Страж империи
Шрифт:
– Давайте выпьем за тех славных парней, что остались на Меранской равнине, дабы мы могли сейчас спокойно жить!
Любители дармовой выпивки одобрительным ревом поддержали своего сегодняшнего предводителя и тут же сунули нам в руки по здоровенному кубку, наполненному до краев. А сэр Родерик, прищурившись, уставился на меня. Специально, похоже, все подготовил. Отказаться невозможно: не по-людски это – за павших не поднять кубок. А согласно уложению нельзя на службе употреблять хмельное. Сэр Родерик не может
Но мне-то нечего терять. Ну определит комендант какое-нибудь наказание за нарушение уложения «О городской страже», ну и что с того? Пошлю его лесом с такими подставами и преспокойно отправлюсь восвояси. Убивать меня он все равно не станет. А из стражи пускай выгоняют.
Глотнув из кубка, я скривился и, задержав дыхание, зажмурился. С трудом удержался, чтобы не закашляться. Ловушка была не в предложении, а в самом напитке. Можжевеловка. На чистом спиритусе настаивается, как говорит тьер Эльдар. И в кубке ее, пожалуй, не меньше четверти литра…
Сэр Родерик устроил нам настоящее испытание наподобие тех, что приходится проходить каждый год всем стражникам. Возможно, в чем-то даже более сложное.
Опустошив кубок и поставив его на стол, я отдышался и помотал головой. Жуть. Если глотать такими порциями выпивку, то действительно выползать отсюда придется.
– Громар, повтори, – велел сэр Родерик, даже не поморщившись после выпитой можжевеловки. И, вперив в меня пристальный взгляд, провозгласил: – А теперь давайте выпьем за нашего государя! Многие лета императору!
– Кэр, не спи! – ткнув меня в бок, прошипел Вельд, видя, что я пялюсь на вновь наполненный дополна кубок. – Не выпьешь за императора – Охранка сразу измену пришьет!
– Да ну на блин! – решительно заявил я, ставя всученный мне кубок на стол. Не хватало еще потерять половину дня из оставшихся двух, провалявшись пьяным под лавкой. Или маяться с головной болью еще сутки, приняв отрезвляющее зелье. Нас же специально упаивают, наполняя кубки до краев, а себе плеская лишь на донышко.
Протянув коменданту грамотку, я сказал:
– Сэр Родерик, постановлением городского совета в Кельме введено военное положение. Ознакомьтесь, пожалуйста, с данным указом.
– Ну-ну… – прищурившись, протянул сэр Родерик и взял грамотку.
Внимательно прочитав и убедившись, что бумага составлена правильно и ее нельзя оспорить, сославшись на неточность, с сожалением вздохнул. Роальд сразу оттеснил меня в сторону и передал коменданту небольшую скляницу с похмельным зельем.
Мы отошли от стола и отвернулись, чтобы не мешать сэру Родерику приводить себя в порядок. А то поначалу от зелья так рожу перекашивает, что смотреть страшно.
– Громар! – раздался недовольный рык коменданта. – Гони сюда карету, поедем проверять готовность города к военным действиям! – И, видимо для нас,
Переглянувшись, мы развернулись лицом к сэру Родерику, напуская на себя вид преданных служак. Как же – теперь все три управы и горожане из числа реестрового ополчения полностью зависят от его воли. Хорошо, что только на сутки. А то бы туго Кельму пришлось…
– Так… – протянул комендант, глядя то на Роальда, то на Вельда. – Где ваши значки, стражники? Пропили уже, что ли?
– Никак нет, ваша милость, не пропили! – вякнул Вельд.
– А что, не успели? – криво улыбнулся комендант.
– Жетоны сданы по окончании смены, ваша милость, – пояснил Роальд.
– А, так у нас только один стражник при исполнении, – протянул, утратив интерес к моим спутникам, комендант и обратился ко мне: – Да, десятник?
– Так точно, – кивнул я.
– Что-то, правда, я тебя не припомню, – задумчиво разглядывая меня, заметил сэр Родерик. – Как говоришь, тебя зовут?
– Кэрридан Стайни.
– Нет, не слышал о таком десятнике кельмской стражи, – с сожалением покачал головой сэр Родерик и осведомился: – А почему выпивши на службе?
«А то ты не знаешь!» – едва не сорвалось у меня с языка язвительное замечание. Сам поил и теперь это в вину ставит. Но, сдержав негодование, я скорчил невозмутимую рожу и заявил:
– Не пил сегодня ни капли!
Сэр Родерик опешил, услышав такое заявление. С удивлением посмотрел на стоящие на столе кубки и уставился на меня. А затем нахмурился и спросил:
– Шутки шутить вздумал?
– Никак нет, – пожал я плечами. – Напиваются ведь ради удовольствия, а я употреблял выпивку как лекарственное средство.
Скрыв злорадную ухмылку, я вперился в потолок. Шиш докажешь, что я неправ. Все согласно правилам и уложениям. А с вопросом, кто же это такое лекарство выдумал, обращайся к тьеру Эльдару.
– И от чего ты изволишь лечиться? – прищурился комендант. – Уж не от похмелья ли?
– Кэрридан пострадал в сегодняшнем происшествии у восточных ворот, ваша милость, – вмешался Роальд. – За это ему и временное повышение устроили. Чтобы он с вами мог встретиться.
– А что там произошло у ворот?
– Маг из темных попался! – лаконично доложил Роальд. – Пытался протащить в город контрабандный груз, а в момент обнаружения оказал сопротивление.
– Потери есть? – помрачнел сэр Родерик.
– Только Кэр пострадал. Остальные отделались царапинами.
– Чем тебя накрыло, стражник? – быстро спросил у меня сэр Родерик.
– Тьер Ольм сказал, маг использовал «Дыхание Харма», – тихо, чтобы разобрал только сэр Родерик, ответил я.
– Вот же пакость! – выругался сквозь зубы комендант и хмуро посмотрел на меня, играя желваками.