Стрелок
Шрифт:
— До того, как пески поглотили Гилеад, — своим сухим тоном начинает говорить Арианнель, — существовал строгий уклад вещей. Подмастерья очень долго учились у своих наставников, прежде чем им позволяли пройти Обряд Посвящения на право взять в руки револьверы. Справившись, подмастерье выходил на большую дорогу вместе со своим наставником… Я не договорила! — рявкает она, и ослепительно-белый луч разрезает ночную тьму.
Вновь всё происходит настолько быстро, что я могу только зафиксировать результат. Рука Горгоны отставлена влево параллельно земле и сжимает револьвер, направленный
Спрятав оружие, Нова продолжает:
— В течение целого года они странствовали по самым тёмным уголкам планеты, встречаясь со всем, что Гилеад может бросить против бестолкового и зелёного подмастерья. И я говорю не только об опасности физической. Речь об испытаниях духовных, этических и ментальных. Ибо Стрелки — это прирождённые лидеры, миротворцы и посредники в любых конфликтах. Подмастерье сталкивался с необходимостью проводить расследования, разбирать судебные споры и выносить приговоры. Он брал ответственность на себя, а наставник оценивал, насколько тот годится к высокой роли Стрелка. Это называлось Горнилом. Многие подмастерья сгорали в нём, обнажая свою чёрную гнилую суть. Потому что нести груз правосудия способны единицы.
Она умолкает и поглаживает отрезанный указательный палец, свисающий с тесёмки. Наконец, мерно выдыхает и произносит:
— Как и всем самозванцам, я дам тебе месяц. Ты не заслуживаешь года моего времени. Впрочем, ты не заслуживаешь даже дня, но Стрелок справедлив, независимо от того, кто стоит перед ним — барон или проститутка. Месяц, — повторяет она. — Он станет твоим Горнилом, и через месяц я тебя убью.
— Варианта, что я пройду испытание ты не рассматриваешь?
— Нет, — качает головой Горгона.
— Вертится у меня на языке какая-то мысль про предвзятость и двойные стандарты. Никак не могу сформулировать. Поможешь?
— Я буду беспристрастна с тобой, партнёр. Иначе и быть не может.
— Как с бароном или как проституткой? — уточняю я.
— Как с шутом, который паясничает, когда его жизнь висит на кону.
— Ох, я бы выдал три коленца, но сама посуди, — обвожу рукой медленно отрастающие ноги и вяло шевелю культями.
— Месяц, — вновь повторяет Горгона.
— Правила? — по-деловому спрашиваю я.
Нова начинает загибать пальцы:
— Я буду сопровождать тебя везде и повсюду. Я не буду вмешиваться в твои решения и дела. Только так смогу по-настоящему оценить, что ты из себя представляешь. Я не буду защищать и оберегать тебя. Умрёшь, значит, ты слишком слаб, чтобы зваться Стрелком. Я могу задавать тебе вопросы, и ты обязан мне отвечать, но не наоборот.
— М-м-м, красота, — качаю головой. — Как будто идёт 16-й год нашего брака. Ещё что-нибудь про подъём сидушки унитаза добавь и обязательные еженедельные поездки на дачу к твоим родителям.
Арианнель закатывает глаза. Злорадно хмыкаю, ощущая, будто наконец-то размочил счёт.
— Что-то ещё?
— Да, — скрипит она. — Если попробуешь удариться в бега, напасть на меня
— Дай угадаю, и ты убьёшь меня?
— И я убью тебя.
— Расскажи критерии успеха.
— Нет. Мне не нужно, чтобы ты месяц лицемерно изображал из себя святошу. Я буду оценивать тебя в твоём естественном образе действий. Твои методы, принципы и убеждения. Твои идеалы и мировоззрение. Твою эффективность. Твою суть.
— А я могу оценивать твоё чувство стиля, «партнёр»? Этот плащ с обложки журнала Гиледский вестник за 39-й год?
— Ган, всемогущий!.. — выдыхает Горгона. — Это будет самый долгий месяц в моей жизни.
— Здорово, правда? — широко улыбаюсь я.
[1] Художник — Rodrygo Avila.
[2] Художник — Livius Rejman.
Глава 13
Закончив разговор, Арианнель недовольно морщится при виде моих увечий, которые будут заживать ещё минимум час, а то и больше. После чего отходит и вытаскивает из внутреннего кармана плоский металлический кисет. Раскрыв его со щелчком, она принимается неторопливо сворачивать самокрутку. Табак у неё душистый, но пахнет своеобразно. Интересно, что в нём?
Пока Нова возится, я пробегаю глазами по сообщениям, которыми меня засыпало Сопряжение.
Вы находитесь на испытании категории «Гнездовище». Ограничение: до пяти участников. Для того, чтобы покинуть территорию, уничтожьте все враждебные формы жизни. В случае успеха, вы получите награду. На её количество и качество влияет стиль и скорость прохождения.
Следующее уведомление:
Благодаря действиям Прародителя Гнездовища начат Всплеск, который приведёт к необратимым последствиям на всей окружающей территории. Оценочное время до завершения процесса: 9 минут 37 секунд.
Ещё одно:
Вы атаковали другого участника испытания. В случае победы над ним и успешной зачистки Гнездовища, вы получите дополнительную награду. Испытание будет считаться завершённым после гибели или бегства одного из участников.
Очень любопытно.
Во-первых, Крайтакс идентифицировался, как полноправный участник испытания. Потому что он настолько сросся с Вальторой? Вряд ли любой неразумный монстр будет считаться игроком или, как тут у них принято, Претендентом.
Во-вторых, Сопряжение, и те, кто стоят за ним, прямо поощряют междоусобицы и внутренние конфликты. Давай, замочи своего другана, зато получишь подачку с барского стола. Сколько таких зачисток срывалось на других планетах, только потому что один из членов группы внезапно решал ударить в спину союзникам? И пока они резали друг друга, монстры получали возможность оправиться и добить выживших.
Приятно также знать, что сука Ехидна свой бонус не получила, потому что не смогла расправиться со всеми нами. Хотя она и атаковала нас уже после того, как Сопряжение подвело все итоги и открыло тот портал.