Страж

Иевлев Геннадий Васильевич

— Я думаю… — Рассел понизил голос. — Это технология гротов. Но что-то у них не получилось. Может быть, даже, страж вышел из-под их контроля. К тому же, иногалактическое оружие, найденное у него, явно показывает о его сотрудничестве с цивилизацией гротов.

— Гротов. — Атуа громко хмыкнул. — Вы, явно, переоцениваете их возможности.

— Я думаю, мы их, весьма, недооцениваем. — По губам Рассела скользнула усмешка. — И как бы нам не поплатиться за это.

— Вы большой пессимист. Это не к лицу командиру станции узла. — Атуа постарался придать своему лицу, как можно, строгое выражение. — С таким настроем невозможно надеяться на успех.

Последнюю фразу Атуа постарался

произнеси предельно четко и достаточно громко, чтобы сидящие сзади могли ее хорошо услышать. Он понимал, что отчаянно рисковал, задевая самолюбие Рассела и наживая себе опасного врага, но что его ждало впереди, Атуа не представлял и потому, удовлетворенный, что хоть как-то напакостил врагу, откинулся в кресле и прикрыл глаза.

— Это всего лишь мои глупые мысли. — Донеслось бормотание Рассела.

Дальше их путь пролегал в молчании.

Настроение Рассела окончательно испортилось. Он мысленно ругал себя за свои последние слова: мало тех неприятностей, произошедших на станции за последние несколько часов, так он их разбавил своими высказанными дурацкими мыслями. Идиот, кто тебя тянул за язык? Он непременно доложит на своей коллегии, а оттуда все станет известно и Регату. Экспертов теперь необерешься. Вернусь — задушу гада водителя. Этот, точно уснул, а тот, наверняка, сидел мечтал, пока что-то не прозевал. Он скосил взгляд на эксперта, но тот сидел с каменным выражением лица, откинувшись в кресле и прикрыв глаза.

Атуа пытался разобраться в информационном поле Халла: коллегия экспертов это не станция узла, там одно неверное слово и мгновенно поймут, что ты не тот, кем должен быть. О таком носителе для своего разума он даже и не мечтал никогда и сейчас находился даже в замешательстве, пытаясь понять, что это, удача для него, либо угроза, от которой нужно поскорей избавиться. Его прежний носитель — Крет, хотя и занимал высокую должность в галактической иерархии зевсов, но она была значима лишь вдалеке от нее, то теперь он будет значим уже в самой галактике, что, непременно, заставляет быть предельно осторожным. На сколько он знал, эксперты занимали очень высокое положение в чиновничьей иерархии зевсов, но в тоже время их экспертные миссии не в полной мере зависели от них самих: куда их направляла экспертная коллегия, там они и работали. Могло случиться и так, что Халл больше никогда не попадет на станцию узла.

Может быть действительно отказаться от портации, сославшись на головную боль и поискать себе более подходящий носитель, всплыла у него беспокойная мысль? Но не будет ли это подозрительным? Наверняка скоро обнаружится, что Троттер мертв. Хотя его смерть и наступила от сердечной недостаточности, но Рассел не дурак, непременно заставит реаниматоров провести психоанализ его мозга. Если они поймут, что он был опустошен, Рассел сразу же свяжет Троттера и стража в один тандем. Да и водитель кара навряд ли отделается простым внушением. Его психоанализ возможно даже позволит зевсам узнать состояние Халла после аварии. Нет, слишком велик риск…

Кар плавно затормозил.

— Портатор, господин Халл. — Донесся голос Рассела, прерывая размышления Атуа.

Атуа покрутил головой, осматриваясь и ничего не сказав, покинул кар и направился к двери портатора.

5

Дакк дернулся и открыл глаза. Ошалело покрутив головой по сторонам, он понял, что сидя в кресле и размышляя, незаметно задремал. Достав сканер связи, он посмотрел на время — проспал он всего около двадцати минут. Значит еще какое-то время до вахты у него было, но куда нужно было идти, он не представлял.

