Странник
Шрифт:
— Даже крема нет, — заявила она недовольным тоном. — Мы ведь вправе ожидать, что нам дадут заварной крем, правда? Национальная служба здравоохранения — это просто позор. — И она начала осторожно вливать томатный суп в рот неполными ложечками.
— Вы часто здесь бываете? — поинтересовалась Брайони.
— Чертовски часто. Это меня убивает, уж вы мне поверьте. Высокое давление. Это проклятие всей моей жизни.
— А у меня, похоже, слишком низкое. Забавно, правда?
Они синхронными движениями принялись за суп: ложка в тарелку — ложка в рот и так далее.
— Вам еще повезло, —
«Черт, — выругалась про себя Брайони. — Черт подери!» Она пропустила обход, и теперь придется торчать здесь всю ночь. Единственный выход — уйти самовольно. Может, ей удастся убедить Макриди написать справку: уход в силу преданности долгу. Когда подошла сестра, чтобы забрать поднос, Брайони попросила ее пригласить старшую по смене.
— Старшая сестра придет только к семи утра, — услышала она в ответ. — Вы можете поговорить с начальницей ночной смены, когда она подойдет — примерно без четверти девять.
Начальница ночной смены оказалась медленно передвигающейся, мясистой женщиной африканского происхождения. Она величественно прошествовала к койке Брайони и, прежде чем заговорить, немного помолчала, разглядывая пациентку.
— Вы хотели поговорить с начальницей смены?
— Да. Прошу вас, разрешить мне уйти.
На лице дамы не отразилось никакой реакции. Она размеренным шагом прошла в изножье кровати, взяла висевшую там доску с результатами анализов и снова подошла к Брайони.
— Намерены выйти на работу? — уточнила она.
— Да. Очень срочное дело.
— Если будете продолжать в том же духе, то точно будете участвовать в одном мероприятии, не терпящем отлагательства. Вы не против, если я прочту вашу историю болезни?
Брайони кивнула.
— Это значит «да»?
— Да, да, пожалуйста.
— Тут сказано: мисс Брайони Уильямс, возраст двадцать девять лет. В целом здоровая молодая женщина, единственная клиническая проблема — значительная анемия, вероятно вызванная коротким менструальным циклом и сильными кровотечениями. Состояние осложняется плохим питанием, нерегулярным сном и хроническим переутомлением на работе. Уровень гемоглобина на тридцать процентов ниже нормы. В моменты стресса может наступать острая нехватка кислорода, связанная с резким повышением кровяного давления. Хотите, чтобы я вам перевела это на обычный язык, мисс Уильямс?
— Нет, спасибо, думаю, суть я уловила.
— Уверена, что так. И что вы собираетесь предпринимать в связи с этим? Вот в чем суть. Я не жажду удерживать вас здесь, в отделении, против вашей воли. Нам нужны койки для других пациентов. Но если вы сейчас уйдете, то как скоро вы вернетесь к нам? Вот в чем суть. Похоже, вы проявляете немного здравого смысла, когда речь идет о вашем здоровье. Имейте в виду: у вас всего одно тело. И надо проявлять к нему хоть немного уважения. Вы понимаете, о чем я говорю?
Брайони покосилась на свои руки, инстинктивно вцепившиеся в край линялого одеяла.
— Я ничего не могу поделать с работой, —
— Вы думаете, вы единственная, у кого тяжелая работа, мэм? Каждую ночь к нам поступают жертвы автокатастроф, падений с большой высоты, сердечных приступов, маленькие дети с ожогами, начиная с третьей степени. Вы видите, чтобы я падала с ног от изнеможения? Я слежу за собой так же, как за остальными. Вовсе незачем работать на износ. Вы понимаете, о чем я говорю?
Она вставила в рот Брайони термометр и взяла ее за запястье.
— Сейчас гораздо лучше. Пульс вернулся к норме. Анемия, вызванная особенностями менструального цикла, в наши дни распространенное явление. Вы принимаете лекарства?
Брайони отрицательно покачала головой.
— Нет времени для отдыха? Некоторые лекарства помогают преодолевать подобные проблемы. При нашей больнице есть клинический центр планирования семьи. Открыт в субботу, во второй половине дня, так что вы уже пропустили прием на этой неделе. Но утром врач выпишет вам лекарства. — Сестра вынула термометр и встряхнула его. — Температура нормальная. Самое время сделать счастливое лицо. — Внезапно она широко улыбнулась. — Счастливое лицо, так. Чувствуете разницу?
Брайони рассмеялась. Начальница ночной смены что-то написала в ее листке и еще мгновение пристально изучала ее.
— Вы выглядите получше, когда улыбаетесь, знаете об этом? И какую же срочную работу вы выполняете?
— Я инспектор полиции.
Медсестра медленно кивнула:
— Ну ладно, утром можете идти на работу, но только после того, как поговорите с доктором.
Глава 40
Когда девушки пришли в участок, там не было ни инспектора Уильямс, ни инспектора Пелгрейва. Нелл спросила, где их можно найти, и услышала в ответ, что инспектор Уильямс заболела, а инспектор Пелгрейв уехал в Плимут, так что с ней будет говорить новый человек, — это оказался молодой полицейский, который, судя по всему, не принимал ее историю всерьез. Несмотря на то что криминалисты нашли свидетельства проникновения в ее спальню незнакомца через окно в потолке, инспектор Латем, очевидно, не был уверен, что это тот же самый человек, которого разыскивают в связи с последними убийствами. Он легко убедил близнецов, что в дом мог вломиться обыкновенный урод, какой-нибудь накачанный наркотиками хиппи, заметивший Нелл в толпе и положивший на нее глаз.
Инспектор Латем был явно очарован попытками Риты флиртовать с ним, так что быстренько завершил разговор с Нелл и отправил ее к специалистам по установлению личности, которые должны были составить портрет ночного визитера.
Нелл была озадачена двумя представленными ей изображениями. Одно из них, возможно, имело отдаленное сходство с лицом того человека, однако ей казалось, что портрет вообще ни на кого не походит. Это был всего лишь рисунок. Ее сбивали с толку десятки глаз, носов, бровей, губ и подбородков, среди которых ей приходилось выбирать варианты. Получившееся в результате лицо было странным, смешанным, каким-то ненастоящим. Она никак не могла уловить его в целом. И оно совсем не походило на второй портрет. Глаза были совсем другие.