Стрелок
Шрифт:
Ненадолго вернулись сознание – похоже, от удара ботинком под ребра.
– Сержант, посмотрите, а этот кажется живой.
– Так перевяжи его, заберем с собой.
Часть 3. Плесень
1. Гурон
Переждав выброс в старой заброшенной церкви, мы с Матисом, согласно ранее обговоренного плана, разделились. Матис пошел на встречу со Стрелком, а я двинул вглубь болот. Меня подрядил сходить на болота Бармен. Формально я должен был передать посылку начальнику базы группировки «Чистое небо» Лебедеву. На самом
– О, Гурон, рад тебя видеть, давненько у нас не был, – Лебедев встретил меня радушно, обнял и похлопал меня по плечу.
– Вот, посылочку от Бармена принес. Хорошо тут у вас, благостно. Можно тут недельку перекантоваться на ваших курортах? Знаешь, устал я от зоны, – взгляд мой лениво скользил по избам хутора, отмечая новшества.
– Вот спасибо! Чувствуй себя как дома. Любой матрас в моей штабной избе к твоим услугам. Живи, сколько хочешь. Только я вас сталкеров знаю, больше трех суток спокойной жизни вы не выдерживаете.
– Что ты! Трое суток я буду только отсыпаться, но с начала я хорошенько напьюсь.
– Скажи буфетчику, что выпивка за мой счет. Ты мой персональный гость.
Я сидел перед стойкой и надирался самогонкой, которая тут проходила под названием – виски «Queen marsh». Буфетчик болтал безумолку, а я кивал головой и даже вставлял уместные возгласы. Мозг автоматически запоминал и сортировал новости. Подсознательно я переживал за Стрелка – правильно ли я поступил, дав тому задание прикрывать Матиса. Стрелок сталкер опытный, в зоне уже пять лет. Критический срок, сколько опытных сталкеров гробонулось, именно на пятом году пребывания в зоне, когда они начинают думать, что знают зону как свои пять пальцев. Матис – это другое дело. Собственно, за самого Матиса я сильно не беспокоился. Ему, Призраку, одной смертью больше, одной меньше – всё по хрену. Но вот объединившись, эта парочка могла наворотить глупостей. Успокаивал себя тем, что Матис и Стрелок должны были безвылазно сидеть у Матиса в бункере и дожидаться моего возвращения.
Кроме того, меня занимал вопрос – как подъехать к профессору? Профессор подошел ко мне сам.
– Позвольте представиться. Профессор Каланча, эколог. Вас считают одним из старожилов зоны, и что болота вы знаете как свои пять пальцев.
– Что вы, профессор? Болота мало знать – их надо чувствовать.
– Вот-вот, мне и нужен проводник, что бы уточнить радиационную карту болот.
– Профессор, послезавтра я к вашим услугам. Боюсь, что завтра, вот от этого божественного сивушного напитка у меня будет жестокое похмелье.
– Хорошо, до послезавтра. А, позвольте спросить, откуда такая индейская кличка – Гурон.
– Для сталкеров новой волны я и есть индеец, абориген.
– Тогда уж лучше – Могиканин.
– Нет, профессор, Могикане были слишком доверчивы, поэтому их переселенцы и истребили. А гуроны в Америке с их жестокостью и коварством живут и здравствуют, по сей день.
– Ну, хорошо. До послезавтра, Гурон.
Я махнул рукой, слова мне уже было трудно выговаривать, но мозг, по привычке, отметил приметы
2. Болото
Трое суток мы вышагиваем по болотам. Экспедиция проходит нормально, мелкие стычки со слепыми псами и кабанами не в счет. Профессор делает замеры, берет пробы воды. С каждым днем профессор делается все мрачнее и молчаливее, наверно его удручают результаты замеров. И вот вечером у костра профессор выдал.
– Боюсь, что я втравил вас в неприятности, Гурон.
– Что, радиация очень сильная? – я покосился на свой персональный датчик. Он только слабо попискивал.
– Вот посмотрите. Знаете что это такое? – профессор пододвинул ко мне ноутбук. На экране, на фоне карты болот и ломаной линией нашего маршрута, стала раскручиваться пружиной окружность.
– Нет, а что это?
– Это карта полета беспилотника!
– Ух, ты, профессор, у вас и такая техника есть!
– Нет, у меня такой техники нет. Но следит эта штука за мной. Боюсь, что теперь будут следить и за вами.
– Профессор, кому это надо, наше положение и так видно на ПДА.
– Я не знаю кому это надо. Но ОНИ, по-видимому, опасаются, что я могу отключить ПДА и скрыться. ОНИ подозревают, что я, что-то знаю или могу узнать.
– И давно за вами следят?
– Не знаю, по крайней мере, недели две. Я выходил на болота для регулировки радиометра, но мне постоянно мешал какой-то коротковолновый блуждающий источник. Я долго думал от чего эта флуктуация, и вот сегодня понял – это беспилотник, без сомнений! Стоит мне, как-то не так, по ИХ мнению, дернуться и с борта беспилотника будет выпущена ракета.
– К чему такие сложности, профессор? И притом, очень дорогие – беспилотник, ракеты. Дешевле нанять наблюдателя или даже киллера из сталкеров, например – такого как я.
Профессор обалдело уставился на меня и даже отодвинулся. Потом улыбнулся и успокоился.
– Нет, вы охраняете меня уже третьи сутки. У вас была масса возможностей устроить мне несчастный случай на болоте, например – отдать слепым собакам. Но вы правы, такое наблюдение исключать нельзя. Но я не понимаю, откуда такой интерес к моей персоне.
– Вспоминайте, профессор, что вы сделали за последнее время или чему были свидетелем.
– Да ничего такого я не сделал! Работаю с утра до вечера. С территории базы почти не выхожу. Правда, примерно две недели тому назад я неожиданно получил по электронной почте смешное письмо от моего старинного друга, которого не видел уже много лет.
– Почему смешное?
– Да вы сами прочтите, – профессор вызвал на экран ноутбука текст письма.
– Привет Ботаник. Недавно я снова побывал во французской провинции «Mine», ну там, ты же помнишь, где мы работали в декабре двухтысячного года. Там я увидел удивительный сорт сыра «Рокфор» на основе твоей любимой «Aspergillus niger» под названьем «Aspic of the witch». Ты обязательно должен его увидеть. Помнящий тебя до конца, Кварк.
– И что тут смешного, профессор? Вы что, не любите сыр?