Стражи полуночи

Говорит Дэвид Уитли:

Сколько себя помню, я обожал читать. Всю свою жизнь я мечтал писать книги для детей и взрослых, еще не забывших свое детство. Книги, которые я читал в детстве, поражали меня самыми невероятными и разнообразными идеями. Теперь мне хочется поведать молодым читателям истории, рожденные моим собственным воображением.

Когда мне исполнилось семнадцать, я написал свой первый роман и послал его на конкурс Кэтлин Фидлер. К моему великому удивлению, роман мой был включен в короткий список номинантов. Ободренный успехом, я направил очередную историю для детей, вышедшую из-под моего пера, на Чеширский литературный

конкурс и в двадцать лет стал самым молодым победителем в истории этого конкурса.

Тем не менее мне надо было получить диплом, и потому я отложил свои писательские занятия до окончания университета. Когда это радостное событие наконец произошло, я решил взять годичную передышку, во время которой серьезно занялся сочинительством. Вдохновленный любовью к Джонатану Свифту и эпохе Просвещения, я стремился придать своим историям дух восемнадцатого столетия. Это открывало простор для воображения и философских размышлений, давало возможность воплотить будящие мысль фантазии, бродившие в моей голове последнюю пару лет. Образ города, где, несмотря на отсутствие денег, правят рыночные законы, где всё, включая человеческие чувства, покупается и продается, был навеян мне произведениями великих английских мыслителей восемнадцатого века. Я пытался понять, как будет протекать жизнь в таком городе, будут ли его жители чувствовать себя счастливыми.

С гордостью сообщаю, что книга «Стражи полуночи» переведена на двадцать языков и издана в восемнадцати странах. Признаюсь, о подобном успехе я даже не мечтал!

Я хотел написать увлекательную историю, изобилующую захватывающими сюжетными поворотами, и в то же время поставить вопросы, волнующие современное общество. Для того чтобы выжить и найти свой путь в мире, мои герои, мальчик и девочка с совершенно разными характерами и взглядами на жизнь, должны найти ответы на эти вопросы. В городе, где происходит действие, процветает коррупция, сталкиваются могущественные группировки и люди не брезгуют никакими средствами для достижения своих целей. В моем романе вы найдете загадочное убийство, таинственный заговор и затейливую игру чистой фантазии.

Надеюсь, вы получите большое удовольствие!

Дэвид Уитли

Январь 2009

Эта печальная Истина признается повсюду, Богатство неизменно возвышается, унижая Бедность: Все вокруг являются рабами золота, Красота является товаром, и улыбки продаются, Подкуп решает все, а Лесть ему содействует. Слуга торгует милостями своего Господина. Сэмюэл Джонсон [1]

Марк никак не ожидал, что быть мертвым — это так холодно.

Прежде, когда мама рассказывала ему истории о загробной жизни, она всегда укутывала его своими широкими шерстяными юбками. Прижавшись к маме, Марк слушал ее голос и представлял себе дивный город, где царит вечное лето. Перед мысленным его взором вставали картины чудесного мира, где течет быстрая сверкающая река, мира, где нет места

печалям и горестям. В том, что этот мир существует, Марк никогда не сомневался — он привык верить каждому маминому слову. И теперь, очнувшись в тесной камере, дрожащий, завернутый в саван, он долго не мог вспомнить, как здесь очутился.

Сначала настал черед мамы. Ей пришлось первой убедиться в том, как беспощадна смерть. Кожа ее стала серой, как камень. Марк держал ее за руку до самого конца. А потом явился Жнец. В своем длинном черном плаще он походил на человека. Но когда Марк заставил себя взглянуть ему в лицо, он увидел, что Жнец лишен глаз и носа. На белом и гладком, как снежная равнина, лице зияли две огромные черные глазницы. Марк испуганно забился в угол. Другие дети рассказывали ему, что прикосновение Жнеца превращает человека в пыль.

Жнец приходил три раза. В первый раз он забрал маму, во второй — брата, в третий — сестру. Каждый раз Марк слышал, как отец его что-то бормочет, обращаясь к страшному гостю, а Жнец отвечает ему вполголоса. Лишь однажды отец произнес несколько слов так громко, что Марк сумел их разобрать. Он говорил что-то о зараженной воде, о том, что у них нет другой воды для питья. Выслушав его, Жнец удалился неспешным шагом, словно знал, что вскоре ему предстоит вернуться.

После этого Марка охватило ощущение странной легкости и безразличия. Он спокойно наблюдал, как сереют тыльные стороны его ладоней. Он знал, что конец совсем близок. И это его не пугало. Он чувствовал лишь жжение во рту и в носу. Чувствовал, как из этого мира постепенно уходят все звуки и запахи, уступая место блаженной прохладе.

Холод заставил его очнуться. Марк не сомневался в том, что уже умер. Все вокруг было иным. Его кожа больше не была серой, и воздух пах по-другому. В том мире, который Марк оставил, в воздухе неизменно носились запахи речной тины и рыбы. Этим запахом насквозь пропиталась одежда Марка и его волосы. В загробном мире пахло пылью и еще, пожалуй, уксусом. Марк крепко зажмурился, пытаясь плотнее завернуться в саван и защититься от всепроникающего холода, но его усилия были бесполезны. Тогда он снова открыл глаза и огляделся вокруг. Он находился в небольшой комнате. Серые каменные стены, серый каменный потолок. В сумраке он различил очаг, в котором тлело несколько угольков. И дверь рядом с очагом.

Марк не двигался с места, не зная, как вести себя в ином мире. Мысли вихрем проносились в его голове. Неужели он стал ангелом? Неужели в прошлой жизни он был достаточно хорош для этого? Конечно, он всегда помогал отцу чистить рыбу. Заботился о младших братишке и сестренке до тех пор, пока они были рядом. Значит, этого оказалось достаточно, чтобы после смерти превратиться в ангела. Марк осторожно спустил с кровати сначала одну ногу, потом другую, встал и направился к двери. Дверь оказалась старой, обшарпанной, металлические петли проржавели насквозь. Трудно было поверить, что ею пользуются ангелы. Марк протянул дрожащую руку и распахнул дверь.

Перед ним предстала каменная винтовая лестница.

В сознании Марка ожили смутные воспоминания. Когда-то мама рассказывала ему о человеке, который был недостаточно добродетелен, чтобы после смерти вознестись на небеса. Ему пришлось карабкаться туда самому. Подняв голову, Марк различил свет, который брезжил высоко-высоко, там, где кончалась лестница.

Мальчик коснулся босой ногой ледяной ступени и начал подъем.

Лестница была такой древней, что каменные ступени кое-где раскрошились. Взглянув вниз, Марк обнаружил, что начало лестницы исчезает в сумрачных глубинах. После этого он решил больше не оглядываться.