Страж могил
Шрифт:
Кругом были могилы: некоторые совсем маленькие – едва заметные холмики, другие – видные издалека высокие курганы; одни стояли почти голые, покрытые редкой чахлой зеленью, другие сплошь заросли сочной травой и яркими цветами.
Здесь не было надгробных камней, памятников и табличек с надписями. Но Страж знал каждую могилу, и он многое мог рассказать о людях, покоящихся на его Кладбище.
31
Два десятка мертвяков из числа тех, что были переброшены через стену катапультами, сумели прорваться к подъемному механизму ворот. Малочисленные защитники внутреннего двора, считавшие, что
Стоящие меж баррикад бойцы, заметив новую опасность, бросились на подмогу гибнущим товарищам. Взревели привязанные к рычагам врота могучие быки, затрясли головами, роняя алую пену, сея кровавые брызги – защитники Кладбища, понимая, что вход в крепость во что бы то ни стало должен остаться закрытым, безжалостно расстреливали животных из арбалетов.
Со звоном вылетели железные клинья, стопорящие механизм.
Застонал, надрываясь, набат, требуя срочной подмоги.
Из темной аллеи хлынули к воротам прячущиеся до этого момента мертвяки, врубились в нестройные людские ряды.
Зазвучали трубы, призывая к бою ополченцев, стоящих в резерве.
Из дверей казематов повалили наружу бойцы, оставившие менее важные сейчас посты…
Бой шел на стенах.
Бой шел внутри крепости.
И никто из бойцов не заметил, как в отдалении из узкой трещины осторожно выбрались шесть крыс, как они огляделись и гуськом вдоль стены направились к площадке, вокруг которой кипела битва. Проскользнув меж ног сражающихся, они расселись перед мордами убитых быков, подождали чего-то, неотрывно глядя в их выпученные глаза, а потом заползли в оскаленные окровавленные пасти мертвых животных.
Прошло несколько мгновений, и быки, облепленные жирными черными мухами, шевельнулись…
32
Страж встретил их на тропе. Он всегда знал, когда кто-то шел по его Кладбищу.
Гиз первый увидел старика, улыбнулся, помахал ему рукой и обернулся к друзьям:
– Пришли!
Нелти подняла голову. Огерт посмотрел вперед и хмыкнул:
– Вернулись…
Высокий, седовласый, загорелый, морщинистым лицом похожий на печеное яблоко, в старой соломенной шляпе, в просторных штанах с неисчислимым количеством карманов, набитых всякой ерундой, в серой длинной рубахе, с увесистой палкой в руке – Страж совсем не изменился. Он улыбнулся, кивком ответил на приветствие Гиза, сказал своим мягким, совсем не старческим голосом:
– Я уж заждался.
– Мы спешили, как могли.
– Понимаю. Трудное время для путешествий. Но я его не выбирал.
– Мы опоздали?
– Нет… Еще нет…
– Так что случилось?
Страж вздохнул, внимательно посмотрел в глаза Нелти, мягко тронул Огерта и сказал, обращаясь к Гизу:
– Вы сильно изменились.
– Время идет… – кивнул охотник. – Зато ты такой, как и прежде…
Они стояли на узкой тропке, им некуда было сойти, чтобы присесть – кругом зеленели холмики могил. А Страж почему-то не спешил приглашать их в дом. В тот самый дом, где они выросли…
– Так что случилось? – вновь спросил Гиз.
– Кхутул вернулся, – спокойно сказал Страж, и охотник вздрогнул:
– Но… Как это возможно?
– Мы же убили его, – сказал Огерт. – Давным-давно.
– И
– Кхутул вернулся, – повторил Страж. – Он пришел сюда и привел к Кладбищу свою армию. Он собирал ее долго, много лет. По всему миру искал он некромантов, разговаривал с ними, убеждал выступить против Короля, обещал богатство, власть, вечную жизнь. Вдали от королевских шпионов он создал несколько тайных школ, где опытные некроманты обучали новичков черному мастерству, а также тактике и стратегии, осадному искусству и механике. Он разработал особую систему, с помощью которой множество некромантов могли действовать как один. Он придумал систему особых сигналов. Он многое успел сделать, а сам при этом оставался в тени. Мало кто знал о его существовании, и почти никто не видел его. Он был очень осторожен и обычно действовал через мертвых посредников.
– Когда ты узнал все это?
– К сожалению, недавно.
– А каким образом?
– Здесь на Кладбище можно найти ответ почти на любой вопрос. Надо лишь уметь разговаривать с мертвецами.
– Это мертвецы сообщили тебе нечто такое, из-за чего ты позвал нас? – предположил Гиз.
– Ты угадал, охотник, – улыбнулся Страж. – Ты всегда был проницателен.
– Так чего же ты медлишь? – сказал Огерт. – Говори, зачем нас собрал.
– Скажу… – кивнул Страж. – А сейчас пойдемте в дом…
33
Ворота медленно открывались, и защитники Кладбища не могли этому помешать.
Утыканные стрелами быки, покачиваясь, переставляли подламывающиеся, изрубленные ноги, налегали на хомуты. Облаченные в прочные доспехи, практически неуязвимые мертвяки, выстроившись кругом, сдерживали непрерывно атакующих людей, оттесняли их, не давали приблизиться к животным.
Лопнула решетка, не выдержав мощных ударов тарана. Могучие артхи втиснулись в пробитую дыру, подхватили поднимающие ворота, потянули вверх. Хлынула в проем пестрая нежить, проскочила меж артхов, налетела на выставленные копья, запуталась в сетях, полезла на рушащиеся баррикады.
Все меньше и меньше людей оставалось на крепостных стенах. Солдаты Короля теперь спешили на внутренний двор. Враг прорвал оборону, но его еще можно было остановить, отбросить назад. И – возможно – обратить в бегство, нагнать, рассеять, разбить…
Несколько отрядов кое-как сдерживали лезущих через ворота мертвяков, а основные силы людей тем временем собирались в отдалении, выстраивались на площади перед аллеей, что вела к могилам, готовились к решающей схватке.
Отступать было некуда.
Развевались на ветру тонкие языки вымпелов, трубили горны, драли глотки злые сотники. В три линии строились пешие защитники. В первой – опытные ратники в тяжелых доспехах, с широкими мечами в руках. Стеной должны встать они на пути врага, стеной должны заслонить следующий ряд бойцов – ряд копейщиков, где перемешались солдаты короля и простые ополченцы. Когда накатит волна мертвяков, они крепко упрутся в землю ногами и опустят копья. Выдержат натиск, сколько смогут, а потом выхватят клинки и смешаются с третьей линией, в которой заняли места самые разные бойцы: мечники в кольчугах и легких кожаных доспехах; ополченцы в самодельных куяках, вооруженные тесаками, топорами, плохонькими мечами, палицами и молотами; потерявшие лошадей всадники; лучники, убравшие бесполезные теперь луки… Кавалерия встала на флангах, так, чтобы пехота не мешалась под ногами, не сковывала действия, когда конная лава ударит по мертвякам с боков…