Стратег
Шрифт:
Принцип работы Установки для Утреннего Лепестка представлял загадку, как, впрочем, и для всех рэмов. Сейчас оставалось только три действующих Анализатора. Остальные два находились в распоряжении красных рэмов, и никто не знал, в каком они состоянии. Установки попали к рэмам в результате третьего Великого Завоевания. Их было довольно много, но со временем они начали выходить из строя. Имперские инженеры так и не смогли открыть секрет их работы, и все попытки наладить выпуск новых или хотя бы починить вышедшие из строя ни к чему не привели.
Войдя в лабораторию,
Отбросив последние сомнения, Утренний Лепесток нажала красную кнопку. Установка загудела. Через пять часов непрерывной работы звуковой сигнал разбудил задремавшего оператора. Это означало, что начался процесс восстановления информации. Согласно полученной инструкции, об этом сразу сообщили командиру отряда боевых рэмов. Немедленно была усилена и без того надежная охрана лаборатории.
На следующий день в лабораторию вошел Картам, начальник отдела внутренней безопасности службы внешней разведки.
– Анализатор приступил к частичному снятию информации, – немедленно доложила Утренний Лепесток, – но пока результатов нет.
Еще через трое суток работы в особом режиме на дисплее появилось сообщение, написанное на языке создателей Установки. Оператор, владевшая этим языком, стала переводить:
– Частичное восстановление информации закончено. Дальнейшее снятие данных из представленного для исследования материала невозможно. Из общего количества информации прочитано процентов: неизвестно.
Далее следовали координаты первых пяти точек подпространственного перехода – все, что смогла восстановить Установка. Сколько всего было точек, осталось неизвестно. Утренний Лепесток передала данные красному рэму, но ничего ему не сказала о своих подозрениях. Это было слишком необыкновенно – только пять точек, и именно первые пять. Удача, но что-то слишком подозрительная удача…
Картам приказал прекратить дальнейшие работы и уничтожить исходный материал. Это было легко, так как он в основном состоял из воздуха с частицами пыли. Убедившись, что процесс завершен, он потребовал все копии с записью извлеченной информации. Установка выдавала результаты в трех экземплярах.
– Остались ли еще какие-нибудь записи? – требовательно спросил представитель службы внешней разведки, забрав все экземпляры.
– Известных нам записей не осталось, – ответила Утренний Лепесток, – но существует мнение, что Анализатор делает дублирующие записи, которые хранятся в памяти Установки. Мы пользоваться этими записями, извлекать их из памяти и уничтожать не умеем.
Удовлетворившись полученным ответом, Картам поблагодарил за проделанную работу весь коллектив лаборатории и подтвердил,
Не-рэмы. Химикус-генетикус
Радий каждое утро шел на работу через площадь Триумфа Завоевателя, или как ее называли химикус-генетикус, площадь Национального Позора, и всегда встречал восход Гелиоса у подножия двадцатиметровой статуи Великого Воителя. Только сегодня он задался вопросом, почему он это делает. Что изменилось для обывателя с тех пор, как рэмы захватили Кимику и остальные планеты? Если не считать первых месяцев, в течение которых рэмы устанавливали свои порядки, никто не был убит и не голодал, у всех имелось жилье. При желании можно было завести семью, рожать детей. Рэмы заставляли всех работать, но это не был каторжный труд. Если не обременять себя мыслями о том, что на твоей родной планете правят захватчики, то можно вести достаточно комфортный образ жизни. Так возникала опасность привыкания. Именно поэтому каждое утро Радий проходил мимо статуи, водруженной завоевателями в память о своей победе.
«Спасибо рэмам за эту статую, она не дает мне и остальным забыть, что мы не свободны. Она является постоянным напоминанием, наполняя наши сердца яростью. Империя все-таки совершила ошибку, потешив свое самолюбие этим здоровенным истуканом с разноцветными глазами. Но они сделали еще одну ошибку, обманув нас с эликсиром верности, лишив последних иллюзий на свой счет. Все это время мы почти не помышляли о сопротивлении, просто оберегали секреты химического и генетического оружия. Теперь, когда у нас появилось противоядие, пора от мелкого саботажа переходить к борьбе за независимость!»
С этими мыслями он не заметил, как дошел до Центральной лаборатории химических исследований, места своей работы. Машинально предъявив пропуск часовым, огромного роста зеленым рэмам, Радий зашагал по пустым коридорам. Он обычно приходил в секретную лабораторию на один час раньше других и посвящал свободное время изучению и анализу истории химикус-генетикус.
Бесконечная череда междоусобных войн привела к тому, что, достигнув долгожданного мира и согласия, став единым народом, они забыли, что опасность может исходить извне. В обществе выработалась устойчивая ненависть к любому оружию, не только наступательному, но и необходимому для защиты. Их два кольца защиты, Химической и Генетической, были бесполезны против обычного оружия. Удар рэмов оказался неожиданным, коварным и безжалостным.
Первый контакт с Империей рэмов не вызвал у химикус-генетикус никаких подозрений. После вторжения незваных гостей в их космическое пространство они удовлетворились объяснениями рэмов, что те просто заблудились, и не обратили внимания на то, что военные корабли не спешат уходить восвояси. Первая звездная система, населенная химикус-генетикус, пала, не оказав никакого сопротивления. Остальные три сражались отчаянно. Даже рэмы признавали, что седьмое Великое Завоевание далось им с трудом, чаша весов колебалась до последнего момента.