Стражник
Шрифт:
Лично мне видимы были как хорошие, так и откровенно поганые результаты этого "понаехавшего" прогресса.
С одной стороны, жратвы стало действительно больше, а добывать ее хоть в поле, хоть в городе - намного легче. Уменьшилось количество эпидемий, и вообще больше гадости стало излечимо.
С другой стороны, чем больше народу, тем больше у меня работы. Грабежи, убийства и шантажи, связанные с банком, стали рутиной. Да и в городе не сказать чтоб было очень спокойно.
Из обмундирования
Князь же о наших бедах не знал и все так же радовался парадам солдат в новой форме, стрельбам, различным механическим штукам и магическим фокусам.
Он даже создал стрелковую хоругвь, состоящую сплошь из молодых дворянок. Всем взводом ржали, когда узнали.
У нас тоже появились стрелковые взводы, но служба считалась элитной, и потому попасть туда могли либо стражники, уже заслужившие доверие отличной и длительной службой, либо родственники и бастарды клана Анкастер.
Мольнар тем не менее продолжал свое расследование. Помню, он привел меня в дом, где когда-то жил Фаркас со своими родителями и сестрой.
Капитан долго осматривал пол в хозяйской спальне и наконец сказал:
– Новак, Гал, сдвиньте-ка кровать.
Мы передвинули массивное сооружение, сколоченное из сосновых досок, в сторону.
Мольнар склонился и стер пыль в нескольких местах на полу. Он чуть прошелся, остановился на месте, где было изголовье кровати, и потянул на себя чуть выступающий гвоздь. Оказалось, что кровать скрывала люк в подвал.
– Новак, вперед, - скомандовал капитан, кивнув на вход в подвал.
Я молча повиновался. Внизу было пыльно и темно. Мольнар скинул мне светильник, я встряхнул маленький прозрачный цилиндр с медными крышками на дне и верху, и он начал излучать теплый свет.
– Никого нет, капитан, - осмотревшись, доложил я.
– Ясен пень. Никаких странных запахов не чувствуешь?
– спросил меня Мольнар.
– Никак нет. Воняет как от рубахи золотаря, и все, - ответил я.
Командир спустил голову в подвал и принюхался.
– Рубаха золотаря... Вот болван. Это же сера, - со смешком сказал мне Мольнар и спустился.
– Отец Фаркаса был плотником, зачем ему эта сера?
– недоуменно спросил я.
– Это ты мне скажи, - вздохнув, ответил капитан.
– Неужели ты еще не догадался?
– Да что вы все тыкаете меня не пойми во что, капитан? Объясните уже!
– не выдержал я.
– Слушай, Новак. Поначалу я был почти уверен, что ты участвовал во всех делишках Фаркаса, но прикидываешься идиотом.
– Фаркас, Габен и еще пара темных личностей, которых я показывал тебе на протяжении последних месяцев, планировали ограбление банка. Фаркаса убрали, когда он добыл всю возможную для него информацию и стал бесполезен, Габен занимался запутыванием следов, в том числе ему принадлежал трюк с мельницей и обнаруженной там же атрибутикой семьи Фабиан, что пустило нас по ложному следу, остальные же планировали осуществить подрыв пакета с серой в основном зале для создания паники и проникновения в банк через подземелья. Неужели тебе не приходило в голову, что Фаркаса не просто так убили и что не просто так именно я ношусь с этим расследованием?
– Ну дык, я простой рядовой. У меня голова о другом болеть должна.
Мольнар закатил глаза.
– Рядовой, еще немного - и банк бы обнесли. Впервые за его тысячелетнюю историю. Научись уже разувать глаза и проявлять хоть немного инициативы, Новак. А то не то что до сержанта не дорастешь, в рядовых не удержишься, - грубо пихнув мне в руки пакет с этой самой серой, произнес Мольнар и проследовал наверх.
Надо сказать меня это сильно задело.
Мольнар не попер меня из стражи банка, но больше с собой не брал. Надежды на скорое повышение стали таять. Я долго думал, как исправить положение. Наконец допер до того, что неплохо бы еще раз пройти обучение. Однако теперь мне это было недоступно. По пьяни я разболтал Галу о своей досаде, он посоветовал мне напроситься на охранение учебного полигона. Полтора года я наблюдал за обучением новоприбывших. Со временем до меня начало доходить, чего так рьяно пытался добиться от меня Мольнар.
Я вернулся в охранение банка. Через два года удача мне улыбнулась. Я лично взял ублюдка с рукой на пистоле под плащом. Меня повысили до капрала.
Еще через два года Мольнар вспомнил о моем существовании и стал периодически давать мне поручения.
Я уже мысленно рисовал у себя на кителе сержантские лычки и представлял помолвку с дочкой мясника с главной улицы...
– Новак, берешь двух людей и идешь в патруль на нижний уровень... И, Данте, посматривай наверх. Мы ждем гостей. Возможно, полезут через воздушку, - с каким-то необычным для него беспокойством дал мне вводную Мольнар.
– Так точно, смотреть наверх, - ответил я.
Я спустился на нижний уровень на элеваторе вместе с двумя рядовыми. Никогда не любил этот уровень. Холодно, душно и странные шумы - то ли от подземных вод, то ли от местной живности.
Мы курсировали по рядам с огромными ячейками, которые принадлежали старейшим семьям клана Анкастер и представителям нынешней верхушки банка.
Подумать страшно, сколько добра могло уместиться в этих ячейках - каждая из них была побольше моей комнаты в казарме.