Странник
Шрифт:
— Не совсем так, — нехотя уточнил Джим. — Дотрагиваться можно, но… Смотря как.
— Догадываюсь, к чему ты клонишь, — улыбнулся Раданайт. — Я вчера был не в меру развязен, признаю свою вину. Всё дело в выпивке, с которой я вчера немного переусердствовал. Ещё раз приношу свои извинения.
— Извинения принимаются, — сказал Джим. — Давайте оставим эту тему, если можно.
— Как скажешь. И можно на "ты". — Раданайт откинул чёлку, заправив обе её половины за уши. — В университет мне ехать только через час, чем бы пока заняться? Знаю: мне нужно привести в порядок лицо.
— Ваше… то есть, твоё лицо, как мне кажется, и так в порядке, — заметил Джим.
— Да
Из ящика туалетного столика в своей комнате он достал коробку, которая оказалась полной разнообразной косметики. В первую очередь Раданайт взял длинный и узкий чёрный флакон туши для ресниц. Вместо щёточки у неё был тонкий наконечник, которым Раданайт быстро провёл по кончикам ресниц, и тушь сама растеклась по ним, обволакивая каждую ресничку полностью. Эта "умная" тушь не оставляла ни одной не прокрашенной реснички и, в отличие от туши со щёточкой, не делала пятен на веках. Потом Раданайт какой-то хитроумной кисточкой филигранно подвёл глаза, после чего нанёс на веки немного жемчужно-серых теней. На губы он нанёс бесцветный гигиенический блеск.
— Ну, вот и всё, — сказал он. — Теперь можно сказать, что моё лицо в порядке. Для меня выйти куда-то без макияжа всё равно что, скажем, неодетым. Если пользоваться хорошей косметикой, это не занимает много времени.
— А это хорошая косметика? — просил Джим.
— Я привык пользоваться только самой лучшей, — ответил Раданайт важно. — Разумеется, она недешёвая, но она стоит того. И тебе рекомендую на этом не экономить. Идеальный макияж дешёвой косметикой не сделать.
— Боюсь, у меня пока нет средств на её приобретение, — сказал Джим.
— Об этом можешь не беспокоиться, — сказал Раданайт небрежно, убирая коробку в ящик. — Фалкон, конечно, на свой заработок дальнобойщика вряд ли сможет баловать тебя дорогими вещами, но отец скупиться не станет. У тебя будет всё, что ты только захочешь.
Раданайт уехал в университет, и Джим остался один. Мысль о том, что до встречи с отцом осталось уже совсем немного, не только согревала и окрыляла его, но и не давала сидеть на одном месте. Джим бродил по дому, даже позволил себе немного потанцевать в главной гостиной и сыграть нескладный, но очень прочувствованный опус на домашнем органе. Ему так понравилось музицировать, что он мучил инструмент, наверное, целый час. Звуки, которые раздавались от прикосновения его пальцев к клавишам, были причудливы и несколько хаотичны, но в них всё же была своеобразная красота. Когда Джиму прискучили эксперименты с органом, он зашёл в библиотеку и от нечего делать стал изучать каталог, потом снова стал бродить по дому. Нигде он не нашёл ни одного телевизора в привычном для него виде, зато повсюду были небольшие приборчики по размеру и по форме напоминающие пепельницу; при нажатии кнопки "вкл." над ними проецировался в воздухе плоский световой экран. Включив такой прибор в своей спальне, Джим увидел выпуск новостей и узнал, что в Кайанчитум сегодня прибыл король Харидо. Его принимал глава администрации города, мэр Эльгиор, а также члены городского совета, среди которых Джим увидел лорда Райвенна. Он стоял рядом с мэром, пожимавшим руку короля, и что-то негромко говорил, и король пожал руку и ему. В выпуске подробно сообщалось, какие объекты города король посетил и с кем встречался, с кем и о чём говорил. По-видимому, это был местный канал, потому что никаких международных новостей Джим не услышал. Он узнал, что во всех школах города сегодня проходит выпускной экзамен, после которого более четырёх миллионов выпускников получат аттестаты. Несколько раз за выпуск Джим видел общие планы улиц города, и его поразила высота зданий. Вероятно, они были в несколько раз выше самых высоких небоскрёбов на Земле, а уличное движение происходило в нескольких ярусах. На каждом ярусе к зданиям крепились пешеходные зоны, а весь транспорт не ездил, а летал по воздуху. Ещё Джим видел какие-то небольшие платформы с поручнями, которые медленно скользили вдоль пешеходных зон, по всей видимости, паря в воздухе и ни на что не опираясь. На этих платформах передвигались по одному — по два человека. Поскольку Джим не знал, как переключаются каналы,
— Криар, можно вас спросить? — обратился Джим к нему.
