Страж империи
Шрифт:
«Я-то, положим, выйду отсюда, а как же Кэйли?» – спросил я у своего рогатого советчика.
«Ну не менять же ее на целое поместье?! – с искренним удивлением уставился на меня бес, испустив лицемерный вздох. – Мы пытались ее спасти, пытались изо всех сил. Пошли на великие жертвы. Вон как тебя дубинкой-то отходили, – решил уточнить эти самые великие страдания рогатый. – Но, к сожалению, у нас ничего не вышло. Невинная дева стала жертвой злодеев-душегубов. – И, сложив лапки на груди, торжественно пообещал: – Но ее убийцам мы страшно отомстим!»
«Как я жалею, что связался с тобой, скотина хвостатая! –
«Осел ты тупоголовый! – насупился бес. – Вот слушался бы моих советов – как сыр в масле катался бы!»
«На той сковороде, на которой в Нижнем мире самых отъявленных грешников поджаривают?» – съязвил я.
– Эй, ты! Уснул, что ли, стражник? – спросил Краб. – Не слышу клятвенных уверений примчаться через четверть часа со всем потребным.
Разбежался. Что бегать туда-сюда, если ждет один конец? Поверить, что удастся откупиться… Не настолько же я наивный простак! Понятно, что заберут все, а потом прикончат и концы в воду. А это не дело. Совсем не дело. И долги нельзя за собой оставлять. А за Крабом ох какой должок за сегодня накопился! Но что же придумать?..
– Знаешь, Краб, а ты ведь кое-что не учел, – сказал я, надеясь выиграть немного времени и придумать что-нибудь стоящее.
– А именно?
– То, что вам сейчас о целостности своей шкуры надо было бы беспокоиться, а не о барышах, – ответил я и, медленно расстегнув две верхние пуговицы куртки, вытащил из внутреннего кармана серебряный жетон с черненым тиснением. Дал на него полюбоваться Крабу и его прихлебателям и заметил: – За убийство стражника вам, может, ничего и не было бы, а вот за служащего Охранной управы будет са-авсем иной спрос. Из-под земли достанут и заставят умыться кровавыми слезами.
– И что ты думаешь, показал нам свою побрякушку – и дело в шляпе? – совсем не удивившись, противно рассмеялся Рихард. – Неплохое прикрытие, стражник, не более того! Ясно теперь, отчего ты рассчитывал, что тебе все сойдет с рук. А я-то недоумевал. Даже подумывал, ты с темными связан. Они-то ни беса не боятся!
– Раз тебе все стало понятно, то, может, разойдемся мирно, пока еще есть такая возможность? – спросил я. – Отпустишь нас и компенсацию выплатишь. Скажем, в тысячу золотых. Ну и руку придется тебе сломать за то, что Кэйли ударил. И челюсть, пожалуй, тоже.
– А ты наглец, стражник! – вроде как похвалил меня криво ухмыляющийся Краб. – Только одного ты не учел… Плевать я хотел на Охранку! Она не всемогуща, как ты по наивности, верно, полагаешь. Достаточно убраться из Империи да провести магическую коррекцию личности – и все, ищи ветра в поле. А с десятком тысяч золотых на руках я совсем не буду сожалеть о том, что пришлось покинуть Кельм. В той же Аквитании приобрету себе титул – и привет. Бывший преступник – уже благородный сэр! А в благородном обществе можно такие деньги крутить… – Увлекшись рассказом о своих мечтах, Герон малость подобрел и уже без всякой злобы добавил: – Но тебе этого не понять, стражник. Не из тех ты людей… У тебя и будет возможность выбиться в люди, а все одно ты спустишь ее в трубу. Удел таких, как ты, – сапоги топтать, исправно нести службу. А самая великая мечта – это пожизненное право на бесплатную кружку пива после смены. На большее у тебя воображения не хватит.
Насчет того, у кого лучше работает
– Мне вот интересно, – медленно проговорил я, собираясь с мыслями, – как такого дурака, как ты, Герон, выбрали главой Ночной гильдии?
– Ну-ка, повтори, что ты сказал. – Краб ощерился, поднимая дубинку.
– Ты все прекрасно услышал, – усмехнулся я. – Ну на кой надо было такую суету разводить из-за какой-то бумажки? Да сказал бы тогда вечером, что она тебе нужна, так я бы тебе ее просто подарил! Неужели не видно было, что в игре у меня был совсем другой интерес? А чтобы заподозрить во мне шулера – это полным ослом надо быть. Я отродясь интереса к азартной игре не проявлял. И вот – враз стал профессионалом обмана, да еще и в любом виде игры…
– Кое-какие нестыковки и правда имеются, – задумчиво проговорил Герон и медленно опустил дубинку. – Но думаю, этому есть разумное объяснение. Какой-то хитрый способ…
– Не способ это, а малая толика везения, – снисходительно пояснил я.
– Как это? – озадачился Краб.
– Неважно, – отмахнулся я. – После того, что вы сотворили, я не имею никакого желания общаться на эту тему.
– А если мы с твоей подружки начнем шкуру живьем спускать, тогда, может, такое желание у тебя возникнет? – сощурившись, предположил Краб.
– Не-а, не возникнет, – покачал я головой. – Больно жирно вам будет. Хотите – забирайте это жалкое поместье, и на этом все.
– Да ты воистину богач, стражник! – расхохотался Герон. – Удел стоимостью в двенадцать тысяч золотом стал для тебя жалким? В подвалах денег куры не клюют?
– Все-таки ты дурак, – с сочувствием глядя на Герона, заявил я и презрительно фыркнул. – Золото… Тьфу!
– Что же тогда, по-твоему, не тьфу? – Краб искривил губы в усмешке. Его, похоже, начал забавлять наш разговор, он даже не шевельнул дубинкой в ответ.
– Возможность иметь все, – загадочно ответил я.
– Как это? – уже не на шутку озадачился Краб.
– А вот так. Пожелал – и твое желание сбылось! – усмехнулся я.
– Это что же… ты хочешь сказать, что выиграл просто потому, что пожелал выиграть? – недоверчиво уставился на меня Краб, догадавшись, к чему я клоню.
– На самом деле все было несколько иначе, – ответил я. – Но это неважно. Посвящать в суть дела я не собираюсь.
– Лютый! – не глядя на оборотня, сказал Рихард. Нелюдь поганая оскалилась и взялась отрезать Кэйли ухо. Мальвийка, сидевшая тихо как мышка, зашлась криком.