Странники ночи
Шрифт:
Холодный воздух слишком ощутимо дотронулся до шкуры, впился в кожу, потёк дальше…. Силы Рееты, что ещё недавно повиновались его брату, струились незримой рекой между деревьев. Он чувствовал, как ворочается пространство, изгибается, наполняясь совсем другой сущностью…. Другой мир…, другая Реета, и повинуется она Другому.
Нет, он не звал их. Он отстранился от их леса, от их стаи, он не хотел быть частью их судьбы. Почему-то это пугало Мировира, он не воспринимал его, как убийцу Алато, не хотел ему отомстить. Этот мальчишка сам не знал, во что ввязался, и до сих пор не знает.
Мировир вдруг
Лунный свет падал на обнажённые плечи короля, мертвенным блеском серебрил его волосы, ложился на склонённое застывшее лицо, опушенные веки, плотно сжатые губы. Он просто стоял, фигура была напряжена, под кожей бугрились мышцы, пальцы стиснуты в кулаки, ноги широко расставлены. Волны Силы стекались к его ступням, водоворотом поднимались вокруг тела и вибрирующей отдачей бежали по лесу.
Мировир поёжился, он не понимал происходящего. Он так и не решился подойти ближе, его собратья беззвучно выскальзывали из чащи и, приняв человеческий облик, замирали рядом. Ближе к рассвету появились отделившиеся от стаи Любава и Диса, они держались за руки с вистольцем. Вот тот действительно принял Реету и смирился с тем, кто он есть.
Вик вопросительно глянул на Мировира, тот пожал плечами. Парень осторожно высвободил руки из пальцев девушек и медленно пошёл вперёд.
— Ярси, — позвал он. — Ты слышишь?
Воздух перед ним вдруг встал видимой стеной, блеснули зелёные кристаллы и рассыпались в переливающуюся пыль.
Ярослав медленно поднял голову, открыл глаза, словно возвращаясь из неведомой дали, а может, так оно и было, и окинул взглядом стаю. Шаг вперёд, взметнулась чёрная тень и отблеском пламени упала на лес.
Оборотни невольно вздрогнули.
Не было больше мальчишки, мечтающего вернуть потерянные дни детства, и не было больше щенка, бессознательно ступившего на не принадлежащий ему путь. Перед ними стоял Король. Вожак.
Его губы изогнулись в холодной улыбке, он вновь на мгновение закрыл глаза и тихо, на гране восприятия произнёс:
— Я слышу. Я иду.
Часть 4. Король
Глава 1
Кони всхрапывали, поводили ушами, с беспокойством косились на слишком близкий лес. Люди кутались в плащи и нервно сжимали в руках оружие. Наиболее спокойными выглядели колдуны, но и на их непроницаемые лица нет-нет да набегало тревожное выражение.
Первые проблески рассвета рассеянными лучами упали на широкий луг и мрачную неприветливую чащу. И если в других местах сначала шёл обычный живой лес и лишь потом вставала граница Рееты, то здесь безжизненный мир начинался сразу. Огромные чёрные деревья не прятались за стволами собратьев, они в открытую смотрели на живых. На их ветвях без ветра покачивались и шелестели красные листья, словно звали, приглашали, тянули….
Отряд всадников, состоящий из тридцати человек, подъехал к Границе на рассвете. Люди спешились, стреножили коней и приготовились ждать. Похищенную из дворца девушку привязали к одному из растущих на окраине луга дереву. Её напоили и снова заткнули рот кляпом, уже успели наслушаться всего, что она о них думает. Девчонка оказалась очень шустрой и неспокойной, едва не сбежала, когда её решили покормить
Само похищение прошло без каких либо трудностей, колдуны отвели глаза страже, Радолюб открыл потайной ход, и они спокойно выбрались за пределы города. Впрочем, если бы король Бортан захотел, они бы не смогли покинуть дворец. Это понимали все. Но Бортану всё стало безразличным. В отличие от принца Ривида — нынешнего наследника трона Мироса, на рассвете он присоединился к их отряду с большой группой наёмников.
Вертон являлся колдуном в пятом поколении, он прошёл долгий путь от подмастерья до магистра в гильдии служителей Ветру. В свои сорок лет он занимал весьма высокий пост верховного боевого мага и занимал его по праву. Это он доказал не один раз.
Он без страха шёл навстречу Реете, здесь было нечего боятся, он множество раз пересекал Границу и возвращался обратно. А проклятый лес послушно его выпускал.
За его спиной развивался снежно-белый плащ, в руках он держал такой же белый посох, венчавшийся прозрачным как слеза алмазом. На красивом мужественном лице застыло отстранённое выражение, словно он вышел на прогулку. Вертон хорошо осознавал свои силы, а он был посильнее многих, даже Радолюб его побаивается, хоть и является на данный момент главным. Но именно ему — Вертону предстоит пленить короля Рееты. И этого уже нельзя будет изменить. Слишком много свидетелей.
Он криво усмехнулся, зря Радолюб отступил в сторону, когда нужно было идти вперёд. Старый интриган слишком осторожничает. Пусть их цель довольно необычна, им ещё не приходилось сталкиваться с такими силами. Король Рееты не простой оборотень, но он помнил этого мальчишку, вздумавшего примерить на себя роль всемогущего повелителя мёртвого леса. Помнил его ещё сопливым щенком. Он не раз встречал воспитанника Гитона во дворце, и тот всегда или тихонько читал старые рукописи или гулял в саду с мамочкой. Ребёнок рос тихим, спокойным, не умеющим ни драться, ни играть в подвижные игры. Из такого не мог вырасти воин, а в тем более король.
Вертон перехватил посох двумя руками, обвёл им круг и направил в сторону леса. Он физически ощутил, как прогибается Граница, как разрывается грань между двумя мирами. Он громко прочитал заклинание и шагнул вперёд. Всё как обычно. По телу пробежала ледяная волна, из под ног струйками растёкся пепел, очищая свободное пространство. Он ступил на голую чёрную землю и вновь прочитал заклинания, огораживая себя вторым кругом защиты.
Чёрный лес тихо постанывал, шелестел листьями, поднимал ветви вверх, пытался отодвинуться от его круга. Вертон удовлетворённо улыбнулся.
— Ярослав! Мы у границы Рееты! И с нами твоя невеста. Если хочешь увидеть Элену живой, тебе придётся делать то, что мы тебе скажем, — его громкий голос эхом заметался между стволами деревьев и словно канул в пустоту.
Вертон поморщился.
— Мы ждём тебя, Ярослав. Ты слышишь? Ты идёшь?
Истинный король Рееты уже давно бы почувствовал, что у его границы находятся чужаки, а один из них её пересёк. Вертон насмешливо улыбнулся и вновь приготовился говорить, подбирая слова пообиднее. Он вполне предполагал, что этот трус может и не появиться, оставив девушку для развлечения воинам.