Странник

Уайт Алекс

Оказавшись на другой стороне, я обернулся к остальным товарищам, решив проследить за успешным преодолением преграды. Как и ожидалось, пеший переход не вызвал никаких проблем, и уже меньше чем через полчаса мы всем составом вернулись к поезду.

При подходе к транспорту я мельком окинул взглядом горизонт... и заметил там кое-что, что очень мне не понравилось.

— Там кипящие облака, — указал я на стремительно приближающуюся тучу.

— Оортоново пламя! Опять? — недовольно спросил Джек. — Сколько же этой пакости на левой стороне Залива...

Я только

недавно вспоминал дождь из кипятка... И вот нам вновь предстояло с ним столкнуться. По словам Тисэ и Джека, льющийся с неба кипяток был лишь одной из многих погодных "аномалий", которые, как правило, распространены в областях вокруг Разломов. Они то и дело появляются в Центральном регионе, где расположен Город. Иногда эти аномалии даже обрушиваются на крупнейшее в современном Лудусе поселение.

Кипящие и ледяные дожди, грозовые шторма, чудовищно сильные ветра, буквально непроглядный и ядовитый туман, резкое наступление ночи... И всё это было лишь малой частью описанных мне "природных" катастроф, спровоцированных Разломом. На фоне ядовитого тумана дождь из кипятка выглядел не очень-то устрашающе. К тому же, у нас есть хорошее передвижное укрытие.

— Зара, следи за приближающимися облаками, — приказал Диомед. — Как только они окажутся в десятиминутной близости, бей тревогу.

— Поняла.

Когда мы приблизились к нашему поезду, я тут же заметил Ларса. По какой-то причине он копался в земле неподалёку от головного вагона. Поднимая в воздух кучи земли с помощью псионического телекинеза, он выглядел весьма довольным.

— Чего это он там делает? — задался вопросом Диомед и тут же обернулся ко мне. — Сол, разгружай наше снаряжение. Джек, Эцио, Олег, на вас подготовка поезда к кипятку. Перекройте все окна и щели. В этот раз нам нужно избежать любых ожогов.

— Сделаем всё в лучшем виде, — кивнул Олег.

Зайдя в центральный вагон, я начал быстро выгружать переданное мне на хранение имущество Проходчиков. Используя артефакт телекинеза для перемещения ящиков, мне удалось закончить с разгрузкой за пару минут. Проходчикам, судя по всему, помощь больше была не нужна, так что я решил отправиться к Ларсу. Уж очень любопытной была причина, по которой наш инженер полез копаться в земле.

Выпрыгнув из вагона, я направился к нему.

— О, Сол! — заметил меня Ларс, когда я подошёл ближе. — У тебя же тоже есть телекинез. Помоги-ка мне достать из-под земли этого красавца.

Взглядом окинув небольшую ямку, которую успел раскопать Мусорщик, я заметил в ней торчащую металлическую руку. Здесь был погребён робот Братства...

Вновь обратившись к силе своего артефакта, я начал осторожно вынимать иссушённую, бесплодную землю. Меньше чем через минуту, совместными усилиями с Ларсом, мы откопали двухметровую машину войны.

— Ага... этот у нас типа “Авангард”, — с явным знанием дела заключил Мусорщик. — Корпус у него...

Ларс осторожно спустился в ямку и начал осматривать найденного робота.

— Повреждён... и нехило так. Явно многочисленные внутренние повреждения, оружие можно сказать, уничтожено, блоки памяти... ага! Целы.

Вытащив

из поясной сумки один из своих хитрых инструментов, Ларс начал поэтапно разделывать металлический корпус робота. Он сосредоточил всё своё внимание на грудной пластине, пытаясь что-то оттуда достать.

— Что ты хочешь из него вынуть? — поинтересовался я.

В том, как работают технологии Братства, я был полным невеждой. Использовать оружие и броню мне удавалось только благодаря мышечной памяти и их простому устройству. Жмёшь на курок — пушка стреляет, тут всё просто.

Но вот как работают терминалы, роботы, средства передвижения и небольшие детали, из которых были сделаны те же конструкты Братства... Я даже представить себе не мог. Со стороны мне казалось, будто Ларс копается в абсолютно одинаковых деталях, которые различаются между собой только формами и размерами.

— Если повезёт, хочу забрать блоки памяти, — откинув в сторону какую-то деталь, сказал Мусорщик. — Кладезь ценной информации. Тут могут быть старые тактические карты, на которых должны стоять отметки комплексов Братства.

— Разве такую ценную информацию не должны были как-то защитить?

— О, она защищена... — Ларс задумчиво почесал затылок. — Но у нас в Цитадели есть способы эту защиту обойти. Не даром мы копаемся в этих военных технологиях уже сотню лет, знаешь ли.

— Тогда у вас уже должно было скопиться множество таких... тактических карт, — предположил я. — На вашем кладбище техники ведь наверняка полно таких же роботов.

— Догадка верная, — ухмыльнулся Мусорщик. — Только вот с блоками памяти есть большая проблемка... как правило, они все значительно повреждены. Либо, что ещё более вероятно — абсолютно пусты. Скорее всего, при собственном уничтожении роботы задействуют какие-то запрограммированные на стирание всей информации команды. Довольно суровый метод защиты, но эффективный.

— И чем он суровый? — не понял я.

— Ну, ты сам подумай, — Ларс опять откинул в сторону какую-то деталь. — В каждом роботе целый комплекс различных сенсоров и датчиков. Мы точно знаем, что во время работы эти ребята постоянно ведут запись всего, что вокруг них происходит. А значит, если конструкт, который участвовал в бою с астральными тварями, уцелеет...

— Он соберёт о чудовищах большой объём информации, — понял я. — Которую можно будет использовать для корректировки тактики.

— Точняк. Схватываешь на лету. Так вот, предположим, роботу всё же не удалось уцелеть и его уничтожили. Но при этом блок памяти остался неповреждённым. В таком случае инженеры Братства могли бы вытащить накопитель информации и изучить его содержимое. Это бы тоже помогло выяснить что-нибудь полезное.

— Понятно... Но если роботы стирают всю информацию при своём уничтожении, то с него уже нечего будет взять. Но зачем тогда он тебе?

— Иногда эта программка не срабатывает, — пожал плечами Ларс. — Уж не знаю почему. Может, из-за типа повреждений или простого совпадения, но факт есть факт. Очень редко мы находим рабочие блоки памяти. Зашифрованные, разумеется.