Странник

Гудалл Джейн

Макриди посмотрел на Стива, отложил в сторону документ, который держал в руках, и взял со стола другой.

— Теперь мотив. Здесь, полагаю, нужны ваши записи, Латем. Прошу вас, ознакомьте нас всех с их содержанием.

Стив откинул со лба тяжелые пряди и распрямился, одновременно стряхнув с колен пепел от сигареты.

— В выборе жертв не прослеживается единая очевидная схема. Преступник убил двух женщин и двух мужчин. Ни одна из женщин не была изнасилована, и вообще нет никаких признаков сексуальной одержимости. Это весьма необычно. В этом он подражает Джеку-Потрошителю, однако в других аспектах действует гораздо более изощренно. Преступник сознательно

подбирает каждую жертву — он при этом руководствуется какими-то личными мотивами. Найти их — значит, найти убийцу, держу пари.

В случае с Годвином существует вероятность своего рода ритуализированной мести. Годвин обладал немалой властью. Он принимал решения, которые оказывали влияние на жизнь людей. Я убежден, что у нашего парня чудовищно развитое «эго». Он злопамятен. Не забывает обиды. История Грега Кендрика о визите старого знакомого Сабины Мельес в этом отношении весьма примечательна. Он попросил принять его — возможно, здесь присутствовал сексуальный момент, а может, и нет, — но девушка осмелилась возражать ему, выбила его из колеи. Это парню не понравилось. Следовательно, мы должны задать себе вопрос: какая могла существовать связь между нашим убийцей и Стэйнес или Барроусом? А это, заметьте, не совсем то же самое, что другой вопрос: что связывало его с историей, которой занималась Стэйнес? Итак, ее первая статья о вандализме — та самая, которую выкинули в последний момент из номера, — там упоминались повторяющиеся эпизоды вандализма на территории церковного двора. Отчеты криминалистов, поступившие сегодня утром, показывают, что вещество, разлитое на надгробиях, является свиной кровью.

— Свиная кровь? — Бровь суперинтенданта демонстративно взлетела вверх.

— Да, сэр.

— Но ведь вы так и предполагали, Латем. Вы говорили об этом на предыдущем совещании. Что заставило вас тогда подумать о свиной крови?

— Разговор с Тони Чайлдсом, сэр, фотографом из «Ивнинг стандард».

— Понятно. А что натолкнуло на это мистера Чайлдса?

— Ему так сказала Кэролайн Стэйнес. А ей, в свою очередь, преподобный Барроус.

— Так, Латем, опять начинаются слухи и толки. И все же на этот раз сплетня соответствует действительности. И какие еще сведения, полученные столь кружным путем, сообщил вам мистер Чайлдс?

Стив глубоко затянулся и выпустил большие клубы дыма, прежде чем ответить.

— Должен сказать, что фотограф очень расстроен происшедшим. Кэролайн Стэйнес старалась убедить помощника редактора в том, что у истории о вандализме в церкви может быть интересное продолжение. Она думала, что здесь кроется нечто большее, и, судя по всему, уже потянула за какую-то ниточку. Барроус собирался рассказать девушке подробности и предоставить особую дополнительную информацию о предыдущих инцидентах. Чайлдс этим тогда не заинтересовался. Мисс Стэйнес настояла на том, чтобы во второй раз он пошел с ней в церковь, на новую встречу с Барроусом, но фотограф не особенно хотел этим заниматься, поэтому при первой же возможности ушел и не стал слушать священника.

— Латем, я прошу вас сообщить, что услышал мистер Чайлдс от мисс Стэйнес, а не то, что он не услышал. Все это напоминает лавину бессмысленных анекдотов. У нас нет времени барахтаться в этом потоке. Пожалуйста, придерживайтесь наиболее существенных деталей.

— Боюсь, я не способен отделять бессмысленные анекдоты от существенных деталей так точно и безошибочно, как это делаете вы, сэр, — парировал Латем. — Что я пытаюсь объяснить, так это то, что мистер Чайлдс может сообщить нам лишь фрагментарную информацию, разрозненные детали, потому

что он лишь изредка уделял внимание истории, которую исследовала Кэролайн Стэйнес, — и то в силу необходимости. Чайлдс запомнил слова про свиную кровь, так как они имели отношение к тому, что он видел и фотографировал. Кроме этого, он вспомнил, что могилу якобы открывали когда-то раньше и, судя по всему, вандалы тогда искали в ней какой-то предмет, который к тому времени уже отсутствовал. Потому что какой-то бдительный тип, служивший в те времена настоятелем церкви, предусмотрительно извлек эту штуку из могилы и припрятал в надежном месте.

— И что же это было?

— Чайлдс думает, речь шла о чем-то вроде дневника.

— И когда могилу вскрывали в прошлый раз?

— А вот это он не может вспомнить. Ох, и намучился я с ним. Никому не пожелаю работать с таким свидетелем. Полагаю, этот парень не заметил бы даже отъезжающую машину при ограблении банка. Остается надеяться, что сама Кэролайн Стэйнес что-то записала. В момент убийства у нее с собой была сумочка, в которой находилась записная книжка.

— Так почему она до сих пор не у нас? — Спокойствие Макриди становилось угрожающим.

— Книжку забрали криминалисты, и она еще пока не освободилась. Она вся покрыта отпечатками пальцев, всё необходимо полностью отснять.

— С каких это пор офицеры экспертизы диктуют условия следователям? Латем, передайте им, что я приказываю немедленно передать нам записную книжку.

Макриди взял со стола очередной документ.

— Отчет констебля полиции Донны Колдуэлл. Латем, надеюсь, вы сможете и в этом отношении просветить нас?

— Констебль Колдуэлл, переодевшись в штатское, общалась в Гришеме со студентами. Ей удалось познакомиться с девушкой, которая рассказала о своей приятельнице, в прошлом году забеременевшей и сделавшей аборт.

— Это относится к числу существенных деталей? — ядовито поинтересовался Макриди.

— О, безусловно, сэр. Ее друг был интерном, он только что окончил колледж и договорился об аборте с каким-то своим знакомым по университету. Дело вышло наружу, и оба молодых человека были исключены из местной масонской ложи. По инициативе Годвина. Колин Олдройд, насколько нам удалось узнать, тоже является членом этой ложи. Ходят слухи, что якобы это они с Годвином составили документ об исключении нежелательных персон. По меньшей мере, у нас появляется еще одни мотив. Кроме того, эта информация означает, что доктор Олдройд кое о чем умолчал во время предыдущего допроса.

Правая бровь Макриди опять изогнулась высокой дугой.

— Это уже кое-что, если, конечно, вся эта история не окажется обычными сплетнями. Надеюсь, ваша одержимость масонами оправдывает время и энергию, которые вы, Латем, затратили на разработку данного направления. Мне кажется, что все это опасно граничит с фантазиями. Я хочу сказать, что это опасно для вашей карьеры.

Латем даже не дрогнул.

— А знаете ли вы, сэр, что и Хогарт был масоном? И, согласно одной из версий, Джек-Потрошитель тоже.

— Равно как и множество достойных и респектабельных граждан в Эдинбурге и Лондоне. Вероятно, вы хотите, чтобы мы и принца Уэльского внесли в список подозреваемых?

— Неужели он тоже масон?

— Понятия не имею, Латем. Это не мое дело и не ваше. Однако раньше существовала традиция, в соответствии с которой принц Уэльский занимал высокий пост в масонской ложе Британии. Я всего лишь хотел проиллюстрировать абсурдность вашего рассуждения.

— Я вызвал Олдройда на повторный допрос, в четверг утром. Вы хотите присутствовать?