Страсть. Часть вторая
Шрифт:
Я был благодарен, когда он появился в больнице. Большую часть ночи он боролся с кризисом, связанным с работой, но как только у него был перерыв, он был здесь. Я представил его Софии, а затем оставил их наедине. Я не спрашивал, что они обсуждали, но когда он вышел из ее комнаты, то сказал мне, что она сильная. София ему нравится, и как только она почувствует себя лучше и готовой, поговорит с ним снова.
— Я думаю, меня выпишут сегодня днем. У меня больше нет обезвоживания, — она пододвигает ко мне поднос. —
Я морщу лоб.
— Я могу сбегать и принести это для тебя прямо сейчас. Меня не будет больше двадцати минут.
Она кивает.
— Можешь захватить немного шоколадных конфет, которые лежат у тебя в той конфетнице на кухонном столе?
— Те, которые я должен постоянно подсыпать после того, как ты все съедашь?
Ее лицо озаряется.
— Те самые. Я думаю, они будут восхитительны вместе с картошкой фри.
Я хмурюсь.
— Ты собираешься положить конфеты на картофель фри с чили?
— Я не могу решить, что будет вкуснее — это или, может быть, клубничный йогурт.
Я снова сажусь на кровать рядом с ней.
— Все это дерьмо, о котором ты говоришь, звучит отвратительно.
— Тебе лучше привыкнуть к этому, — София опускает плечи. — Это только начало, Николас.
— Начало чего?
— Безумных желаний во время беременности, — она опускает взгляд на перед больничного халата, который на ней надет.
Мои внутренности сжимаются. Сердце разрывается.
— София.
— Доктор сказал мне ранее, — она вытирает поток слез. — Я не знаю как, Николас. Я имею в виду, я знаю как. Ты, наверное, разорвал презерватив, потому что иногда теряешь контроль.
— Ты носишь ребенка? — я кладу руку ей на живот. — Моего ребенка?
— Я проигнорую последний вопрос, — она накрывает мою руку своей. — У нас будет ребенок, но доктор сказал, что срок еще очень маленький и случиться может все, что угодно.
Я знаю это. У моей матери четверо прекрасных детей, но она хотела больше. Я наблюдал, как она пережила три выкидыша, прежде чем, наконец, прониклась идеей, что ее семья полноценна.
— Я пока не хочу никому рассказывать, — продолжает София. — Мы подождем, пока не убедимся, что все хорошо, и тогда сможем устроить вечеринку.
— Вечеринку?
— Праздник жизни ребенка и моей. Твоей жизни. Нашей, — она медленно кивает. — Кейденс будет в ярости, когда я скажу ей, но я подожду. Я хочу подождать.
— Как ты думаешь, у тебя хватит силы воли подождать?
Я наблюдаю, как она смотрит на наши руки. Ее взгляд прикован к животу.
— Если у нас должен родиться этот ребенок, это произойдет. Если этого не произойдет, значит, еще не наша очередь. Я хочу подождать. Не хочу разбивать сердце своей мамы, если мы можем этого не делать.
— Мы подождем.
— Ты счастлив,
— Я никогда не был счастливее.
— Я хочу, чтобы ты переехала ко мне, София, — я оглядываю гостиную в ее квартире. — Вся эта мебель принадлежит тебе?
— Нет, — она слабо качает головой. — Все, кроме моей швейной машинки и одежды, принадлежит Кейденс.
— Это будет несложный переезд. Мы можем собрать твои вещи прямо сейчас.
София похлопывает по дивану рядом с тем местом, где сидит.
— Присядь со мной. Нам нужно поговорить об этом.
— Поговорить о чем? — я скрещиваю ноги и обнимаю ее за плечи.
Она была занята работой над новым дизайном с тех пор, как я привез ее сюда из больницы. Я попросил водителя «Убера» остановиться, чтобы купить нам по бургеру и картошку фри. София рассмеялась, когда я попросил его остановиться снова, у кондитерской. Она хлопнула меня по руке и сказала, что пошутила насчет тяги. Однажды она появится, если всему этому суждено сбыться.
— Я не могу переехать к тебе прямо сейчас, — София откидывает голову на подушку дивана. — У меня слишком много всего происходит. Скоро выйдет коллекция «Элла Кара», и именно здесь я создаю свои лучшие работы. Я не могу изменить свою жизнь в одночасье.
— Тебе лучше привыкнуть делать именно это, — я дергаю за уголок ее блокнота для рисования. — Ты станешь мамой. Ребенок меняет все.
— Доктор сказал, что срок всего несколько недель, — она кладет блокнот обратно на колени. — Это значит, что у меня есть месяцы, чтобы все организовать.
— Ты можешь организовать все у меня дома, — говорю я. — Я переставлю кое-какую мебель и освобожу место в своем кабинете для твоей швейной машинки.
— Это не оставляет места для детской, — она соединяет большой и указательный пальцы в круг. — Мы не можем жить в такой тесноте.
— Я куплю новую квартиру.
— Пока нет, — в ее голосе слышится раздражение. — Мы только несколько часов назад узнали, что собираемся стать родителями. Нам не нужно ни с чем торопиться.
— Я хочу торопиться. Хочу жить с тобой. Я хочу, чтобы мы поженились. Хочу, чтобы у нашего ребенка была прекрасная жизнь.
Ее глаза наполняются слезами.
— Не проси меня выйти за тебя замуж сегодня. Я не могу этого слышать. Не делай этого так.
— Почему нет? — я поднимаюсь на ноги, чтобы встать перед ней. — Я упаду на колено прямо здесь и сейчас. Выходи за меня замуж, София. Будь моей женой, чтобы мы могли стать семьей.
— Нет, — она поднимается на ноги. — Я не выйду за тебя замуж.
— Что? — я засовываю руки в передние карманы джинсов, пальцами скольжу по холодному металлу дедушкиного кольца. — Скажи мне, почему это?