— Да, господин Джим, — отозвался тот. — Но в следующий раз, если я вам понадоблюсь, не ищите меня по всему дому, а просто нажмите на приборе внутренней связи кнопку и позовите меня. — И Криар показал на небольшой белый приборчик на стене, похожий на маленький радиоприёмник. — Такой прибор есть в каждой комнате. Так что вы хотели спросить?
— Я хотел узнать, как можно переключить телевизор на другой канал, — сказал Джим. — Я ещё плохо знаком со здешней техникой.
— Проще простого, сударь, — ответил Криар. — Нужно просто назвать номер канала, вот и всё. Например, "восемнадцатый канал".
— А сколько их всего? — полюбопытствовал Джим.
— У нас принимается тысяча двести сорок пять каналов, — сказал Криар. — Но чаще всего мы смотрим местное кайанчитумское телевидение, в котором одиннадцать каналов, пару столичных каналов, да ещё Главный альтерианский канал. Это приоритетные каналы, между ними можно переключаться щелчком пальцами. Но если вам нужны остальные, просто скажите: "Перейти на общий приём". Обратно на приоритетные каналы можно перейти, сказав: "Вернуть приоритетный список".
— Спасибо, Криар, — пробормотал Джим.
Он стал переключаться с канала на канал. Особенно его заинтересовал медицинский канал, на котором шли передачи о здоровье и достижениях медицинской науки, а также канал, на котором шли художественные фильмы. Он успел посмотреть передачу о тотальной регенерации организма, позволявшей помолодеть на двадцать лет, и один фильм на любовную тему, когда из университета вернулся Раданайт. Подойдя по общей лоджии к двери спальни Джима, он остановился у косяка, держа что-то за спиной.
— Можно к тебе? У меня для тебя кое-что есть.
Джим выключил телевизор, и Раданайт вошёл. Протягивая Джиму небольшую плоскую серебристую коробочку, он сказал:
— Ты и так хорошенький, но это подчеркнёт твою прелесть.
В коробочке был набор косметики: "умная" тушь, прозрачный с розовым оттенком блеск для губ, подводка, тени и флакончик духов. В другой руке за спиной Раданайт прятал ещё одну коробку, в которой оказался комплект для укладки волос: несколько расчёсок, щипцы для завивки, набор шпилек, заколок, гребней и лак для волос.
— Спасибо большое, — пробормотал Джим. — Только я не умею всем этим пользоваться.
— Не беда, я тобой займусь, — сказал Раданайт.
И он занялся. Джим даже не подозревал, насколько длинные у него ресницы, а благодаря "умной" туши он об этом узнал.
— Пожалуй, тебе больше пойдёт без подводки, — сказал Раданайт. — Смотрится естественнее. А подводка — это для вечернего макияжа на какой-нибудь торжественный случай.
После макияжа он занялся причёской Джима. Расчёсывая ему волосы, он сказал назидательно:
— Каждый уважающий себя и следящий за своей внешностью человек обязан уметь делать хотя бы одну или две причёски. Я не говорю о тех, кто носит короткую стрижку, я имею в виду длинные волосы, как у нас с тобой. Если ты носишь длинные волосы, будь любезен ухаживать за ними и умей их убирать. Можно, конечно, носить их и просто распущенными: таким юным особам, как ты, это даже идёт и смотрится очень мило. Однако бывают случаи, когда причёска просто обязательна. Например, на какой-нибудь торжественный приём или просто в гости без причёски идти неприлично. Можно воспользоваться услугами парикмахера, но одну-две причёски нужно уметь делать и самому. Смотри и запоминай.