Страж
Шрифт:
– Но вдруг? Мало ли! Вдруг мама все еще меня помнит? Я обязательно должен ее увидеть! Она же будет волноваться!
Йоран посмотрел на него с сочувствием, глянул в окно – солнце клонилось к закату.
– Ладно, где она живет?
– На южном въезде, возле моста. Если на автобусе…
– Забудь, тебе не продадут билет. И в автобус не пустят.
– Ну можно и пешком, за несколько часов дойду.
– После заката тебе в городе лучше не появляться. Для темных тварей ты теперь лакомый кусок.
– Тогда
Понимая, что тот не успокоится, и что проблему лучше решить как можно скорей, Йоран произнес:
– Ладно, иди за мной.
Выйдя в коридор, снял с вешалки плащ, пристегнул к поясу ножны и открыл дверь под лестницей.
– Ух ты! – воскликнул Морис, жмурясь от солнечного света. – Это что, тоже магия?
По ту сторону порога виднелся мост, а рядом утопала в зелени улица.
– Вперед, – произнес Йоран, – сделав приглашающий жест.
Морис уже хотел так и поступить, но в последний момент передумал.
– Нет уж, – хитро прищурясь, произнес он, – вдруг это иллюзия. Только после тебя.
– Молодец, – улыбнулся Йоран, – взрослеешь.
И вышел первым.
Глава 4. Мама
Улицу, на которой они оказались, Морис знал до мельчайших деталей – каждый закоулок, каждую щербинку на асфальте. Здесь он вырос, и здесь все еще жила его мама.
Сам он после колледжа нашел работу на другом конце города и снял жилье там же, неподалеку. Мог ездить и домой, но хотелось самостоятельности, и сейчас он впервые подумал о том, что это было дурацкое решение. Жил бы дома, работу бы другую нашел, ничего бы и не случилось.
Район, где он провел детство, выглядел небогатым, многие дома облупились, на газонах местами темнели проплешины, сейчас это почему-то особенно бросалось в глаза. Но все-равно здесь был дом. И мама.
– Вон там, красная крыша, видишь? – Морис указал вдаль и ускорил шаг. «Мама меня узнает! Не может не узнать, это же мама! – билось в голове. С этими мыслями он преодолел последний участок пути, взбежал на крыльцо и постучал в дверь. – Узнает!» – утешил он себя, но сердце все-равно пустилось вскачь.
Открывать почему-то никто не спешил. Морис уже хотел достать ключ, сунул руку в карман, но передумал, вспомнив, чем кончилось предыдущее открывание двери. «Может, мамы нет дома?» – подумал он. Позади послышались шаги, и на крыльцо поднялся Йоран.
– Тебя не услышат, – сказал он. И постучал сам.
Спустя несколько минут щелкнул замок, и дверь открылась.
– Мама, привет, мы тут… – начал было Морис. И умолк – мама даже головы не повернула в его сторону – смотрела исключительно на Йорана.
– Добрый день, – произнес тот, – подскажите, здесь живет Морис?
– Морис? – переспросила мама. – Нет, вы ошиблись.
– Мама! Ну как же нет-то? А я?!
Вопля родного сына она по-прежнему не услышала.
– Вот видишь, о чем я и говорил, – произнес Йоран, повернув голову.
– С кем вы разговариваете? – мама посмотрела туда же, но взгляд прошел насквозь, оглядел пространство и снова остановился на Йоране.
– Мама, это же я! Я здесь! – Морис протянул руку, дотронулся до ее плеча, и она, вздрогнув, отпрянула.
– Простите за беспокойство. Всего хорошего, – Йоран развернулся и двинулся прочь.
Мама посмотрела ему вслед, нахмурилась и уже хотела закрыть дверь, когда Морис внезапно бросился вперед, оттолкнул ее и ворвался в дом. Взбежал на второй этаж по такой родной и знакомой лестнице, ворвался в свою комнату… и остановился.
Кровать стояла на прежнем месте, все также сверкал зеркальной дверцей шкаф и коврик на полу остался прежним, но все это сделалось чужим, безликим – ни одной лишней детали, даже наклейки с боковой стороны стола, где они копились годами, исчезли. Морис заглянул в шкаф – там оказалось пусто.
Зеркало исправно отразило его лицо, бледное и расстроенное, взлохмаченные светлые волосы, которые давно стоило подстричь, и одежду, не особо чистую после валяния в переулке. Попытка причесать волосы пятерней разлохматила их еще больше, попытка отряхнуться ни к чему не привела.
И Морис сдался. «К чему все это?» – с тоскою подумал он, вышел в коридор и отправился к лестнице. Снизу доносились голоса: нервный и испуганный – мамы, спокойный и уверенный – Йорана.
– …Но что этому призраку здесь нужно? – послышался мамин голос.
– Он считает, что здесь его дом.
– Но это же невозможно! Здесь никогда не было никого с таким именем. И что, он теперь останется здесь? – в голосе мамы послышалась настоящая паника.
Морис застыл на верхних ступеньках, и Йоран, подняв на него взгляд, ответил:
– Нет. Он уже уходит.
– Он что, сейчас стоит там? – шепотом спросила мама, глядя прямо на Мориса и по-прежнему не замечая.
Видеть ее такой испуганной не было никаких сил. Торопливо сбежав вниз, Морис выдохнул: «Прости, мама», – выбежал на улицу и бросился прочь, не разбирая дороги.
– Стой! Да стой же! – послышалось позади.
Но останавливаться он даже и не подумал.
Ноги сами выбрали маршрут, и опомнился он только на пустыре, позади заброшенного магазина, упал, запнувшись о корягу… которая почему-то отказалась его отпускать. А потом еще одно коричневое щупальце взметнулось из-под земли, обхватывая вторую ногу. Морис вскрикнул, попытался вырваться, и вот уже не только ноги, но и руки оказались в плену. Неведомый монстр прижал его к земле, не давая вдохнуть. В глазах потемнело…