Шрифт:
Когда у тебя есть оружие, ты смотришь на мир по-другому. Всё, что тебя окружает, приобретает странный потусторонний оттенок, и привыкнуть к нему очень непросто.
Харуки Мураками «1Q84»
Пролог
Когда-нибудь меня посадят за избыток энтузиазма. И фантазии.
Или за то, что слишком ответственно подхожу к своей работе.
Или произойдёт какое-нибудь ЧП, и нас всех просто прикроют к чёртовой бабушке – задним числом, от греха подальше.
Когда это понимаешь, вести молодёжную стрелковую секцию (сам недавно
Ну, к делу.
– Стоп! Та-ак, оружие на предохранитель и в кобуру, наушники сняли, все повернулись ко мне. Слава? Глеб, тебя это тоже касается.
Поимённо каждого звать не собираюсь, но этих периодически надо одёргивать. Один слишком погружается в свои мысли, а другой слишком… слишком энтузиаст, скажем так.
Пока ребята один за другим оборачиваются, последовательно делаю сначала строгую, потом зверскую, а затем уже откровенно скучающую рожу. Наконец ловлю все пять взглядов и спрашиваю:
– Кто заметил, что изменилось сегодня в тире?
Молчат, смотрят, думают. Поблёскивает жёлтый пластик стрелковых очков. Андрей напряжённо хмурит русые брови – лидеру, даже неофициальному и почти непризнанному, надо верный ответ найти первым. Во всяком случае – раньше Наты, на которую Андрей между делом косится. А вот Ната – для друзей «Нато», да-да, в честь военного альянса, говорящее прозвище, – смотрит только на меня, внимательно, изучающе, как умеют девушки.
И снайперы ещё так умеют.
Прости, Нато, но ничего у тебя не получится, я старше тебя почти на десять лет и вообще ваш инструктор, так что давай без вздохов и этих ваших девчачьих штучек.
Выплюнуть жвачку я уже не прошу за полной безрезультатностью таких просьб. Если б она могла ею подавиться при стрельбе – это случилось бы полгода назад.
– Что, никаких идей?
Между Андреем и Натой – Слава. Что творится в его блондинистой голове – понятия не имею. Пресловутый «тихий омут», головняк любого инструктора. Утешаю себя тем, что из этого омута пока никто хвостатый не вылез, а старательности и усидчивости Славе не занимать.
– Так, Глеб, не коси лиловым глазом себе за спину! И остальные тоже.
На самом деле, конечно, у Глебки глаза обычные, то ли зелёные, то ли карие – не разобрать, да и я не приглядывался. Глебушка стоит в ряду предпоследним, вместе с Пикачу, сестрёнкой Нато. У Пикачу есть человеческое имя Даша, но прозвище прилипло к ней намертво с первого занятия, с той идиотской жёлтой толстовки с ушками. Милая хрупкая девочка, светленький растрёпанный хвостик, большие карие глаза… и упорство носорога. Это Пикачу затащила в тир сестру, это Пикачу буквально за две недели освоила всю необходимую базу и начала упорный путь к цели – стать лучшей. Пикачу не смущало, что у того же Глебки опыта, пусть и «на природе по пивным банкам», больше на несколько лет, а остальные ребята в секции и вовсе на три-четыре года старше. И что тринадцатилетним девчонкам, если дело происходит в реальности, а не в её любимом аниме, вообще не очень-то удобно стрелять из настоящего пистолета… Пикачу вообще не смущало ничего и никогда. Она видела цель и шла к ней, точка.
Глебка сначала смотрел на неё снисходительно, потом удивлённо, а теперь всё чаще замечаю в его взгляде
Ладно, время на раздумья вышло.
– Ну? Скажите хоть что-то, а то начинаю бояться, что веду занятия по практической стрельбе в секции слепоглухонемых!
Глебка ржёт, как будто слышит подобное первый раз, следом прыскает смехом Пикачу. Старшие хранят серьёзный вид – привыкли к моим выкрутасам.
– Ты про мишени? – наконец говорит Слава, как всегда, с лёгкой ленцой в голосе, словно делает мне великое одолжение.
Аллилуйя! Хоть кто-то!
Андрей бросает на товарища возмущённый взгляд – типа, что, и это весь ответ?! Да, Андрюха, это и был весь ответ, а кто не просёк – тот не молодец.
– Бинго, Слав. Я про мишени. По которым вы только что стреляли, целились в них и вообще всячески разглядывали. И никто ничего не заметил? Как говорил Станиславский, не верю.
Да заметили они, я же не слепой, видел их реакцию. Вот только эта самая реакция мне и не понравилась… Так, ладно, надо развить мысль, пока они готовы меня слушать.
– Да прикольные скелетики с кишками, Кир! – влезает Глебка. – Но я думал, ты так, просто… ну, для разнообразия! Поразвлечься!
«Поразвлечься»! Глебушка, это был чисто мне контрольный в голову.
– Спасибо, что так высоко оцениваешь моё чувство юмора, Глеб, но оно здесь не причём. То есть ни одного из вас не смутило, что вместо условных мишеней с кружочками вы отрабатываете стрельбу фактически по… человеческому телу?
Так, сбавить накал патетики, срочно сбавить, пока не посыпались насмешливые взгляды наших «взро-ослых» стрелков… а, чёрт, поздно, Андрей уже смотрит снисходительно, Нато удивлённо, серьёзным только Слава остаётся, ну и младшие, которым и так положено на меня снизу вверх смотреть.
М-да, второго великого педагога Макаренко из меня не выйдет.
– Кир, – уточняет Андрей, – а что с того?
У вас в руках как бы самое настоящее оружие, вы стреляете не по условным десяткам, а в прорисованные голову, сердце и прочие части организма – и вас ну вот совсем ничего не парит в этой ситуации?!
Я пока печатал эти мишени – уже аппетит себе отбил…
А если там манекен поставить, совсем «как живой»? Как среагируете?
Ещё раз оглядываю всех пятерых… и ясно понимаю, что Глебка предложит подрисовать ему усы, Пикачу с Натой просто не придадут значения, Андрей с интересом хмыкнет, а Слава… тут моё воображение ничего выдать не может.
«А что подумал Кролик, никто не узнал, потому что он был очень воспитанный».
Предпринимаю ещё одну попытку достучаться до их мозгов:
– А что, вам нормально стрелять почти по… человеку?
Андрей вздыхает, смотрит на Славу, на Нато, на младших…
– Кир, ты что, в шутеры не играл никогда?
– Ну, играл, что я, динозавр, что ли?
Эй, Андрюша, восемь лет разницы – это не так много, как тебе кажется! Дум, контр-страйк… имя им – легион.
– И ты хотел нас бумажными картинками напугать после нового «фаркрая»? – Андрей снова бросает взгляд на Нато, та снова его игнорирует, и парню приходится продолжать речь: – Твои мишени – такая же абстракция, как и кучка пикселей на экране! Только там ещё «кровищща» очень реалистичная хлещет и прочие спецэффекты. Но оно ж не перестаёт быть абстракцией от всего этого!