Страж
Шрифт:
Задержавшись на миг у входа в разрушенное теперь кладбище, он поднял голову и увидел два забранных ставнями окна на втором этаже здания.
– Понятно, - буркнул он себе под нос.
– Теперь начинается самое интересное. Пожалуй, надо позаботиться о внешности.
Если бы его увидел сторонний наблюдатель, то, вероятно, бежал бы в панике, даже если бы дело происходило и не на острове с неважной репутацией. С каждым шагом части тела идущего меняли вид, размер, положение; из рукавов высовывались то ухоженные кисти рук человека, то массивные короткие лапы рептилии, снабжённые двухдюймовыми когтями; ступни
Он поднялся на второй этаж (следов от него не оставалось) и прошёл сквозь стену в комнатку, в которой путешественники разбили свой лагерь. Оглянувшись, он увидел в проёме приоткрытой двери зал с фонтанами и Риссу, сидящую у одного из них. Перевёл взгляд на вторую Риссу, безмятежно глядевшую в окно и покачал головой.
– Нехорошо подсматривать, - сказал он, наклоняясь над Нламинером - но всегда приходится.
И растаял.
* * *
– Вот мы и встретились, - сказал незнакомец, по виду - эльф, закутанный в переливающийся многими цветами плащ, выходя из-за камня, рядом с которым устроилась Рисса.
Нламинер остолбенел. Этого не могло происходить! Во сне он невольно просматривал многие моменты из прошлого - так иногда удавалось решить проблемы настоящего.
Но этого персонажа не могло быть в его воспоминаниях!
Оглянувшись, он увидел, что всё вокруг застыло. Деревья перестали шевелить листьями на ветру, птицы замерли прямо в воздухе и ни ветерка не проносилось мимо него. Наступила абсолютная тишина. Лишь биение сердца нарушало её. Присмотревшись, Нламинер осознал, что весь окружающий мир - кроме них с пришельцем - стал чёрно-белым, потеряв все остальные цвета.
– Иначе бы ты испугался и, чего доброго, проснулся, - пояснил пришелец.
– А это ни к чему. У нас с вами впереди и так достаточно забот.
– Я узнал тебя!
– с жаром выкрикнул Нламинер, позабыв обо всём на свете.
– Ты направил меня с поручением на этот остров!
– Он пошарил вокруг себя, чтобы взять свой походный рюкзак и осёкся. В *этом* сне его быть не могло.
– Действительно?
– с энтузиазмом ответил незнакомец и огляделся.
– Очень интересно! И о чём же мы говорили?
Похоже, это действительно сон, причём, скорее всего, кошмар. Иначе как объяснить, что он видит *такое*? Нламинер встал и заглянул за камень. *Та* Рисса спала, и своим чёрно-серым цветом нисколько не отличалась от камня, у которого лежала.
– Она не проснётся, - заверил его пришелец.
– Считай, что её вообще нет. Не отвлекайся. Итак, о чём мы беседовали?
Может быть, подумал Нламинер, проще рассказать этой галлюцинации всё, что она хочет? Тут он осознал, что понимает, что всё происходит во сне и - во сне, разумеется, огорчился. В кои-то веки выпадает шанс видеть столь яркий и управляемый сон - и чем приходится заниматься!
Он вздохнул и рассказал всё, что помнил. Память его была необычайно цепкой и достоверной. Когда он завершил свой рассказ, с негодованием глядя на собеседника, тот кивнул, совершенно удовлетворённой.
– Вот теперь я готов, - сказал он невпопад и поднялся с камня. Плащ взметнулся вверх радужной волной и растёкся по высокой фигуре
– Что же ты хотел?
– спросил Нламинер, который неожиданно понял, что сейчас этот загадочный посетитель его сновидений уйдёт так же неожиданно, как и вторгся.
– Я не могу тебе это сказать, - ответил тот серьёзно.
– Сейчас я покину тебя, и наш разговор ты вспомнишь очень, очень не скоро. Мне не позволено давать тебе никаких советов, кроме одного: остававйся самим собой. Вы вдвоём - необычайно удачная пара. Всё, что вам нужно, вы найдёте сами.
– Подожди!
– крикнул Нламинер, но контуры пришельца растаяли, словно дым. Закатные краски вернулись на свои места, ветер освежил его горячую голову и, подняв её с камня, он никак не мог понять, что могло его разбудить? Рисса спала рядом, закат стремительно переходил в ночь и густая ночная тишина окутывала всё вокруг...
* * *
Тишина!
Ни всепоглощающего пения цикад, ни песен птиц, ни редкого писка мелких зверьков, ведущих ночную жизнь.
Полная тишина взамен этого. Нламинер проверил свой меч - в полном порядке. Он тронул осторожно руку Риссы и она немедленно открыла глаза.
– Тихо, - шепнул он.
– Что-то не в порядке. Слышишь?
Он сделал выразительный жест и обвёл молчащие окрестности. Повернувшись к Риссе, он вздрогнул: её не было.
Позади него послышался шорох. Он обернулся и увидел полностью снаряжённую Риссу. В руках у неё поблескивал жезл, вторую она подняла предостерегающе: молчи! Нламинер застыл и медленно повернул голову к пещере. Откуда-то из её глубин доносилась угроза, не облечённая в слова.
– Отступаем вниз, - шепнула Рисса.
– Здесь мы в ловушке. Старайся держаться на открытом пространстве.
Из пещеры потянуло холодом и Нламинер увидел нечто, выползающее из мрака. Хотя размерами оно и не отличалось от их прежних противников, даже издали было заметно, насколько оно вредоноснее. Трава, над которой оно перемещалось, чернела и съёживалась; с деревьев поблизости чёрным потоком посыпались листья. Нламинер ощутил исходивший от них запах - запах болезни, гниения, порчи, и с отвращением стряхнул их с себя.
Тень помедлила, затем простёрла к нему свои бесплотные руки и, казалось, произнесла что-то языком, неощутимым для слуха. От этих слов кровь потекла медленнее в его жилах и страх накатил на него удушающей волной. Однако, тело его оказалось сильнее разума. Он следил, как, отступив на шаг, выхватывает "Покровитель" из ножен и становится в оборонительную позицию.
Наваждение прошло. Тень стояла перед ним, не решаясь касаться ярко сияющего острия оружия, но долго так продолжаться не могло. Он всем телом ощущал тлетворные эманации чудовища, что продолжало высасывать жизненные силы изо всего, что находилось вокруг - травы, деревьев, животных и его самого. Нламинер решился и меч его скользнул к конечности призрака. Послышалось злобное шипение и другая рука обожгла левую часть его головы. Нламинер ощутил, как ледяная боль пронзает голову и едва не выронил оружие. Тень оказалась едва ли не проворнее своих меньших сородичей. Она была повсюду: туманные, смертельно опасные щупальца, казалось, заполняют всё вокруг. Он отступал, осторожно, парируя каждый возможный удар противника, но долго так продолжаться не могло.