Шрифт:
Дух дышит, где хочет.
Глава 1
Прямоугольная платформа без всяких перил или иных оградительных средств ровно летела над освещённой стороной планеты, над сиреневым океаном, над группами мелких островов, омываемыми прибоем, минуя дальние берега, утопающие в утренней дымке. Позади осталась дивная ночь Рушары, и только свист ветра, глубокий океанический гул и крики птиц сопровождали полёт странного судна.
На краю платформы стояли два человека - у самого края, так что носы
Эти двое, бродяги без своего угла, кочующие по всей Земле, ничего не достигшие и ничего не имеющие, оказались владельцами и наследниками великолепного жилища, к которому сейчас летела платформа.
Прямоугольный кусок непонятного материала был частью пещеры Артефакта, которая в действительности скрыта глубоко в недрах антарктического материка. Сейчас не были видны удивительные стены медового цвета, переходящие в полуцилиндрический потолок таинственного назначения и опасного свойства. Но в центре платформы застыла группа из троих человек, наблюдающих за теми двумя, что бесстрашно стояли у края. Эти трое были Эдна и Мариуш Кондоры и странная бестелесная особа по имени Джамуэнтх. Можно было подумать, что вся эта картина за пределами платформы лишь мираж, видимость, возникающая на стенах и потолке полуцилиндрической пещеры, но как объяснить ветер, треплющий волосы людей?
Платформа плавно обогнула северную оконечность сиреневого материка и направилась дальше в океан, летя в полуденном свете над беспокойными водами Сиваруса. Вокруг неё замелькали в воздухе чёрные фигуры. Они задерживались на мгновение, глядя расширенными от изумления глазами на пассажиров этого странного воздушного судна, а затем пропадали. Некоторые, особо смелые, даже пытались высадиться на плоскую поверхность, но у них ничего не получалось - сквозь невидимую преграду проникал только ветер, несущий океанскую свежесть. Так, сопровождаемая монками, платформа углублялась дальше в океан - видимо, её пассажирам нравилось это путешествие над просторами Рушары. Постепенно монки оставили странное явление, потому что опасались путешествий над необъятными водными просторами.
И вот показалась цель, к которой направлялась эта плоская поверхность, которая на самом деле никуда не исчезала из глубокой ловушки внутри скальных пород Антарктики. На горизонте выросла цепь тонких, как иглы, вершин - словно редкий гребень, возносящийся из воды. Окутанные сиянием вечного прибоя, проступали пики Рорсеваана - синих гор, разделяющих два океана. На средней, вершине, самой высокой, парила тонкая горизонтальная черта, едва заметная среди облаков, проплывающих под ней. Это был волшебный дворец, наследие, оставшееся от Пространственника, его дар двоим путешественникам во времени - Уиллу Валентаю и его неизменному спутнику Джеду Фальконе. Это они сейчас стояли у края платформы и с жадным изумлением смотрели на планету, оставленную десять лет назад. Здесь всё было так же, как прежде.
Разноцветное солнце осталось позади и более не слепило глаз, зато его длинные лучи прекрасно освещали удивительное творение
– Дворец приветствует тебя, Уилл, - заметил среднерослый, несколько лишне худой брюнет, тоже с отросшей причёской и неожиданно щегольской бородкой-эспаньолкой.
– Всё, как тогда, - мечтательно сказал тот, кого назвали Уиллом. Он обернулся к неподвижно стоящей на платформе троице, один в которой не был человеком.
– Нам пора, - с лёгким сожалением произнёс Валентай, словно был не рад возвращению в этот удивительный мир.
Те трое ничего не ответили, только покивали головами, словно и сами не могли придти в себя от удивительного зрелища Рушары. В следующий момент два товарища сошли с платформы, причалившей к дворцовому парапету, и прямоугольное судно исчезло.
– Вот мы и дома, - сказал Джед, оглядывая обширный круг и обращая взгляд к высокому дворцу, стоящему в центре.
– Я думал, что дворец стал таким же, каким мы его встретили в юрском периоде. А тут сохранилась платформа, которой в тот раз не было. Тот ли это дворец, Уилл?
– Тот, - ответил Валентай.
– Я чувствую его. Это пространственно-временная вариация дворца Пространственника. А что касается платформы, то её можно убрать. Ты хочешь этого?
– Нет, - покачал головой Джед, - Пусть остаётся.
Оба прекрасно помнили, что огромная платформа нисколько не мешала любоваться из окон этого чудесного жилища видом океана - такие парадоксы были присущи этому волшебному дворцу: выгляни из окна, и увидишь катящие далеко внизу волны. Посмотри сквозь стекло, и увидишь широкую платформу.
Удивительное чувство охватило друзей, как будто они вернулись на десять лет назад и снова стали юными и беззаботными. Только на руке Джеда не хватало двух пальцев, откушенных ядовитой муреной во время подводной охоты, когда они тяжелым трудом зарабатывали себе на жизнь, работая ныряльщиками возле Большого Барьерного рифа, куда их занесла судьба. Да у Валентая оставался шрам через щёку, частично скрытый бородой - это след падения с перевернувшейся льдины во время крушения арктического лагеря, разбитого во льдах. Руки обоих были грубыми, в мозолях и порезах, а пальцы заскорузли от отбойных молотков, лопат и прочих инструментов.
Кем только они ни были за эти десять лет - фермерами, змееловами, искателями жемчуга, путешественниками, мореплавателями, контрабандистами, дайверами-кладоискателями. А у них, оказывается, было такое роскошное имение! Вот отчего оба застыли перед входом во дворец, гостеприимно распахнутым перед ними - две кружевные створки из полупрозрачного драгоценного камня, словно добрые руки, звали к себе. Дворец был рад снова видеть их, от него исходило тонкое, едва слышимое ласковое пение, ненавязчиво звучащее в ушах: иди домой, хозяин, я жду тебя и твоего товарища! Я так соскучился по вас!