Страсть
Шрифт:
— Я не удивлен, что нашёл тебя здесь, София. — Он опустил очки на нос, показывая два пустых белых глаза. — Просто разочарован тем, что вы не чувствуете, что можете мне сказать насчёт того, как красиво были приглашены.
Лирика ахнула от ужасной белой пустоты за очками. Даже Вивина потеряла хладнокровие и отпрянула. София почувствовала, как всё внутри сжимается.
Девушка Изгой подняла золотую карту-приглашение, которое выскользнуло из пальцев Софии. — Мы получили это. — Только, на этот раз похоже, что это было написано шрифтом Брайля.
— Слушайте, вы, маленькие мерзавцы. Я представитель Старейшин. Вы работаете на меня…
— Поправка, — сказал Филипп. — Изгои ни на кого не работают, кроме самих себя.
Софья смотрела на его шею, слегка делая вид, что следит за лошадью на трассе. Она всегда считала жутким, впечатление от того, что они могут видеть. Когда все знали, что большинство из них ослепли по щелчку пальцев.
— Позор, ты сослужил плохую службу, схватив её. — Софья почувствовала, что ее голос прозвучал выше, чем надо было. Она следила взглядом за пожилой парой, пересекающей трибуну. — Мы должны были работать вместе, — прошипела она: — охотиться за ней, а вам это не удалось.
— Это не имело бы значения, так или иначе.
— Что это ещё значит?
— Она все равно будет потеряна во времени. Это всегда была ее судьба. И судьба старейшин будет по-прежнему висеть на волоске. Это уже для тебя.
Она хотела сделать ответный выпад на него, хотела его задушить, чтобы эти большие белые глаза выпучились из орбит. Чувствовалось, как обжигал кинжал, через отверстие в сумке из телячьей кожи, которая лежала на её коленях. Если бы у нее только была звездная стрела. София уже собиралась встать с места, когда послышался голос.
— Сядь, пожалуйста, — голос быстро нарастал. — Сейчас нашу встречу можно считать открытой.
Голос. Она сразу поняла, чей он. Спокойствие и сила. Совершенно уничтожающий. Он заставил бы трибуны задрожать.
Неподалеку смертные ничего не заметили, но вся шея Софии затекла и залилась краской. Она прошла через ее тело и перешла в онемение. Это был не обычный страх. Это был сокрушительный, раздражающий желудок ужас. Неужели она осмелится развернуться?
Взгляд краем глаза определил человека в костюме. С тёмными волосами и короткой стрижкой, в шляпе. Лицо, доброе и привлекательное, не было особенно запоминающимся. Гладко выбрит, прямой нос, карие глаза, чувствовалось что-то знакомое. Хотя Мисс София никогда не видела его раньше. И все же она знала, кто он, знала до мозга костей.
— Где Кэм? — Снова прозвучал голос. — Ему было направлено приглашение.
— Наверное, играет Бога внутри Предвестников. Подобно остальным, — вырвалось у Лирики. София пихнула ее.
— Играя Бога, говоришь?
София искала слова, которые смогли бы исправить такую оплошность как эту. — Некоторые другие последовали назад во время за Люсиндой, — сказала она в конце концов. — В том числе два Нефилима. Мы не уверены, как и многие другие.
— Осмелюсь
Софии стало трудно глотать и дышать. Ее наиболее интуитивные движения были низкорослой паникой. — Мы не можем точно, хорошо… Мы еще не имеем возможности.
Девушка Изгой прервала ее. — Изгои находятся в процессе…
— Молчать, — велел голос. — Избавь меня от ваших извинений. Они больше не имеют значения, как и вы то же больше не имеете значения.
Долгое время в этой группе было тихо. Это было ужасно, не знать, как ему угодить. Когда он, наконец, заговорил, его голос был мягче, но не менее смертельным. — Слишком многое под угрозой. Я не могу оставить что-нибудь еще на волю случая.
Пауза.
Затем он мягко продолжил, — Пришло время для меня взять дело в свои руки.
София вздохнула, чтобы скрыть свой ужас. Но она не могла остановить дрожь в ее теле. Его непосредственное участие? Поистине, это было самой страшной перспективой. Она не могла себе представить, как с ним работать.
— Расслабься, вы будете держаться подальше от этого, — сказал он. — Вот и все.
— Но — Слово случайно соскользнуло с губ Софии. Она не могла забрать его обратно. Но все ее десятилетия труда. Все ее планы. Ее планы!
То что было дальше, было длинным, сотрясающем землю ревом.
Он отразился вверх по трибунам, казалось, прошёл по всему ипподрому в долю секунды.
София насторожилась. Шум, казалось, почти вошёл в нее, через ее кожу и вниз, проникая в самую глубину. Она чувствовала, как будто ее сердце разбивают на куски.
Лирика и Вивина и прижались к ней, зажмурившись что есть силы. Даже Изгои задрожали.
Софии показалось, что это звук будет длиться вечно, до самой её смерти, как вдруг, на какое-то мгновение наступила тишина.
На мгновение.
Достаточно времени, чтобы осмотреться и понять, что другие люди на ипподроме ничего не слышат.
Он прошептал ей на ухо, — Твоё время закончилось. Не смей появляться на моём пути.
Внизу, раздался другой выстрел. Широкие ворота с шумом распахнулась еще раз. Только на этот раз стук лошадиных копыт по грязи звучал как практически ничто, как легкий звук опадающей с деревьев листвы.
Перед тем как скаковые лошади пересекли стартовую линию, фигура исчезла, оставив только чёрно-угольный след.
Глава 1
Под Огнем
Москва. Октябрь 15, 1941
Люсинда! Раздались голоса во мраке.
Вернись! Стой! Она проигнорировала их, продолжая двигаться дальше.
Эхо ее имени отскакивало от темных стен предвестника, посылая тепло к ее коже (как-то так)
Был ли это голос Даниеля или Кэма? Арианы или Габби? Был ли это Роланд, просящий вернуться сейчас, или это был Майлз? Голоса стало труднее разобрать, и Люси не смогла понять: Добро это, или Зло.