Может связаться с

Зуллом и потерроризировать его еще раз, мелькнула у него мысль, но он тут же отогнал ее. Терпение реаниматора может лопнуть и он, непременно, доложит капитану о моем состоянии и тогда уж от психоанализа отвертеться, точно, не удастся. Поле землянина, не поле сармата, надежно, навряд ли, спрячешься. Значит нужно искать другой выход. Какой? Проклятая неопределенность. Дакк сжал голову руками. Остается одно: еще раз полазить по информационным полям корабля и попытаться найти его план.

— Марк! Ты спишь, что ли?

Громкий голос заставил Дакка вздрогнуть. Он опустил руки и поднял голову — с экрана терминала на него смотрело удивленное незнакомое лицо сармата в точно такой же, как и он, курточке офицера.

— Что? — Коротко бросил, Дакк, вопросительно кивая головой и одновременно пытаясь вспомнить, кто он есть, этот офицер. Но это никак не удавалось.

— Очнись! — Перед лицом офицера появилась его рука с хронометром. — У нас остался час. Сегодня ты нас угощаешь. Хочешь отвертеться. Не удастся. — Он покрутил головой.

— Не хочу я ни от чего отверчиваться. — Скорчив недоуменную мину, Дакк поднялся. — Я очень рад. — Он пожал плечами, тщетно пытаясь вспомнить имя офицера.

— Так что же! — Рука с хронометром исчезла. — Мы уже пять минут ждем тебя в коридоре, как истуканы. Твоя дверь молчит, как рыба. Что с ней?

— Не знаю. — Дакк дернул плечами.

— Тогда выметайся!

— Иду. — Глубоко и шумно вздохнув, Дакк, сконцентрировал поле в защиту и направился к двери.

Едва переступив порог своей каюты, он замер: перед ним стояли два молодых офицера — сармата, их поля металось по всей ширине коридора, лижа стены и двери. Один из офицеров, чуть выше ростом, со светлым ежиком волос, с глубокопосаженными глазами, мягкими, приятными чертами лица, определенно, имеющий большой успех у девушек, широко улыбался, что-то говоря второму, темноволосому, который почему-то смотрел в пол, изредка кивая головой. Его лицо, как Дакк не пытался, рассмотреть не удавалось. Но вот он поднял голову и посмотрел на Дакка. У Дакка перехватило дыхание, он сделал невольный шаг назад — это был зенн. Он был, совершенно, ему незнаком.

Хотя раса зеннов в галактике насчитывала всего несколько тысяч человек, но из-за своей разобщенности, зенны одной планетной системы, практически, не знали зеннов другой.

Дакк напрягся, ожидая бурной реакции офицера-зенна, но тот лишь молча смотрел на него своими глубокопосаженными темными глазами. Наконец Дакк понял — офицер, как и он, скрывал свою принадлежность к другой расе. Это несколько успокоило его и, выдавив из себя улыбку, Дакк шагнул к офицерам.

— Ну и кретин же ты, Марк. — Улыбающийся офицер шагнул к Дакку, вытянув правую руку в его сторону. — У меня и Скинна уже животы приросли к позвоночникам. Специально не стали есть, думаем, сейчас оттянемся до упора. Но куда тут, полный облом. Не думал, что ты способен так кинуть нас. Наверное и дверь потому заблокировал.

— Брось нести чепуху. — Дакк махнул рукой, не коснувшись протянутой руки офицера. — Я не отказываюсь от своих обещаний и уж тем более, кидать вас, я не собирался.

Лицо офицера исказилось гримасой полнейшего недоумения, опустив руку и подняв плечи, он повернулся ко второму офицеру.

— Скинн, с ним, определенно, что-то произошло. Он, явно, сегодня ненормальный.

— Оставь его Кешш. Он просто не выспался. От него сегодня толку не будет. Пошли. Опоздаем на дежурство — сгнием на регламенте. — Скинн кивнул головой в сторону уходящего вдаль коридора и повернувшись, быстро зашагал по нему.