Страж Смерти. Первые шаги

Кривицкий Кирилл Михайлович

– Можно и сейчас, но нервная система выдержит не более двух минут.
– старик приподнял мне веко, что-то там пытаясь узреть.

– Другим тоже будут сделаны инъекции?
– заинтересованно поинтересовался синий.

– Нет, мы им ничего вкалывать не будем, наемники не бесконечны, знают, на что идут, не верят в удачу эксперимента.
– равнодушно ответил черный.

– Знаете ли, тоже как-то особо не верю, нашли какого-то слабенького подопытного.
– пробормотал синий скептически меня осматривая.

– Специально такого подбирали, чтобы наглядно продемонстрировать результат инъекции вируса.
– подал голос старик, протирая очки.

– «Так, меня собираются использовать

как подопытного кролика, перспектива как-то не вдохновляет, что он там говорил насчет вируса? Кажется, будет нифига не хорошо! О каких-то наемниках черный там что-то ляпнул?» - подумал про себя, не особенно поговоришь с заклеенным ртом.

Пока эти мысли бродили в голове, пиджаки удалились, остался только очкарик, снял изоленту с губ.

– Как ты себя чувствуешь?

– Хреново!
– прошептал потрескавшимися губами.

– Это хорошо, очень хорошо!
– воскликнул старик, расплывшись в улыбке, меня от нее аж перекосило.

– Чего ж тут хорошего?

– Будет еще хуже, но недолго, так что не расстраивайся!
– ободрил старик.

– Что со мной собираетесь делать?

– Интересно?

– Еще как! Попить дайте!

Старик достал шприц с какой-то фиолетовой дрянью, посмотрев на него, медленно ввел в вену. Сразу как-то стало очень жарко, жажда усилилась еще больше, в ушах зашумело, тело свело судорогой, сердце едва не выскакивало из груди, голова чуть не взрывалась от боли. Через некоторое время боль на пару с судорогами ослабли.

– Дай попить изверг!

– Я не изверг, я ученый!
– ничуть не смутившись, ответил старик.

– Парнорогатое ты животное с премерзким запахом, а не ученый!

– Ну-ну, значит, действует, уже агрессивное состояние, быстро, однако!
– тем временем говорил старик, не обращая внимания на оскорбления от моей скромной персоны.

– Дай только освободиться, глотку тебе перегрызу!
– начинаю дергаться всем телом в тщетной попытке ослабить пластины, впадая в несвойственное мне бешенство, в голове билось - «УБИТЬ! РАЗОРВАТЬ! УНИЧТОЖИТЬ!». Через минуту, голова прояснилась, начал более-менее соображать, бешенство перешло в холодную ярость, жажда стала невыносимой.

– Как хорошо действует, трех минут даже не прошло!
– радостно верещал старик, чуть не прыгая от счастья.

– Попить дай, крыса старая!
– прошипел, смерив старика прищурившимися от ярости глазами.

– Обойдешься, тебе жить осталось всего ничего, скоро наемники придут, второй укол вируса ярости сделаю, между прочим, полностью мое детище, а там видно будет, либо тебя убьют, либо нервная система через две минуты откажет, так что не волнуйся, в любом случае ты, мой дорогой, сквернословящий старшим не жилец.

– А как же последнее желание смертника?
– попытался съязвить, раз уж помирать.

– Так ты не человек, поэтому последнее желание тебе не положено!
– с гаденькой улыбкой ответил старик.

– А кто же я?
– пробормотал, на мгновение, оторопев от такого заявления.

– Ты подопытный номер пятьдесят семь.

– Остальные пятьдесят шесть, куда делись?

– Умерли.
– равнодушно припечатал старик.
– Других тоже схватили на улице, подходят физически для эксперимента и нормально, испытали да выбросили в печь, нам тут мусор ни к чему.

– Тебе жить осталось не так уж много.
– не знаю откуда пришло это чувство, просто знаю, что старику совсем не долго осталось землю своим присутствием портить. От удивления и осознания этой мысли даже как-то успокоился, хотя с самого начала, страха не было вообще, хотя как-то не замечал раньше за собой особой отваги.

