Страсть дракона
Шрифт:
И гоблин , пританцовывая, бросился открывать бесконечные ящички и коробочки, шкатулочки и мешочки. И наконец , остановился у одной шкатулки, восторженно хлопнув в ладоши.
– Вот он, - подхватив резную шкатулку, он приблизился к Кейдену. – Это настоящая жемчужина, доставленная мне из далеких миров…
На бархатной подушечке, на тоненькой ажурной цепочке, лежал кулон - нежная перламутрово-розовая жемчужина в объятиях золотого дракончика.
– Не слишком … угрожающе?
– Ну, что Вы. Я бы сказал – нежно и обещающе.
Кивнув с благодарностью головой, Кейден взял шкатулку с кулоном
Испуганный появлением высокого гостя, главный садовник робко и с изумлением выслушал отданный ему приказ.
Кейден уже нетерпеливо постукивал ногой, когда в глубине сада странно зашевелились кусты роз. Он удовлетворенно крякнул и открыл портал. Мимо него, смешно семеня одетыми в яркие штанишки ногами , торопливо тащили гномы – садовники огромные кусты и тут же исчезали в вибрировавшем портале. Белые, розовые, кремовые розы оставляли за собой дивный, пьянящий аромат.
У окон и на балконах дворца, даже не скрываясь, толпился изумленный народ. Такого представления в своей жизни они еще не видели.
Вслед за гномами проследовали нежные полупрозрачные эльфы, вооруженные сачками для отлова насекомых. А затем и гоблины с птичьими клетками, битком забитыми испуганными яркими птичками.
Последним пронесся странного вида человечек в смешных очках. Он нес целую охапку крошечных подушечек, пушистых лоскутков, связку восковых свечей и еще целую коробку каких-то разноцветных вещичек. Встретившись взглядом с уже заметно нервничавшим драконом, он споткнулся, и пытаясь устоять на ногах , попросту нырнул вперед головой в сиявший туннель.
Оглянувшись на опустевший сад, гневно рыкнув в адрес дворцовых зевак, которые тотчас исчезли из виду, Кейден последним отправился в портал.
А на поляне, возле реки, там, где впервые Кейден встретил свой "подарочек", вовсю кипела работа.
Гномы крошечными лопатками рыли ямы, высаживали цветы. А затем длинной вереницей носили в миниатюрных лейках воду для роз, превративших скромную лесную поляну в цветущий сад.
Эльфы со всех концов леса тащили полные сачки бабочек и разноцветных светлячков. Бабочек выпускали в саду, а яркими светлячками усеивали стены и свод пещеры.
Пестрые птицы на все голоса выводили трели и рулады.
Забавный человечек, заклинаниями и волшебством превращал крошечные аксессуары в мягкие подушки и огромные пушистые пледы.
Пещера постепенно превращалась в роскошный шатер. Свечи уже ждали своего часа на камнях и уступах. Нежнейшая прозрачная ткань , развеваясь на ветру, заменила шторы и балдахин.
Кейден довольно осматривал лесную поляну. Ну, не поляна – а просто райский сад!
Он мечтательно смотрел в небо. Скоро сядет солнце, и он полетит за своей милой. Он уже представлял себе, как ее, спящую, бережно перенесет в пещеру. А затем терпеливо дождется ее пробуждения. А может, и не дождется. А разбудит ее, осчастливит ее своей любовью…
– П-ф-ф-ф, р-романтик,- презрительно фыркнул Хорст. А Кейден только засмеялся ему в ответ…
А может, не стоит ждать ночи?
– Хватать. Нести. Любить,- рычал Хорст.
– Ну да, найти, принести. И любить, - согласился Кейден.
И огромный черный дракон, оглушительно взмахнув крыльями, взмыл в небо. Стоило ему вспомнить девушку, как заиграли перед
Сначала его голову занимали сплошь романтические мысли. Затем удивление и тревога постепенно вытеснили его легкомысленные мечты. Кейден удивлялся – что-то слишком далеко забралась его девушка. А когда в последних лучах солнца золотые нити привели его к замку Серебряного дракона - то он и вовсе недоумевал. Неужели он сбился с пути? Могли ли его чувства сыграть с ним злую шутку? Огромной тенью он облетел несколько раз вокруг мрачного замка его брата. Ошибки быть не могло. Нити змеились в воздухе и исчезали в замке.
Серебряный замок когда-то был его домом. Поэтому Кейден знал все входы и выходы из дворца. Решив не будить брата, он тихо приземлился на балкон гостевых покоев.
Никем не замеченный, он сидел , не обращаясь в человека, на холодном мраморе. Хищная, словно вырезанная из черного оникса морда была устремлена к ночному светилу. Черная чешуя отражала голубыми всполохами лунный свет. Глухое урчание раздавалось из его груди.
Он не спешил обращаться. В обличье дракона он безошибочно чувствовал присутствие той, что украла его покой. Как же далеко она забралась! Что она делает в этом дворце? Прислуга? Или работает на кухне? А может, в саду? Мысли о том, что она может находиться в покоях его брата, даже не приходили ему в голову.
Она была так близко к нему, что казалось, он чувствует ее запах. Стоило бы ему завести свою драконью песнь, и она сама явилась бы на его зов. Но проявить такое нетерпение, и всполошить дом своего брата? Даже он, Золотой дракон, не считал это правильным. Он дождется утра. И обратится к брату с просьбой о помощи.
И дракон, положив голову на лапы, тихо заурчал…
Глава 32. Плюшевый дракон
Бастиан еще утром прилетел в свой дворец. В отличие от старшего брата, полеты не доставляли ему какого-либо удовольствия. Обращение отнимало у него достаточно много сил. А в эти дни он был особенно голоден, он уже давно не пополнял свои магические резервы. Ему стоило позвать – и не одна ведьма согласится, за щедрую плату, естественно, утолить его голод своей магией. Да и оказаться в его постели, даже несмотря на его репутацию жесткого любовника, будут рады многие.
Но с ним творилось черт знает, что. Он не мог думать больше ни о ком. Именно эту ведьмочку он хотел испить. И кто знает, может и прав его брат – может, именно она утолит его вечную жажду. Но если бы только это. Он безумно хотел зарыться носом в ее волосы, подхватить ее на руки, накрыть эти малышки-грудки своими руками. Хотел и боялся. Боялся испугать ее. Боялся, что не сможет остановиться и иссушит ее до дна.
Никогда раньше не думал он о чувствах своих любовниц. Просто брал ЧТО хотел , КАК хотел и КОГДА хотел. Да и на случай полного иссушения у него во дворце жили маги, и припасены были дополнительные сундуки с золотом. Невольные его жертвы никогда не уходили от него обиженными. Равно как и не приходили к нему насильно. Что бы там люди не говорили. Отданная не добровольно магия имела очень мерзкий привкус.