Страж вишен
Шрифт:
Как-то само собою сложилось, что руководство последним этапом операции взял на себя Денис Черняев. Боря всегда был рядовым и привык выполнять приказы вышестоящих начальников. А Жуковский и вовсе не был военным человеком – он просто обладал некоторыми воинским навыками.
После того, как в квартире Оксаны побывали люди Геннадия Яковлевича (сработали они отменно – парни в белой «семерке» даже не успели ничего понять, как оказались в наручниках) и увезли Ибрагимсултанова, Денис положил перед собой нарисованный кавказцем план и пригласил своих товарищей
По настоянию Дениса, они сняли с «Ситроена» обе задних двери. На робкое замечание Бори, что, мол, гаишники остановят, Черняев только хмыкнул и показал из кармана краешек своего фээсбэшного удостоверения.
Затем они переоделись в привезенный с собой зимний «камуфляж».
– А по дороге, мужики, я вам расскажу кое-что о тактике ведения наступательного боя…, – сказал в конце сборов Денис.
За руль сел опять-таки Боря. Денис с Жуковским расположились сзади. Капитан дал своим товарищам подробные инструкции.
– Наш козырь – неожиданность. Вернее, джокер. Козыри у них на руках, поскольку они – профессионалы. Честно говоря, если б они ждали нападения, то я бы к ним не полез. Серьезная публика эти… «пиковые тузы».
К особняку из красного кирпича, о котором говорил кавказец, вела подъездная дорога. Денис распорядился оставить машину в зарослях, неподалеку.
– Тихо не получится, мужики, – сказал он. – Вон забор какой высокий. Незаметно подобраться к ним нельзя. Будем прорываться через главные ворота, как договорились. Я попробую «снять» того, что на крыше.
Говоря все это, капитан медленно поводил биноклем из стороны в сторону. Они сидели в кустах, припорошенных снежком, и вели наблюдение за домом, где засели боевики Вахи. Температура была не слишком низкой для этого времени года – градуса два выше нуля.
– А они могут нас оттуда заметить? – спросил Жуковский. Его коробило от мысли, что все это происходит не где-нибудь в «горячей точке», а в одной из вполне мирных областей России.
– Без бинокля – вряд ли.
– Может, подождем до темноты? – подал голос Борис.
– Бессмысленно. Во-первых, замерзнем, а во-вторых – преимущества это нам не даст: против нас не дилетанты. Действовать нужно, пока они не узнали о том, что их кореша попались.
Денис снял с шеи бинокль, взял в руки винтовку и припал к резиновой насадке оптического прицела. Он молил всех святых, чтобы застреленный часовой не упал с крыши вниз…
Тихий хлопок – и маленькая фигурка, скрючившись, повалилась навзничь. Моментально все трое погрузились в машину, и Боря запустил двигатель…
Не доезжая до ворот примерно метров тридцать пять – сорок, Борис остановился. Вылез, припал на колено, пристроил на плече «Муху»… Ворота вынесло огнём. Боря впрыгнул на свое место и дал газ… «Ситроен» с разгона въехал во двор.
Жуковский и Денис открыли огонь из автоматов, пользуясь тем, что задние дверцы отсутствуют.
«Один…второй…», – мысленно подсчитывал Денис вражеские потери.
Боря резко затормозил и выкинулся на снег. Его «Макаров» несколько раз плюнул свинцом. Но и по нему дали очередь из особняка. Пули выбили фонтанчики снега прямо рядом с ним. Он чудом успел скользнуть за багажник машины…
«
Стрелок в черном комбинезоне, не успев развернуться на звук его шагов, получил очередь в грудь. Второй (и последний) боевик, выскочив из другой комнаты, наугад пальнул в Дениса из пистолета и бросился бежать. Капитан схватился за плечо…
Жуковский с Борей заметили человека, выпрыгнувшего из окна на левой стороне дома. Они бросились к нему. Он присел, выстрелил в них и повернулся, чтобы бежать. Жуковский поднял автомат, надавил на спуск, но затвор заело. Он чертыхнулся, отбросил оружие. Подтянул вверх правую штанину, доставая из пристегнутых к ноге ножен штык… Короткий клинок, пущенный рукой художника, со свистом рассек воздух и вонзился в спину бегущему. Жуковский повернулся и… замер, глядя на мертвого Борю, который лежал в трех метрах от него, раскинув руки и уставившись в небо невидящими глазами. Пуля последнего боевика все же настигла его… В этот момент из-за угла дома появился прихрамывающий Денис; он прижимал к плечу окровавленный платок.
– Херово дело! – с досадой сказал он, убедившись, что Боря мертв. – Живьем ни одного не взяли. Где теперь ихнего главного искать?
– О чем ты думаешь?! – возмутился Жуковский. – Человек погиб, а он…
– Ладно, прости… Действительно, жаль парня. Как теперь я Оксане Кирилловне в глаза-то посмотрю?
Глава двадцать пятая
Александр Жуковский
Господи, что я такое говорю!.. Чего я пристал к этому гэбисту? Ведь он еще не остыл от горячки боя. Борис ему был никто, они только несколько дней как познакомились. Да и самому ему вон досталось, кровища хлещет… Врача надо бы.
– Давай перевяжем, – предлагаю я.
Он смотрит непонимающе. Лицо – бледное. Он ведь может потерять сознание. И что я буду с ним делать? Нет, надо действовать…Я вытаскиваю из кармана куртки телефон…
– Алло, Ксюша! Да, это я. Свяжись со «Скорой» и милицией, пусть срочно едут сюда. Тебя они быстрей послушают – только сегодня на твоей квартире этого типа арестовали. А я слетаю по тому адресу, который он назвал. Да, Поликарповская. Где это, кстати? Сразу за вокзалом, по-моему? Хорошо, ты только ни о чем не волнуйся, ладно?