– Знаю, - кивнул старик - старый уже, мне еще бы лет десять прожить и то хорошо.

– Да нет, гораздо

меньше.
– задумчиво отвечаю, пристально разглядывая старика, одновременно прикидывая, как бы до него добраться и в красках представляя, как этот свихнувшийся ученый будет выглядеть с разорванным горлом.

– Ладно, хватит языком трепать, наемники прибыли.
– стены разъехались в стороны, стол к которому был прикован принял вертикальное положение, глазам предстала круглая комната, в её центре как раз и находился стол, вместе со мной, естественно. В стороне стояли какие-то здоровенные жлобы в количестве пяти штук, заинтересованно поглядывая на меня. Стояли, поигрывая мускулами нехилых размеров, каждый был только в армейских ботинках с камуфлированными штанами. Обрадовался, словно старым друзьям, с которыми лет сто не виделся, среди этой колоритной пятерки были те четверо, что меня похитили - «Прямо в мой же день рождения!» - при этой мысли меня захлестнула новая волна веселья напополам с бешенством. Старикан, про которого совершенно забыл, сделав укол в руку, поспешно скрылся где-то сзади меня. В тот момент, когда старик ко мне прикоснулся, перед глазами прошла длинная череда лиц, все искажены в болезненной гримасе, когда им делали укол фиолетовой гадости. Моментально бросило в жар, вены вздулись, мышцы напряглись, головная боль накатила с новой силой. Мечась на месте, насколько позволяли кандалы, пытался их ослабить, хотя бы, о том, чтобы оковы сломать, не шло и речи. Все мысли куда-то делись, от невыносимой жажды потрескавшись, кровоточили губы, сводило скулы. Смотря на этих ухмыляющихся субъектов, видел перед собой только мясо с кровью, оковы ушли в стол, наконец-то освободив из стального плена.

Меня словно кто-то отодвинул в сторону, позволяя на все смотреть как бы со стороны, но при этом все ощущать и принимать активное участие во всем действе. Свалился на бетонный пол, встал на четвереньки, в тщетной попытке подняться. Пятерка слаженно начала подходить, ничуть не опасаясь и все так же ухмыляясь.

– Бык, сверни ему башку, да пойдем, выпьем, за легкую работенку с большими бабками.
– подал голос один из них, даже не заметил который. С широкой ухмылкой на лице, ко мне начал подходить давешний знакомый с золотой фиксой, я в это время пытался встать на подгибающиеся ноги. Бык, подойдя, нагнулся, приблизив свое лицо, проговорил прямо в ухо.

– Ничего личного, это только бизнес.
– произнес всем известную банальную фразу. Мое внимание привлекла его перекаченная шея, точнее то место, где билась голубая жилка, рот мгновенно наполнился слюной, челюсти резануло резкой болью, от которой перед глазами начали плавать разноцветные круги. Как загипнотизированный схватил его за плечи, погружая клыки в податливую плоть. Поток солоноватой с чуть металлическим привкусом горячей крови хлынул в горло, даря ни с чем не сравнимое удовольствие, от слабости в теле не осталось следа, но жажда не проходила. Бык издал полный удивления и боли возглас, дернулся, но как-то слабо. Не отпуская, поглощал драгоценную жидкость, стараясь не потерять ни единой капли, от удовольствия даже закрыл глаза. Кто-то попытался отодрать, от его шеи, получив удар левым локтем, этот грубиян, мешающий людям кушать, испустив стон, отстал. Начали раздаваться крики вперемешку с отборным матом. Бык, перестав трепыхаться, осел на пол окончательно. Поднявшись на ноги, осмотрелся по сторонам, трое смотрели на меня настороженно, с явно читающимся на лицах страхом, Бык валялся у ног, тело выглядело каким-то сдутым что ли, как спущенный мяч, тот, что пытался помешать, был сзади. Свешиваясь по обеим сторонам вертикально стоящего стального стола животом вверх - «Позвоночник сломан, но еще жив, ненадолго!» - отстраненно мелькнула мысль.