Стрелки
Шрифт:
– Вот и все, - сказала она, поднимая голову.
– Дальше он не успел написать.
Мастер закрыл книгу, тяжело поднялся.
– Это хроника Рубийского Ухрона Светлой Матери, - проговорил он, сдерживая горечь.
– Писал ее брат мой, хроникарь Лирайс. Все, что от ухрона осталось... подорожный принес. Нежить выбила всех...
Гэльд шевельнулся в своем углу. Сдавленный голос мастера царапнул по сердцу. В комнате стояло тяжелое молчание. Прервала его Хель:
– Кто у очага, дайте уголек.
Она склонилась над столом, и все придвинулись
– Вот Кена, - Хель уверенно чертила, - вот Замок-за-Рекой, здесь они появились два года назад. Вот Пустошь. Они захватили ее почти сразу, после Замятни. Через месяц о них пошли слухи в Тинтажеле, и тогда же они выбили первое селение.
– И обрели лица, - сквозь зубы добавил Тиль.
– Потом в обход Болота они двинулись на Север. Через три месяца первые жертвы в Цитадели. Потом они почему-то свернули и пошли вдоль Сабрины на Юг.
– Брали в кольцо, - неожиданно для себя вставил Гэльд. Все резко обернулись к нему, но ничего не сказали.
– Правильно, - согласилась Хель.
– У Синналя они свернули на восток, зацепили краем земли Ландейла и замкнули кольцо в Листвянке. С тех пор они из этого кольца не выходили.
– Это все нам давно известно, - бросил Данель.
– Иногда полезно взглянуть сызнова, - ответила Хель.
– У меня два вопроса. Первый: почему они не выходят за пределы кольца?
– Сейчас вышли, - кашлянув, сказал мастер.
– Им понадобился год, чтобы замкнуть кольцо. Еще год - чтобы за него выйти. Значит, их силы не безграничны, - Хель выпрямилась, оглядела всех.
– И второе: почему их нет в землях Эрнара? Гэльд, их хоть раз видели там?
Гэльд не сразу понял, что она обращается к нему. Хель смотрела выжидающе.
– Ни разу, - ответил он наконец, - У Корда, у Резны были, а у нас - Предок сохранил.
– Место, что ли, заколдованное?
– рассмеялся носатый быстроглазый подмастерье, стоявший рядом с Клэром.
– Тем лучше, Вербен, - заключила Хель, - пригодится.
У Гэльда голова шла кругом: заговор, беседа о Стрелках, о которых и в стенах замка помянуть боялись, а главное - такое уверенное обращение Хели... Можно подумать, что ей все заранее известно. Даже не спросила, согласен ли он...
Он спохватился, что разговор перешел уже на другое. Снова все сидели и говорили об обычаях Стрелков, причем говорили спокойно и со смешком, как о неприятных, но хорошо знакомых и обычных людях. Лысоватый толстяк в красной куртке удивлялся, почему Стрелки приходят под утро, ведь нечисть испокон веков по ночам шлялась. Клэр робко предположил, что им на свету лучше целиться. Все засмеялись, но Хель вдруг сказала:
– А что, это мысль. Значит, еще одна слабость. Дальше.
– Откуда они вообще взялись?
– спросил рыжебородый Лонк.
– Известно, откуда, - со злостью выдохнул Данель.
– От злобы баронской. Недаром после Замятни...
– Бабьи сказки, - оборвал его Тиль.
– Пусть сказки, - вмешался давешний толстяк, - а все же бароны
– Береги свое нутро, Базен, оно у тебя чуткое, - прозвучал вдруг глухой тяжелый голос человека в маске.
– А что, Добош?
– быстро обернулась к нему Хель.
– А то, что я своими глазами в Тинтажеле двух Стрелков видел.
– Так они же в крепости не заходят!
– Зашли. И не тронули никого. На Консульском дворе торчали. А из нижних казематов, - он помедлил, - подземный ход к Пустоши роют.
– Снюхались, - мрачно сказал Данель.
– Давно пора, - отозвался Саент.
– Я все дивился, как это наши славные бароны такую возможность упускают.
– Нечисть к нечисти, - бросил Тиль. Гэльд подумал, что надо бы оборвать их, но ведь они, леший их побери, правы! Припомнить кое-кого из знакомых и родичей, даже того самого Консула - Предка продадут, лишь бы дали пограбить и нажиться. А этот, в маске, видимо, прислужник из Тинтажеля. Добош? Такого имени он не слышал... Впрочем, оно наверняка подменное... Гэльд с любопытством вглядывался в него.
– А барон слушает и на ус мотает...
– заметил вдруг Данель.
Гэльд даже вздрогнул от неожиданности.
– Пусть слушает, - усмехнулся мастер, - разговор полезный.
По губам Хели скользнула улыбка, она посмотрела на Гэльда, но ничего не сказала.
– Леший с ними с баронами!
– воскликнул Клэр.
– Лучше о призрачных селениях подумайте.
– А чего думать?
– повернулся к нему Лонк.
– Заклятое место. Обходить надо.
– Вот именно, обходить!
– Клэр даже подскочил от возбуждения.
– Стрелки туда не возвращаются, наемники не суются. Только там и прятаться.
– А призраков ты не боишься, сынок?
– добродушно спросил Саент.
Клэр вспыхнул до ушей, но все-таки ответил:
– Не боюсь!
– Все верно, - сказала Хель, - можно там прятаться. Но зачем? Мы здесь для другого собрались. Как вообще людей от Стрелков избавить?
– Несбыточно это, - вздохнул Базен.
– Несбыточно, пока не возьмешься.
– Мы, что ли, возьмемся?
– Кто-то же должен...
Наступило молчание. И в этом молчании Холь сказала, отчеканивая слова:
– Надо научиться их бить. А для этого надо дать им бой. И он будет. На Пустоши.
И вдруг, заглушая ее голос, совсем близко загремел, нарастая, стук копыт. Все вскочили. Грохот, казалось, заполнил комнату и еще долго звучал, отдаляясь. Побледнев, они смотрели друг на друга.
– Конная стража!
– воскликнул вдруг мастер.
– Тьфу ты, доболтались!
Все рассмеялись с облегчением.
– Напугали они нас, - сквозь смех проговорила Хель.
И только сейчас Гэльд почувствовал страх. Не за себя - за нее. А если бы это и впрямь были Стрелки? Или воины Консула - ведь он до сих пор ищет Хель из Торкилсена. Девочка... ей бы танцевать, наряжаться, мужа себе искать на турнирах, а она вызывает на бой Стрелков.