, но в моем мире это делают не так как на Геоне, у нас свои методы. 'Первый' отстегните подсудимого и тащите к детектору лжи.
Зная, что Торвин будет юлить и, заметив блокировку в мозгу предателя, еще кода он был без сознания, я подготовился заранее. На столе для пыток мы с шаком водрузили какой-то раскуроченный силовой щиток с кучей лампочек и циферблатов, а из задней панели вывели несколько проводов с иглами на концах. Иглы я сделал из обрубков нержавеющей проволоки. Внутри щитка я поместил фонарь, при включении которого, шкалы приборов начинали светиться. В общем, создавалась иллюзия рабочего механизма. На пыточном столе имелся полный набор для фиксации тела пытаемого и уже через пять минут голый Торвин лежал на нем как пациент для вскрытия. Я надел кожаный фартук, взял здоровенную ножовку и подошел к столу.